— Один, — громко крикнула бабка в открытое окно.
Мать моя женщина. Лансер взревел двигателем, дед его мгновенно раскрутил и бросил сцепление, из-под колёс повалил дым, и тачка попёрла вперёд.
— Хренасе дед наяривает, — с восхищением сказал Клёпа, — он так тут половину участников на трассе обойдёт.
Мы продолжали наблюдать за уходящим вдаль Лансером, и Маршал стоял рядом с нами, открыв рот. Лансер вошёл в правый поворот по идеальной траектории и ввинтился в него. Особенно меня поразило то, что дед на тормоз-то нажал всего ничего. Походу, дедок точно водить умеет.
— Деда-то догоните? — кивнув головой в ту сторону, с улыбкой спросил Маршал.
— Ох, не знаю даже, — приняв его игру, ответил я. — Судя по тому, как он стартанул, там под капотом реактивный движок.
Мы засмеялись.
— Ладно, стартуйте, пока машин нет, — быстро сказал нам Маршал.
Ну что, мой красавчик, покажем, как тут надо ездить. Мимо опять пролетели эти два икса, вот упёртые парни-то. Сколько они так уже гоняются, кругов 10 накрутили, а за ними, почему-то с дальним светом, Кайен. Втыкаю первую, взмах зеленого флага, я хоть и не люблю резко бросать сцепление, но тут что-то решил попробовать. Раскручиваю движок до шести с половиной тысяч и бросаю сцепление. В жопу въехал товарняк, дым и дикий свист из-под всех четырёх колёс. Меня вмазало в ковш, и мне показалось, что на доли секунды от перегрузки у меня в глазах потемнело.
— Мааааать! — заорал Клёпа, когда мы разгонялись, и я только успевал вбивать передачи.
В зеркало заднего вида увидел за нами две чёрные полосы. А звук-то какой при полном разгоне. Глушак не ревёт, он стреляет. Там же прямые трубы, катализаторов нет, нереальный рёв.
Глава 16
Пролетели 4 круга, и я окончательно убедился, что эво не для асфальта. В режиме «Ад» по асфальту я ещё на нём не ездил. Перед этим прожигом у меня были смутные подозрения, что я не то, что разочаруюсь в эво, а то, что мне не очень понравится ездить на нём по асфальту. Тут как бы немного сбивали с толку честный полный привод и 500 лошадей. Так оно и получилось: да, он едет, да, он выстреливает, да, от перегрузок, а особенно боковых, темнеет в глазах, Клёпа перестал орать на втором круге, он просто вцепился в ручки, сжал зубы, вытаращил глаза и молча сидел в ковше. Но эво, он для гравийки, он для пыли, грязи, снега, любой поверхности, кроме асфальта. Пусть и есть настройка для езды по асфальту, пусть в повороте я сделал вообще всех, кто тут в данный момент ездил по трассе, даже Игоря на Аванте, который с диким скольжением влетел за мной в поворот, и того оставил позади. Но не понравился мне эво на асфальте, сильно не понравился. Игорь меня потом на прямой догнал, кстати.
На эво можно и нужно ездить на асфальте, но это не то. Ведь не зря эти тачки для мира ралли, и в кольцевых гонках на них особо не участвуют. Гравийка, вот где он порвёт любого. Гравийная, изобилующая различными по своей сложности поворотами, подъёмами и спусками дорога. Там, где ты слышишь, как по кузову гремят камни, и влетаешь в поворот веером, и вот тут ты уже понимаешь, что полный привод на эво и каком-нибудь немце, это две большие разницы. Я даже тормоза не смог перегреть, настолько чётко он держит траекторию поворота, как на рельсах. Но в том-то и дело, что мне нравится влетать в повороты так, что тачку несёт, она скользит, играя рулём и газом, я ловлю её на выходе. А на асфальте всего этого великолепия показать невозможно. Скинуть его в скольжение можно легко: свист, дым, страшный грохот из выхлопушки. Едущие по трассе машины шарахаются в разные стороны, пропуская меня, но не то. Всё, больше на эво я сюда не поеду.
Тут же, чтобы подтвердить или опровергнуть свои догадки, я поехал на это гравийку, на соседнюю трассу, где был большой овал. О да, как только я пролетел на нём боком несколько поворотов, ко мне опять вернулось то чувство кайфа и наслаждения, которое я испытывал в карьере, когда влетал, ввинчивался в повороты, давя на газ на полную, пытаясь продавить эту самую педаль газа в моторный отсек. Тут мне снова стало не хватать мощности под капотом: бешеное ускорение, рычание двигателя. Все машины, которые в этот момент там ездили, просто остановились и съехали с трассы, это я уже на втором или третьем круге заметил. Я продолжал наматывать круги на гравийной трассе, а зрителей становилось всё больше и больше. За нами поднимался не то чтобы столб пыли, за нами поднимались две борозды из земли, когда 4 колеса рыли землю, пытаясь прокопаться до Китая, или что там внизу под нами.
Всё, бак почти пустой. Сейчас я выжал всё из себя и всё из машины, я уже знал и сумел совладать с этим монстром, с этим безумным камикадзе. В первый раз, когда я сел за руль этой машины, я понимал, что не знаю всего того, на что она способна, и она может на раз размазать меня об стенку. Теперь я знаю, на что способен и что умеет мой красный боец. Пролетев последний круг, мы подъехали к старту, там стояло около трёх десятков зрителей, которые активно махали руками, дабы еще раз дать им зрелищ, покрутился на месте, дав несколько крупных и не очень пятаков и сделав несколько восьмёрок. Великолепная траектория, великолепная работа полного привода, глушители хлопают, мотор ревёт, пылища столбом, нереальный выброс адреналина в кровь. Всё, пора заканчивать.
Когда подъезжали к зрителям, они буквально зашлись в экстазе. Я, конечно, толком не слышал, чего они там орут, но по обильно махающим рукам понимал, что людям понравилось то, что я только что вытворял на своём девятом эволюшене.
— Это было что-то, Саня, — ошарашено произнёс Клёпа, когда мы, помахав людям, потихоньку поехали на смотровую площадку, — ты безбашенный водила. Но как же он держит дорогу, — Клёпа любовно погладил панель приборов, — и на гравийке мне понравилось больше, чем на асфальте. Такое ощущение, что мне завязали глаза и посадили в другую тачку.
Вот и Клёпа еще раз подтвердил все мои наблюдения.
— Спасибо, дружище, — ответил я, — равных на гравийке ему нет, разве только субарик, но на них мне ездить не доводилось. Я ещё слышал, что полноприводные раллийные фокусы хороши. Но тут такой взять негде.
— Мне очень понравилось, — повторил ещё раз Клёпа, с наслаждением отстёгивая четырёхточечные ремни.
Следующие минут двадцать я приходил в себя. Мы поднялись на смотровую и вылезли из тачки. Тут же подбежал Булат, следом Света и остальные наши ребята с девчонками. Все как один твердили, что шоу, которое я только что устроил внизу, было великолепным.
После поздравлений огляделся вокруг, точно, вон перила как на самих Воробьёвых горах в Москве стоят. Кафешка, пару туалетов, лавочки. Прогулялись по площадке, да уж, вид отсюда открывается действительно великолепный. Все трассы перед нами как на ладони, и владельцы всего этого начали устанавливать лавочки и навесы на склоне, чтобы зрители не изжарились от солнышка. Дальше сбоку небольшой ангар, там у них, видимо, офис, вон несколько тачек стоят. А народу-то много вокруг, и люди продолжают подтягиваться. Внизу, походу, шоу какое-то началось, две трёшки бвм синхронно крутят пятаки на асфальте, разгоняются и тормозят, полицейские развороты, все это вместе, смотрится, конечно, красиво. Затем одна за другой выехали несколько машин и начали жечь резину, дыму выдали нереально много. Потом на задних колёсах носились мотоциклисты, так же жгли резину, крутились на месте. Один парень на мотоцикле даже танцевал: то на заднем колесе проедет, то на месте развернётся — здорово, мне понравилось.
Играла музыка, со всех сторон раздавались свист и крики людей, которые разбились на небольшие кучки, да и из тачек тоже музон лился отовсюду, вон несколько компашек даже жарят что-то на мангале. Тачек много, очень много. Да и фургонов и микроавтобусов хватает, мотоциклисты шныряют туда-сюда.
Затем Маршалы разогнали всех людей снизу. Эта прямая на три километра была прямо под нами, до неё было метров 50. Ведущий в микрофон объявил, что сейчас начнётся так называемый арабский дрифт, а вот это уже интересно.
