Вон ещё один из бандитов, или кто он там, высунулся из-за угла и стреляет короткими и прицельными очередями. Я быстро схватил свой Вал и, прицелившись, дал две очереди по два патрона, попал, кажется, в плечо, его внесло внутрь. Спустя секунду, туда влетела граната из подствольника, взрыв, всё, труп.
Снова раздался женский крик, и из-за угла быстро побежала женщина, в руках у неё было два коротких автомата. Она бежала точно по направлению к комнате, в которой спрятались наши мушкетёры, она бежала, смотря перед собой, а стреляла направо, не смотря, во что она попадает. Вот она добегает до этой комнаты, забегает внутрь и её выносит оттуда сдвоенным выстрелом из помпы, это наши мушкетёры её встретили. Бой продолжался, по нам стреляло не меньше 15 стволов, мы никак не могли заткнуть второго пулемётчика.
— Всем прием, — наконец-то заговорили наши наушники в рации голосом Тумана.
А то это радиомолчание меня чуть с ума не свело за эти сутки. Но так было надо, мы боялись, что в этой пещере есть пеленгатор, и нас самих могут обнаружить раньше времени.
— Грач в эфире, — снова заговорила рация, — прикройте меня, плотный огонь по второму этажу, направление на 11 часов, там пулемётчик, я попытаюсь его достать. Семь секунд готовность.
Семь секунд, это значит, что за это время нам надо занять удобную позицию и поменять магазин на полный в своём оружии.
— Огонь! — рявкнула рация спустя указанное время. Про себя я считал до семи, меняя позицию и одновременно меняя магазин.
Я успел выкатиться из-под хаммера и спрятаться за его передним левым колесом. Там везде были противники, они стреляли по нам, прикрываясь пулемётом, но если туда кинуть пару гранат, то их, по идее, всех вынесет взрывом со второго этажа.
И мы дали из всех стволов: где-то сбоку зашлись длинной очередью оба наших пулемёта, плюс наше оружие. И тут из своего укрытия выскочил Грач. По ящикам и различным бочкам он скакал как мартышка, было хорошо видно, что по нему открыли огонь. Но он ловко уворачивался от пуль, прыгал, делал перекаты, резко менял направление движения. Он мгновенно преодолел расстояние в пару десятков метров, пользуясь теми секундами, пока противник прятался от наших выстрелов, плюс ещё хлопнуло несколько наших подствольников по второму этажу. Но если прямо напротив меня были офисные здание и перегородки какие-то детские, их вон взрывом все вынесло вместе с находившимися там людьми, то слева была уже основательная постройка, как бы в не скальной породе прям помещение было, а скорее всего так оно и есть. Стреляя туда, я видел, как пули высекают искры, и пулемётчик, гад, сидит в очень хорошем укрытии, и достать его оттуда мы никак не можем. А достать надо, чтобы по этой лестнице подняться на второй этаж и выкурить там оставшихся бойцов.
Так вот, Грач преодолел эти пару десятков метров, потом нырнул, сделал перекат, тут же вскочил на ноги и, не останавливаясь, кинул наверх одну за другой две гранаты. Ему нужно было добежать до ящиков, за которыми ранее прятались мушкетёры, оставалось около 10 метров, как в него попали. Попали ему в обе ноги сразу, и он как подкошенный свалился на пол, закричав от боли. Правда его крики мы не слышали, раздались два взрыва, я только увидел, как он катается по земле, держась то за одну, то за другую ногу. Взрывы заткнули этого пулемётчика, накрыло ещё несколько бойцов противника.
К Грачу тут же побежал Маленький, прячась за ящиками, но по нему тут же дали несколько очередей, и он был вынужден рыбкой улететь за ящики. Где он только что бежал, протянулась дорожка от пуль.
С другой стороны, выбежали ещё двое наших, следом ломанулся Туман. Все они попытались прорваться к Грачу, но те, кто был наверху уже немного пришли в себя и снова открыли огонь. Ребята были вынуждены так же, как и Маленький, спрятаться. Грач, как мог, прополз несколько метров, то и дело переворачиваясь на спину и стреляя куда-то наверх из пистолета.
Слива матерился на чём свет стоит, я тоже, Кирпич не отставал, мы понимали, что если кто-нибудь сейчас выстрелит по Грачу, то всё, он труп. Мы стреляли, не переставая, стараясь не дать особо прицелиться тем, кто сидел на втором этаже. Но Грач, видать, это и сам понял, он уже полз, как мог, его ноги волочились по земле, мы прикрывали его, расстреливая один магазин за другим, но добежать до него мы не могли. Рядом с Митяем взорвалась граната, и он улетел вместе с ящиками куда-то в угол. Млять, что делать-то?
— Аллах Акбар! — снова услышали мы рев трёх глоток. Орали они так, что на время снова заглушили своими воплями звуки стрельбы. И тут я снял шляпу. Мушкетёры выбежали из комнаты, в которой они втроём находились. Они мгновенно встали в линейку и открыли бешеный огонь по второму этажу. Стояли они в полный рост. В руках у Паштета был калаш, Котлета прыгал на одной ноге, правая у него была перевязана, и он немного опирался на неё, но в руках у него было два МП5, Упырь повесил себе на плечи две М16 и просто поливал от пояса второй этаж. Втроём они создали такую плотность огня, что я просто охренел. Стреляя, шаг за шагом они приближались к ползущему к ним Грачу.
— Пошли все! — взорвались криком Тумана наши наушники.
— Всех замочу, падлы, — заорал рядом со мной Слива, и мы выскочили из своих укрытий.
Тут же заработали наши пулемёты, вон Маленький уже вылез откуда-то и держит в руках за сошки Печенег, он просто держал его на вытянутых руках и поливал второй этаж. Вон Туман, Няма, Леший, ещё несколько наших ребят. Все повылазили из своих укрытий и стали всаживать пулю за пулю по обороняющимся. Весь второй этаж превратился в сплошной сноп искр.
Краем глаза я увидел, как у Паштета кончились патроны, он тут же перекинул калашник себе за спину, подбежал к Грачу, схватил его за разгрузку и потащил в укрытие. У Упыря кончились патроны, он просто скинул с себя М16 и тут же схватился за висевший на нём МП5, Котлета уже стрелял из помпы. Мы бежали, как могли, стреляли, меняли направление движения, укрывались. Вот тут-то я и понял, что такое пули свистят над головой. Вон кто-то из наших упал, его тут же подхватили пацаны и потащили в мёртвую зону. Паштет уже почти дотащил Грача, как в Котлету попали. Я это видел своими глазами, видимо прилетело ему несколько пуль в грудь, он сначала дёрнулся пару раз, потом выронил из рук оружие и медленно завалился на бок. Упырь тут же прекратил стрелять и, закинув за спину оружие, подбежал к Котлете и схватил его за разгрузку. Но Упырь тощий, а Котлета довольно таки плотного телосложения. Упырь не мог его быстро сдвинуть с места.
И тут подбежали мы, встали перед ними, перезаряжаться некогда, мой Вал сухо щёлкнул. Слива, недолго думая, подбежал к буксующему Упырю и схватился за разгрузку Котлеты.
— Прикрываем, вашу мать! — орал Туман.
Но все и так знали, что надо делать. Встав полукругом, мы стреляли по этому долбанному второму этажу.
— Гранаты! — снова заорал Туман.
Трясущимися руками я вытащил ещё одну гранату из разгрузки, зубами вырвал чеку, чуть не выдрав себе пару зубов. Рядом кидали гранаты наши ребята. Я не знаю, сколько гранат улетело на второй этаж, но штук пять точно. Вот рядом свалился, закричав Кирпич, мне что-то обожгло левую руку и немного её осушило. Млять, ранен. Прежде чем стали взрываться гранаты, мы успели забежать в эти помещения на первом этаже, я схватил Кирпича за руку и потащил его в помещение. Кто куда нырнул, Маленький рыбкой с Печенегом прыгнул за ящики, Няма стрелял из двух пистолетов по-македонски.
Глава 17
И тут начались взрывы: один, второй, третий. Всё вокруг нас мгновенно затянуло пылью, чёрным дымом, копотью, летели доски, бумага, картонки. Сверху раздавались крики. Видимо, эти гранаты хорошо так накрыли и посекли тех, кто был на втором этаже. Стрельба оттуда мгновенно стихла. Я увидел, как на пол напротив нас упало несколько тел, следом за ними оружие. Тела тут же добили наши ребята, да я и сам, успев перезарядиться, влепил короткую очередь в какого-то лохматого мужика, от которого шёл дым, и он лежал от нас метрах в 10 скинутый взрывом сверху.
