– Возьмите чуть левее, два этих бежевых джипа от вас в двух, двух с половиной километрах, прут на полном ходу к скалам. Сейчас под вами песок, через пару сотен метров он кончится, будет каменистый участок.
– Принял, понял, есть, – тут же отозвались трое водителей.
В нашей машине водитель Слива, во второй багги – Леший, и остальная моя личка там же сидит, в пустынном Порше – Крот, только с кем он, я не понял, но пассажир у него там точно есть. Ох, как же мы ехали. Как только участок пустыни кончился и начался каменистый, Слива поддал газку, я раз уже в пятый, наверное, подтянул ремни и стиснул зубы. В который раз я поразился умению наших механиков строить машины под нужды этого мира. Мы пёрли вообще не разбирая дороги, Слива только особо крупные валуны объезжал и резко тормозил перед крутыми обрывами и оврагами. По кузову машины и её аркам билось нереальное количество камней. Болтанка в глубоких ковшах была просто нереальная. Мне даже пришлось голову в плечи втянуть, чтобы её не оторвало на очередном ухабе. Огромные колёса проглатывали камни, перескакивали через них. Скажи мне вот год назад, что я вот так буду нестись по пустыне, по камням, в жизни бы не поверил.
– Ещё чуть левее, – снова услышали мы голос Саныча. – Витёк, меня видишь?
– Вижу.
Млять, да когда же эта погоня кончится то? Когда мы их уже догоним? У меня сейчас все внутренности наружу вылезут.
– Вон они! – заорал Слива.
Вынырнув, вернее выпрыгнув из небольшого оврага и пролетев несколько метров, наша багги жёстко приземлилась на задницу, и мы снова понеслись по камням и кочкам. Тут и я уже увидел два Рубикона. Они ехали точно к небольшим скалам. Я так ещё рукой Сливе помахал, чтобы он скорость сбросил, уж очень я боялся себе от такой тряски откусить язык.
– Крот, – вызвал я его по рации.
– На связи.
– Был в этих местах? Знаешь, что тут и как?
– Нет, тут не был.
– Дальше опять песок, – снова доложил Саныч, – вокруг скал движения не вижу.
Ха, ещё бы, тут вокруг ни души. До джипов оставалось меньше километра и расстояние быстро сокращалось.
– Щитки, – коротко сказал я.
Сидевшие сзади Собровцы тут же опустили листы из арканита на все окна и лобовое стекло, и каждый из нас поднял щиток из своей двери. Слива тут же пригнулся, смотря через смотровые щели на дорогу.
– Саша, скажешь, когда за пулемёт встать, – прокричал на весь салон Клёпа.
Как только подняли все щетки, мы тут же оказались в небольшом бункере. Напомню, щитки опускались на лобовое стекло, оставляя там небольшой участок для водителя и правого переднего пассажира, дырочек было много, как в дуршлаге. Из всех дверей поднимались другие щитки и фиксировались вместо боковых стёкол, плюс вместо заднего стекла, так же с крыши по внутренним направляющим опускался ещё один щиток, всё, мы в домике. Уж эту тачку стрелковое оружие не возьмёт. Пол, поток, моторный отсек, двери и эти щитки сделаны из арканита, если, конечно, у пытающихся от нас уехать нет РПГ, влепят в нас, мало не покажется, пробить-то может и не пробьёт, а вот удар будет достаточно сильный, да и щелей тут полно, пламя от взрыва по любому в салон прорвётся, а превратиться жаренный кусок мяса я точно не хотел.
– Давай-давай, Слива! – услышал я вопль сзади Клёпы. – Догоняй гадов, замочим их.
И тут два Рубикона резко свернули к одной из скал.
– Кажись, нас заметили, – произнёс Слива, так же заметив их манёвр.
– Колючий, за пулемёт и, как сможешь, открывай огонь, – тут же скомандовал я, – Вторая багги то же самое.
– Слив, сбавь чутка, – тут же прокричал Колючий, и я услышал, как он отстегнул свои ремни.
Обернувшись, я увидел, как он вылезает из ковша, откидывает верхний люк, фиксирует его в горизонтальном положении и быстро поднимает боковые щитки, чтобы обезопасить себя от пуль. Печенег был жёстко закреплён на крыше на специальных направляющих. Колючий тут же проверил короб с патронами, передёрнул затвор и стал целиться. Слива, быстро посмотрев на него, сбавил скорость ещё. Слева от нас тут же пристроилась вторая багги.
Меж тем Рубиконы прибавили скорость и двигались точно к скалам, походу, они в них хотят затеряться.
И тут сверху застрочил наш пулемёт, слева заработал второй. Наша скорость была достаточно приемлемой для прицельной стрельбы. Первые очереди прошли рядом с машинами, поднимая фонтанчики песка, несколько пуль впились в скалы. Вот оба Рубикона останавливаются, и из них стали быстро выгружаться люди, пять, нет 7 человек, кажется, нам до них около двухсот метров.
Тут же я увидел, как двое из наших противников встали на колено.
– Муха! – заорал кто-то в рацию.
Я так подозреваю, это был пассажир из Порша, только он смог рассмотреть, что там и как, я больше инстинктивно догадался. Тут в лобовом у нас маленькие дырочки, через них, конечно, видно, но недостаточно хорошо, как через отсутствующее лобовое в Порше. И практически сразу я почувствовал, услышал и увидел, как по нам забарабанили пули, а вон и огоньки выстрелов замелькали.
– Слива, вправо! – заорал я, увидав, как позади одного из стоящих на коленях мужчин резко поднялось облако пыли.
Слива успел отвернуть, и реактивная граната прошла мимо нас. Вторая пролетела мимо второй нашей багги, обе взорвались сзади.
– Мимо! – радостно заорал в рацию Крот.
Оба наших пулемёта поливали короткими и длинными очередями. Слива скинул скорость до 40-50 километров в час. Может и чуток меньше, и мы с каждой секундой всё ближе и ближе подъезжали к стоящим Рубиконам. Тут уже я выставил свой автомат в смотровую щель и открыл огонь, по ушам тут же резанул звук выстрелов. Тут же ко мне добавилось ещё пару автоматов из соседней багги, и думаю, что из Порша тоже стреляют. Жаль только, что сидящие на задних сиденьях пассажиры не могут стрелять прямо, только в бок, но мы-то прём точно на Рубиконы.
Земляне залегли около машин и вели по нам плотный огонь. Я то и дело видел отлетающие искры от нашей лобовухи из арканита и при каждом попадании я жмурился и инстинктивно пытался куда-нибудь уклониться, хотя в глубоком ковше сделать это было невозможно, Слива вон тоже дёргается сидит, но прёт точно на Рубиконы.
Глава 8.
Земляне, увидав, что их оружие не может остановить наши тачки, быстрыми перебежками, прячась за валунами и камнями, прикрывая друг друга, начали отступать к пещере. Странно, почему они гранатомёты не используют. Хлоп, бах, бах, вокруг наших машин начали рваться гранаты.
– Подствольники! – заорал Колючий, прекратив стрелять, и спрятался внутри машины.
Тут же нашу тачку накрыло песком и пылью.
– Слива, жми! – заорал я, быстро перезарядившись.
Движок взревел, и наша багги рванула вперёд. Этих нескольких секунд, пока мы выезжали из клубов пыли, землянам хватило, чтобы они все добежали до пещер. Вон я вижу последнего, он, стоя на колене, лупит по нам длинными очередями из Печенега.
– Муха слева! Слива, вправо быстро! – взорвалась наша рация голосом Крота.
Только Слива успел дать газу и резко крутануть рулём, прячась за большим валуном, как в этот валун прилетела реактивная граната. Если бы не Крот, то она наверняка в нас влепилась. А так нас только довольно-таки ощутимо накрыло отколовшимися камнями. Не знаю, каким чудом, но Колючий успел закрыть люк, и на него довольно таки с большим грохотом приземлилось пару больших камней, мелкие камешки я в расчёт не беру.
– С двух сторон объезжаем, – быстро сказал я в рацию. – Крот, стой сзади и смотри по сторонам, вдруг кто-то из них на скалы эти залез с гранатомётом.
До землян было метров 50, мы стали круто забирать вправо, в смотровую щель в водительской двери я увидел, как вторая наша багги объезжает нас слева, стоящий в турели пулемётчик, ведёт из него яростный огонь по обороняющимся. Вот его очередь влепилась точно в задницу одного Рубикона, ага, багги на камне подскочила, и прицел сбился, вот он и не успел убрать палец с курка. Бах, оба задних колеса джипа на взрыв. Меж тем, по нам продолжало стрелять два или три автомата. Но я слышу гораздо больше выстрелов. Наш пулемёт молчит, Колючий пытается открыть люк, чтобы опять открыть огонь из пулемёта, но, видать, прилетевшие камни что-то там повредили. Я ещё обернулся и видел, как он стоит раком и бьётся спиной об люк, пытаясь его открыть.
