Зимние гнезда безмолвны, пусты,Не говорят полоненные реки.Медленно снег оседает в кусты,Мягче пушистого снега аллейки.Встану над просекой, крикну «Ау!»Белой зиме, старику Берендею.Может быть, я молодую травуГолосом, русскою речью согрею.Может быть, выскочит заяц-беляк,В сентиментально-доверчивом чувствеСядет и скажет: — Здорово, земляк!С чем ты пришел? Не принес ли капусты?Может быть, все разбегутся тотчас,Где-нибудь мне обнаружить придется:Чьи-то пугливые уши торчат,Чье-то сердечко испуганно бьется.Милые звери! Не буду стрелять,Я ведь в природе поэт, чтоб вы знали,Я ведь хочу на других повлиятьИ попросить, чтобы в вас не стреляли!Белое поле. Равнина и тишь.Инея тонкая, нежная навись.Сердце! О чем ты так громко стучишь?Песню какую опять начинаешь?1959
* * *
Ты пришла, мой друг старинный!Открываю дверь, молчу.Головы твоей повиннойНе даю казнить мечу.Я тебе прощу измену,Не напомню никогда,Как я плакал, бился в стену,Как у нас стряслась беда.Не спешил обнять другую,Знал, что это будет ложь.Шел весь год сквозь бурю злую,Ждал и верил: ты придешь.Проходи, берет снимай-ка,Вешай синее пальто.У меня в дому хозяйкаТолько ты или — никто!Ничего и не случалось,Я не плакал, не скорбел,Ты ведь просто отлучалась,Я ведь просто ждать умел!1959