— Слива, вот нахрена ты сюда ещё две гранаты бросил? — не выдержав, спросил я. — Одной же достаточно было.
— Для профилактики, — зажимая нос рукой, пробурчал Слива.
— Как в скотобойне какой.
Спустились ещё на пролёт, стало чище, ещё площадка и ещё лестница. Вон и двери, на них тоже куча отметин от пуль.
— Туман, мы со Сливой выходим, — сказал я в рацию, — у вас с той стороны дверь не заминирована?
— Ждите, — быстро отозвался он.
Через минуту нам открыл дверь улыбающийся Мага. Кисть на правой руке перевязана, разгрузка отсутствует, сам весь в побелке, в руках связка из двух гранат. Хорошо, что мы дверь не стали открывать.
— Чисто, — сказал нам Мага.
Едва мы шагнули на эту площадку, вернее вышли сбоку на неё, как где-то слева, внутри, заработал пулемёт. Инстинктивно вскинули оружие.
— Спокойно, — закрывая двери, сказал Мага, — это там, в дзоте этом, сидят и стреляют по отбойнику, а пули за угол залетают. Думаем, как их выковырять оттуда.
На стоянке, где мы полчаса назад воевали, был полный разгром, правда, не горело уже ничего. Вокруг валялись использованные огнетушители, мой инфинити, на котором я сюда с Упырем приехал, уже потух, остался только остов. Печально, конечно, сгоревшая тачка смотрится, хороший был аппарат, мне понравилось, как он ехал, но еще больше мне понравилось всё на нём таранить, только желательно, чтобы никто по мне не стрелял в этот момент. На стоянке в углу лежали накрытые брезентом 4 пары ног. Один из наших бойцов с перевязанной головой сидит на месте бывшей баррикады из песка и набивает из открытых цинков патронами лежащие около него пустые магазины. Увидав нас, кивнул головой. Лицо бледное у него пипец. Мы кивнули в ответ.
— Наши? — кивнул я на ноги под брезентом.
Мага кивнул и сказал:
— Раненых док к остальным увёз, Полукед ему помогает.
Тут со склада с большими синими воротами раздались несколько длинных автоматных очередей и взрыв.
— Держи его! — взорвалась рация голос Рыжего. — Вон он за ящики побежал, и обезьяна там. Селя, назад, не кидай гранату, — снова длинные автоматные очереди. Тут же захлопали помповики и пулемётная очередь.
Сорвавшись с места, мы побежали туда. Забежав на склад, нырнули за ящики, мельком успел заметить, что склад большой, по бокам много ящиков различных размеров, многие из них разбиты выстрелами, дальше коридор и проезд на следующий склад. Судя по всему, бой идёт там.
Точно, оттуда послушался рёв Йети.
— Мочи его, пацаны! — заорал Туман так, что я его без рации услышал.
Эхо от его крика мгновенно отразилось от стен и добралось до нас. Снова выстрелы, мы бежали так быстро, как могли. Влетели на этот склад, снова ящики, стеллажи, вон под плёнкой стоят кроссовые мотоциклы, квадрики, скутеры. Бой шёл где-то в углу, а вон и задница Большого торчит. Точно он. Обежав бочки, подбежали к Васе, он, спрятавшись за ящиками, поливал длинными очередями куда-то в сторону. Вон Ватари, Селя, Леший, все стреляют.
— Большой, чё тут? — хлопнул я его по спине и еле успел увернуться от его руки. Он просто мгновенно махнул ей в мою сторону.
— Млять, Саня, — заорал он на меня, узнав, — не пугай так больше.
Глаза горят от возбуждения, морда в пороховом нагаре. Тут с той стороны раздался грохот, затем я увидел, как в воздух один за другим стали взлетать ящики и с диким грохотом падать на наших пацанов, которые прятались за точно такими же ящиками, вот бочка взлетела, небольшая, литров на 50, или канистра, хрен его знает. От удара о землю она лопнула и её содержимое разлилось.
— Обезьяна кидается, — пояснил нам Большой, быстро перезаряжая пулемёт. — Там с ней 3 человека. Они отстреливаются, а мартышка кидается, да кидает ещё, гадина, навесом. Чубу точно в бошку прилетело, а Кроту ногу отдавило, когда он Чуба оттаскивал. Сильная скотина, даже я не могу так ящик кинуть.
— Сдавайтесь, падлы, — заорал кто-то на весь склад, — вы всё равно отсюда не выберитесь, только обезьяну свою пристрелите сами.
— Да пошёл ты, урод, — ответил ему мужской голос. — Попробуйте взять нас, всех вас положим, Америка с нами.
— Чего? — обалдел я.
— Ваша Армерика и тупые америкашки далеко, и они вам не помогут, — крикнул Слива.
Тут же раздалась автоматная очередь и от ящиков, за которыми мы спрятались, полетели щепки.
— Ты аккуратней, Слива, — съёжившись, сказал Большой, — они на голос хорошо стреляют.
— Вот сволочи, — возмутился я. — Америка с ними.
Снова стрельба, выстрелы. Это, млять, получается, что обезьяна кидает ящики минимум на 30 метров, даже дальше. Военные же вон там, за штабелями, спрятались и сквозь щели отстреливаются. Ну и силищи у неё. Ящики продолжали сыпаться, Большой остался на своём месте с Магой, перекрыв выход с этого склада, а мы со Сливой, пригибаясь, добрались до наших ребят. Те сидели кучкой между бочек и стеллажей и периодически постреливали в сторону обороняющихся.
— Привет, мужики, — радостно поприветствовал нас Рыжий.
Тут к нам повернулся Туман, и я увидел его перекошенное от злости лицо.
— Почему гранаты туда не кинете? — тут же спросил я.
— Сам посмотри, — ткнул он мне пальцем в щель между ящиков.
Глава 13
Посмотрев сквозь щель, я увидел, что у обороняющихся очень хорошая позиция. Там дальше была эстакада для разгрузки фур. Она не широкая, метров 10 всего, но она была утоплена в глубине склада, и по бокам от неё были стены с маленькими окошками. Вот военные из этих окошек и отстреливались, а на самой эстакаде стояли просто огромные ящики, каждый в человеческий рост, если не выше, и, судя по попаданиям в них пуль, в этих самых ящиках было что-то железное и крепкое. Сквозь небольшие щели было видно, как там мечется обезьяна и выкидывает ящики. До них было метров 50, ну может чуть больше. Добежать до них и бросить гранату, как это сделал Грач со вторым этажом, об этом не могло быть и речи. Всё пространство открыто, а в боеприпасах эти хлопцы точно недостатка не испытывают, вон как поливают из автоматов и пулемёта.
— Из РПГ стремно палить, — продолжил говорить у меня за спиной Туман, — хрен его знает, что тут за конструкция, обрушиться всё ещё на голову. Да и из подствольника то же самое. Стены пули держат, но направляющие упираются в потолок, не знаю, держат они его или нет, короче, сыкотно взрывать тут всё. С той стороны тоже уроды засели, там вообще лист железа рикошетит.
— Погоди, Валер, — сказал я, присаживаясь на пол, — давай сначала тут решим. Те с рикошетом, как я понимаю, блокированы и выбраться оттуда не смогут? И там мартышка одна тоже есть.
— Ага, — кивнул Туман.
— Хаммер бронированный если подогнать сюда и под его прикрытием прорваться?
— Все три уже не на ходу, уничтожены выстрелами из подствольников, — ответил за Тумана Рыжий. — Они, как отступать стали, их сразу расстреляли. А ехать на обычной тачке туда, — он усмехнулся, — смертников нет.
— Получается, что у них тут тоже выхода нет, — задумчиво произнёс я, — они сидят на хорошей позиции, но хода дальше нет.
— Ага, — кивнули ребята.
— Тащите колёса от грузовиков, — сказал я, подумав, — подожжём покрышки и катнём под прикрытием огня туда, пусть подышат.
— У них противогазы есть, — сказал Рыжий. — Они тут везде слезоточивый газ раскидывали и в масках бегали, мы видели.
— Пусть, мы покрышки катнём к ним поближе, как раз в это углубление. Три четыре колеса дадут хорошую копоть, даже если у них и противогазы есть, видимость ноль будет. Потом просто открываем бешеный огонь из стрелкового оружия и быстро прем на них. Высунуться они побоятся. Каждый пусть по два ствола возьмёт, — показал я на свои МП5. — Тут 50 метров. Нас 10 человек, стену огня хорошую создадим.
— Может прокатить, — ответил Туман, задумавшись.
— Готовы? — спросил Туман спустя минут 15, когда мы прикатили сюда аж 7 больших колёс от грузовиков.
— Готовы.
