Окончил философский ф-т МИФЛИ (1938). Участник Великой Отечественной войны. В 1954–1968 гг. — зав. кафедрой истории зарубежной философии философского ф-та МГУ. С 1968 г-в Ин-те философии АН СССР, в 1971–1987 гг. — зав. сектором, отделом истории философии. Лауреат Государственной премии СССР (1983). Действительный член Международного Ин-та философии (1981), доктор honoris causa Иенского ун-та (1979). О. являлся членом редкол. (и одним из ведущих авторов) 'Истории философии' (в 6 т. М., 1957–1965) и 'Краткого очерка истории философии'. Мн. работы О. посвящены нем. классической философии и истории философии марксизма. Выдающееся значение кантовской гносеологии О. видит в том, что присущие реальности формы всеобщности впервые были поняты и как субъективные, т. е. присущие сознанию, формы. Исследуя нем. классический идеализм, О. приходит к выводу, что задача материалистической переработки идеалистической диалектики, поставленная Марксом и Энгельсом, не была в полной мере решена ни ими, ни их последователями и что эта задача сохраняет свою актуальность и в наше время. Особое внимание уделено формированию марксизма, а также развитию марксистской теории на опыте революций 1848–1849 гг. Работы О. 'Проблемы историко-философской науки' (1962; 2-е изд. — 1982), 'Главные философские направления' (1971; 2-е изд. — 1984), 'Основы теории историко-философского процесса' (в соавт. с Богомоловым, 1983) и др. внесли важный вклад в познание специфики философского знания, закономерностей развития философии. С т. зр. О., существование в мире множества философских учений, их дифференциация, дивергенция, поляризация, сочетающиеся с их интеграцией, не означает, что к.-л. будет создана некая 'окончательная' философия. Множественность учений представляет собой модус существования самой философии, 'необходимый способ существования философии, благодаря которому ее прошлое включается в последующее развитие' и благодаря к-рому философия постоянно обогащается новыми идеями, глубже постигает свое историческое прошлое. О. делает вывод, что спецификой развития философии является ее плюрализация и что философия сама может стать предметом особого теоретического анализа (метафилософии). Разрабатывая вопрос о типологии мировоззрений, 0. разграничивал философское, естественно-научное, социально-политическое и религиозное мировоззрения. Философия определяется О. как система убеждений, образующих общее теоретическое мировоззрение, к- рое осмысливает, критически обобщает повседневный опыт, феномен человеческой личности, общественную практику, научное познание, историю человечества, исследует многообразие присущих природе и об-ву форм всеобщности, разрабатывая на этой основе принципы познания, оценки поведения и практической деятельности людей. Критически переосмысливая историю марксизма, О. отрицает существование всеохватывающих законов, неизвестных к.-л. науке, доказывая, что то, что именуется 'законами диалектики', не является таковыми, а представляет лишь обобщение нек-рых общих процессов, изучаемых науками. О. считает, что 'общественное бытие' есть не что иное, как общественная жизнь, к-рая включает в себя и общественное сознание, обусловливаемое ею. В теории познания О. обосновывал положение о существовании абстрактных истин, пересматривая идущее от Гегеля утверждение, что абстрактной истины нет, истина всегда конкретна. Конкретной истиной, с т. зр. О., является согласование абстрактных истин, к-рое далеко не всегда возможно. Дискутируя о судьбах марксизма, О. в кн. 'Марксизм и утопизм' (2003) выступает, с одной стороны, против ортодоксальных ученых-догматиков, а с др. — против некомпетентного отрицания марксизма его недавними пропагандистами, ставшими вульгарными антимарксистами. Автор считает необходимым объективно разобраться, что именно в марксизме продолжает оставаться актуальным и продуктивным, а что устарело в новых исторических условиях.
С о ч.: Возникновение марксизма-революционный переворот в философии (в соавт.). М., 1948; Классическая немецкая философия — один из теоретических источников марксизма. М., 1955; Обобщение Марксом и Энгельсом опыта революций 1848 г. М., 1956; Основные этапы развития домарксистской философии. М., 1957; К. Маркс — основоположник диалектического и исторического материализма. М., 1958; Философия Фихте. М., 1962; Формирование философии марксизма. М., 1962; Die Entstehung der marxistischen Philosophie. В., 1965, 1980; Entfremdung als historische Kategorie. В., 1966; Кризис современного идеализма. М., 1972; Философия Канта. М., 1974; Диалектический материализм и история философии. М., 1979; Историко-философское учение Гегеля. М., 1982; Рациональное и иррациональное. М., 1984; Критика критического рационализма. М., 1988; Научно-философское мировоззрение марксизма. М., 1989; Philosophie auf dem Wege zur Wissenschaft. В., 1989; Теория познания Канта (в соавт.). М., 1991; Философия как история философии. Спб., 1999. Опыт критического осмысления диалектического материализма // Вопросы философии. 2000. № 2; Оправдание ревизионизма. М., 2005.
Лит.: Обсуждение книги Т. И. Ойзермана 'Оправдание ревизионизма // Вопросы философии. 2006. № 7.
А. Г. Мысливченко
ОНТОЛОГИЗМ (от греч. ontos, род. падеж от on — сущее, бытие и logos — слово, понятие, учение) — познавательная установка, исходящая из реальности или необходимости 'бытийственного', целостного вхождения познающего человека в существующее в целях подлинного его познания. О. наиболее характерен для теории познания славянофилов, философии всеединства и во многом связан с гносеологией христианского мистицизма, нем. романтизма, взглядов позднего Шеллинга и А. Шопенгауэра, противостоящих узкорационалистической теории познания. Как писал Самарин, 'рационализм есть логическое знание, отделенное от нравственного начала', начала христианского, в то время как основу познания составляет изначальное 'личное откровение' Бога, 'освящающее душу каждого человека'./!. С. Хомяков считал необходимым живое, естественное слияние познающего человека с познаваемым (состояние веры или живознания), чтобы все разнообразие мира было воспринимаемо, понимаемо 'всеми живыми и нравственными силами духа человека', связанного 'общением любви' с духом др. людей и со Святым Духом. Познание же только рассудочное не способно охватить реальность познаваемого, и 'то, что в нем мы познаем, уже не содержит первоначала в полноте его сил'. Киреевский полагал, что 'для отвлеченного мышления существенное вообще недоступно, ибо только существенность может прикасаться к существенному'. Эта 'существенность' — целостная, свободная и разумная личность человека, в к-рой происходит процесс внутреннего развития, даже 'свечения' смысла, т. е. процесс богопознания и одновременно миропозна-ния. Познание истины есть пребывание, жизнь в истине. Такое доступно, согласно Киреевскому, только 'верующему мышлению'. Иное мышление (как и сам его носитель) в силу утраты изначальных связей оказывается 'отвлеченным', опустошенным. О. Голубинского заключался в представлении реального мира как цельного живого Безусловного и 'Бесконечного Бытия', к-рое человек изначально, от рождения предчувствует и неизбежно включает в свой процесс познания, поднимаясь от конечного и условного к Единому Бытию. О. Козлова был связан с учениями Г. В. Лейбница, Р. Г. Лотце, Г. Тейхмюллера и опирался на представление о мировом целом как сросшемся из множества субстанций во главе с Субстанцией (Богом) 'организме' и, следовательно, органичной включенности 'субстанции' познающего человека в существующее. Эта включенность, или 'первоначальное сознание', — невыразима, бессознательна и абсолютна (поскольку мы непосредственно осознаем Бога), а последующее наше сознание уже производно, относительно, хотя 'все-таки не чуждо реальности'. В понимании В. С. Соловьева, поскольку 'человечество истинное, чистое и полное — есть… живая душа природы и вселенной', соединенная, соединяющаяся с Богом и соединяющая 'с Ним все, что есть', то истинное познание невозможно без 'внутреннего соединения с истинно сущим', с Абсолютным бытием. Соловьев в духе учений славянофилов из 3-х осн. функций познания — воображения, творчества и веры — особо выделяет веру как 'знание безусловное, мистическое'. Близкий ко взглядам Соловьева О. мы находим в учениях Флоренского, Франка, Булгакова, Н. О.
Лосского. О. Флоренского связан с 'духовным переживанием полноты бытия', с переживанием слияния отдельного человека, человечества, космоса и Св. Троицы во 'всеединство'. О. Франка также опирается на метафизику всеединства: всеединство 'металогичнр' или 'трансрационально', 'непостижимо', и 'реальность, как таковая, совпадает с непостижимым' в своих последних глубинах. 'Интуиция всеединства, — пишет Франк, — есть первая основа всякого знания'. По Булгакову, в религиозном сознании присутствует единое 'Сверх-что', Бог, 'нечто по существу своему трансцендентно-имманентное', т. е, и потустороннее, и пребывающее внутри мира и человека. О. Лосского проистекает из 'идеи всепроникающего мирового единства', из признания, что 'все имманентно всему'. Единственной основой познания, согласно Л, может быть только интуиция (чувственная, интеллектуальная и мистическая), непосредственно соединяющая познающего человека с посю- и потусторонним миром. Рус. религиозные
