246
Сборник статистических сведений по Союзу ССР. 1918–1923. С. 424.
247
Грехова Н.Н. Указ. соч. С. 199.
248
РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 9. Д. 387. Л. 19.
249
Кабанов В.В. Крестьянское хозяйство в условиях «военного коммунизма». М. 1989. С. 187.
250
Грехова Н.Н. Указ. соч. С. 197.
251
Так, постановление Совнаркома о натурналоге на хлеб появлялось в центральной печати в марте — апреле, а последний налог (например на домашнюю птицу) принимался, как правило, в середине сентября. Кроме того, размер натурналогов с каждого крестьянского хозяйства устанавливался в зависимости от урожайности в данной местности, которую можно было установить, в лучшем случае в начале лета, но не ранней весной, до начала посевной кампании.
252
Попов П.И. К вопросу о налоговой системе // Экономическая жизнь. 1922. № 32. С. 3.
253
А в 1925–1926 гг. — 5,5 млн. дворов (до 24 % крестьянских хозяйств). [См.: Поляков Ю.А., Дмитренко В.И, Щербань Н.В. Новая экономическая политика: разработка и осуществление. М., 1982. С. 124; История советского крестьянства. В 5-ти тт. Т. 1. Крестьянство в первое десятилетие советской власти 1917–1927. М., 1986. С. 357.]
254
ГА РФ. ф. 1066. Оп. 1. Д. 17. Л. 10.
255
ЦГАМО. Ф. 66. Оп. 22. Д. 107. Л. 5–6.
256
Прогрессивность выпячивалась и в технике налогообложения: сначала облагалась пашня, затем ставки для верхних групп все повышались, достигая восьмикратного разрыва по сравнению с низшей группой, с которой начиналось обложение. Все это сильно (и изначально) задерживало процесс капиталонакопления и рост средних слоев как материальных выразителей товарного производства.
257
РГАЭ. Ф. 105. Оп. 2. Л. 26; РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 31. Д. 39. Л. 10 об.
258
РГАЭ. Ф. 1943. Оп. 6. Д. 1078. Л. 18–18 об.
259
Там же. Л. 32 об. — 33, 66–68.
260
Там же. Л. 32 об., 33, 66.
