действительность, а не ее чувственно-мысленные отражения в виде ощущений, представлений, идей, копий, образов. Объекты внешнего мира свободно 'входят в кругозор' нашего сознания, непосредственно 'присутствуют' в нем; оно как бы вытягивается, проникает в окружающее с помощью интуитивных актов знания, нисколько не нарушая целостной структуры бытия и не вмешиваясь в естественный ход вещей. Интуиция — это созерцание предмета 'в его неприкосновенной подлинности'. Имеется ряд черт сходства и различия между интуитивизмом Л. и А. Бергсона. С одной стороны, Л. положительно воспринял и включил в свою гносеологию 'покончившее' с каузальной теорией опыта антипсихологическое учение последнего, 'согласно которому раздражения органов чувств и физиологические процессы в мозгу имеют лишь второстепенное значение, не являясь причиной или содержанием восприятия предмета, а выполняют внешнюю, сигнальную функцию повода (стимула), побуждающего наше 'я обратить внимание… на сам предмет внешнего мира, задевший наше тело'. С др. стороны, Л. усматривал серьезную ошибку бергсонианства в чрезмерном иррационализме и антиинтеллектуализме, выразившемся в недооценке и отрицании объективного значения понятий рассудка, дуалистическом противопоставлении интуиции и дискурсивного мышления. В идеал-реалистической (см. Идеал-реализм) онтологии, именуемой также иерархическим персонализмом, Л. развивает концепцию онтологического плюрализма, берущую начало от монадологии Лейбница. В этом отношении философия Л. знаменует собой кульминацию лейбницианского направления в рус. философии, идущего от Козлова. Однако, препятствующее взаимопроникновению монад и органическому миропониманию учение Лейбница о том, что субстанции 'не имеют окон и дверей', т. е. не находятся в непосредственном общении друг с другом, должно быть, по мнению Л., 'отвергнуто самым решительным образом' наряду со всякой атомистикой, 'вроде демокритовской', разбивающей мир на множество совершенно обособленных индивидуумов. Метафизика Л. целиком построена на истинах Откровения и включает такие важнейшие принципы теистической парадигмы, как теоцентризм, креационизм, провиденциализм. Диалектически сочетая отрицательное (апо-фатическое) и положительное (катафатическое) богословие, Л. утверждал, что 'Бог есть существо Сверхлично-лич-ное'. 'Сотворив мир, Бог не покидает свои создания: он вездесущ; всегда и везде Он с нами'. Особое значение философ придавал догмату Троичности, первое, эпизодическое упоминание о котором в кн. 'Мир как органическое целое' (1915), послужило решающим предлогом для отстранения его от преподавания и удаления из Петербургского ун-та в ходе чистки высшей школы, устроенной советскими органами в 1921 г. Л. подчеркивал, что 'учение о Боге как Св. Троице есть фундамент и купол христианского миропонимания, столь существенно содействующий в разработке онтологии и аксиологии… что философия имеет право опираться на него, хотя оно и не может быть доказано' человеческим разумом. В отношении к миру Божественное Абсолютное выступает творцом 'множества субстанций' — духовных существ, сверхпространственных и сверхвременных 'конкретно-идеальных начал' (субстанциальных деятелей), образующих высшую сферу мира — Царство Духа, члены к-рого, 'будучи свободными в своей деятельности… добровольно, по собственному почину' остались жить 'в Боге и для Бога' и 'обретать все большую и большую полноту бытия'. Царство Духа — это 'подлинно Царство Божие'; его обитатели имеют бессмертное 'духоносное тело' и совершенное 'космическое сознание'; в нем 'нет эгоистического обособления' и 'борьбы за существование, нет деления на мое и твое'; 'все живут как одно существо', каждый 'внутренне объединен с целым'. Низшую сферу мира образует царство вражды, к-рое населено отпадшими от Царства Духа особями, страдающими комплексом 'абсолютной полноты жизни для себя'. Поскольку они отрицают священные установления и 'эгоистически' стремятся отдалиться от сверхэмпирического Царства Божия, то их 'борьба' и 'акты притяжения и отталкивания' приводят к возникновению явления материальности и созданию т. наз. психоматериального царства. Л. был сторонником учения о перевоплощении и считал смерть простым распадом износившегося, временного союза деятелей, после к-рого они приступают к строительству прежнего или выработке нового типа жизни. В своих этических работах Л. выступал против релятивизма и развивал то, что он называл 'онтологической теорией ценностей', согласно к-рой абсолютные ценности воплощены в 'полноте бытия', в Боге (воспринимаемом через мистический религиозный опыт) — едином для всех существ во Вселенной нравственном идеале Красоты, Добра, Любви, Истины, Вечной жизни и Всемогущества. Высший нравственный категорический императив теономной (заповеданной Богом) этики любви Л. гласил: 'Люби Бога больше, чем себя; люби ближнего, как себя; достигай абсолютной полноты жизни для себя и всех других существ'. Л. отказывался рассматривать зло как неотъемлемый атрибут мирового порядка, без к-рого добро будто бы не может проявиться. 'Зло могло бы оставаться никогда и никем не осуществленной возможностью', если бы никто не злоупотреблял своей свободой. Главные причины низкого нравственного уровня совр. цивилизации Л. видел в неразвитости сознания и эгоизме, а также объяснял сильным миграционным потоком деятелей из низших сфер бытия, вследствие чего очень мн. люди и даже представители целых народов 'впервые вступают в ряды человечества, поднявшись из животной жизни' и продолжая находиться во власти ее инстинктов. 'Путь эгоизма', или самоутверждения, является источником всякого зла, в т. ч. природного. Л. связывал болезни, смерть, землетрясения с аморальным выбором (возможно, таких деятелей, как молекулы, клетки и тектонические плиты). Все это необходимым образом коренится в отчуждении деятелей друг от друга и от Бога. Зло во всех его видах будет устранено только тогда, когда сам материальный мир прекратит свое существование, а это случится, когда все деятели вступят на путь святой праведности и войдут в Царство Божие. Человечество, полагал Л., должно отказаться как от одностороннего 'анархического капитализма', так и от радикального социализма и выработать 'синтез ценных положительных сторон того и другого строя'. Идеалом Л. было ориентированное на широкие слои народа 'общество социальной справедливости', функционирующее на основе 'двух систем хозяйства, государственно-общественной и частной'. Высшая цель государства — 'обеспечить каждому члену общества духовные и материальные условия нормального развития, ведущего к порогу Царства Божия'. Признавая только эволюционный путь развития об-ва, Л. резко осуждал авантюризм и нигилизм во внутренней политике: 'Попытки иных социальных реформаторов одним судорожным прыжком сразу поднять общество на гораздо более высокую ступень развития обыкновенно только разрушают достигнутое раньше скромное добро и вовсе не осуществляют новых высших форм совершенства' (Лосский Н. О. Условия абсолютного добра. М., 1991. С. 225).
Соч.: Основные учения психологии с точки зрения волюнтаризма. Спб., 1903; Обоснование интуитивизма. Спб., 1906; Введение в философию. Спб., 1911; Интуитивная философия Бергсона. М., 1914; Мир как органическое целое. М., 1917; Основные вопросы гносеологии. Пг., 1919; Свобода воли. Париж, 1927; Диалектический материализм в СССР. Париж, 1934; Чувственная, интеллектуальная и мистическая интуиция. Париж, 1938; М., 1995; Бог и мировое зло. Прага (Берлин), 1941; Условия абсолютного добра. Париж, 1949; History of russian philosophy. N. Y, 1951; Достоевский него христианское миропонимание. Нью- Йорк, 1953; Характер русского народа. Франкфурт-на-Майне, 1957; Воспоминания: Жизнь и философский путь. Мюнхен, 1968; Мир как осуществление красоты. М., 1998.
Лит.: Зеньковский В. В. Неолейбницианство в русской философии (Лосский) // Зеньковский В. В. История русской философии. Л., 1991. Т. 2. Ч. 1. С. 205–222; Лосский Н. О. История русской философии. М., 1991. С. 289–308;Левицк1ш С. А. Н. О. Лосский // Очерки по истории русской философии. М., 19 %. С. 293– 327; Он же. Патриарх русской философии: (К 70-летию Н. О. Л ос кого) // Грани. 1960. № 48; Воспоминания о Лоском // Там же. 1977. № 126; Чуева И. П. Критика идей интуитивизма в России. М.; Л., 1963; Старченко Н. Н. Мир, интуиция и человек в философии Н. О. Лосского. М., 1991; Гайденко П. П. Иерархический персонализм Н. О. Лосского // Лосский Н. О. Чувственная, интеллектуальная и мистическая интуиция. М., 1995. С. 349–370; Она же. Владимир Соловьев и философия Серебряного века. М., 2001.
Н. Н. Старченко
ЛОТМАН Юрий Михайлович (28.02.1922, Петроград -28.10.1993, Тарту) — специалист в области теории литературы и эстетики, истории рус. литературы и культуры, семиотики и культурологии. Д-р филологических наук, проф., член-корр. Британской Академии, академик Норвежской, Шведской, Эстонской академий. Был вице-президентом Всемирной ассоциации семиотики, лауреат Пушкинской премии Российской Академии наук. В 1939 г. поступил на филологический ф-т Ленинградского ун-та, окончив его в 1950 г. (Всю Великую Отечественную войну был на фронте.) С 1954 г. работал в Тартуском ун-те, где в 1960–1977 гт. заведовал кафедрой рус. литературы. Историко-научные труды Л. посвящены истории рус. литературы XVIII — сер. XIX в. В поле внимания Л. — Радищев, Карамзин, А. Ф. Мерзляков, декабристы, Пушкин, Гоголь, М. Ю. Лермонтов и др. деятели рус. культуры. Творчество писателей исследуется Л. в
