— Теперь-то можно, — отстраненно отозвался охотник, думая о том, что до соседнего дома рукой подать.

— Ладно, Алексей, — сказал участковый, почувствовав, что разговор закончен. — Спасибо тебе за телефончик, пойду я посмотрю, что это за магазин такой.

— Удачи, — пожелал ему Кобылин. Потом, немного помедлив, добавил: — Звоните, если что… странное будет.

— Куда уж страньше, — отозвался участковый и ухмыльнулся в трубку. — Ну, бывай, Кобылин.

Алексей медленно положил трубку на телефон, посмотрел на пистолет, лежавший рядом с аппаратом. Он совершенно искренне надеялся, что участковому действительно не придется столкнуться ни с чем более странным, чем пропавший труп. Потом вздохнул, развернулся и пошлепал в душ.

Нежась под теплыми струями воды и с наслаждением пофыркивая, Кобылин думал о старичке, что после смерти так взбудоражил милицию. Слава богу, что так, а не как вчерашние гости подстанции «Скорой помощи». Кобылин досадливо поморщился, коснувшись болевшего плеча. Ему еще повезло. И не только ему, просто чудо, что все охотники выбрались из этой ловушки целыми и невредимыми. Пара ушибов и вывихнутая нога Григория — не в счет. А в том, что это была ловушка, Кобылин не сомневался.

По дороге домой они долго говорили с Бородой, обсуждая произошедшее. Грише тоже не нравилось, что наблюдатели от Двух Нулей прощелкали такое большое гнездо. Похоже, в это здание зомби начали собираться еще пару дней назад — и тайно, словно скрываясь ото всех. А когда явились охотники — атаковали, да не сразу, а выждав удобный момент. Такое разумное поведение было для зомби нехарактерно — по словам Бороды. И у него, и у Кобылина возникло такое ощущение, что действиями покойников кто-то руководил, но кто и как — насчет этого идей у них не было. Как, впрочем, и у Вещего, которому Борода позвонил прямо с кушетки. Тот выслушал отчет Григория, — как отчет старшего двойки, что возвращалась с дежурства, — но разговор не поддержал и на вопросы не ответил. Обещал разобраться с наблюдателями, прошляпившими гнездо, но и только.

После этого Кобылин рассказал напарнику о том, что случилось с ним внутри здания. И о Инге. Борода сначала поднял друга на смех. Он не верил, что зомби могут вести себя так, как люди. С жаром принялся доказывать, что процессы разложения, что идут в теле после смерти, необратимо уничтожают мозг и прекращают высшую нервную деятельность. И что неразумный кусок мертвого мяса, который подняли из могилы, — это одно, а красивая мертвая девушка, что может поддержать разговор, — это уже совсем другое. Нечто из области темной романтики. Кобылин пожал плечами и рассказал все подробно, по минутам. Тут призадумался и Григорий. В конце концов сошлись на том, что Кобылин как раз застал процесс преображения, когда едва умерший человек превращался в зомби. Как умерла Инга, охотник догадывался — он видел рану у нее на боку и думал, что тот человек, которого она пыталась спасти, ее и поцарапал. Или это случилось раньше, а она, вытаскивая уже мертвого товарища, даже не заметила этого. Борода совершенно серьезно посоветовал Алексею все это записать и отправить отчет Вещему. О механизме, прекращавшем обычный труп в зомби, известно было преступно мало, а Кобылин, по словам напарника, оказался свидетелем очень редкого явления. И нельзя было допустить, чтобы эта информация пропала. Алексей вновь завел разговор об общей базе данных охотников и об архивах, но Борода отшучивался. Потом они приехали к дому Кобылина, и он отправился спать.

Сейчас, греясь под душем, Алексей заново оценил все то, что видел вчера. Свежая голова работала лучше, и Алексей задал самому себе новые вопросы, на которые не мог ответить. Бледное лицо Инги все еще преследовало его. С затаенной внутренней болью Алекс думал — а мог ли он поступить иначе? Что, если Инга так и не превратилась бы в кровожадного разрушителя, а осталась бы доживать свой краткий век ожившего покойника. Быть может, если бы не охотники, она так бы и существовала, пока не разложилась бы плоть? Но нет. В последние минуты она вела себя так же, как другие — пыталась накинуться на живое существо, разорвать его в клочья. Но при этом она пыталась говорить. «Не могу». Что это значило? Не могу удержаться? Или не могу нападать? Что заставило ее наброситься на человека, спасшего ей то, что с некоторой натяжкой можно назвать жизнью? Что вообще происходит, почему появилось столько зомби и почему они вдруг стали устраивать засады на охотников?

Кобылин вылез из душа, тщательно вытерся мохнатым полотенцем и с раздражением бросил его на кафельный пол. Что-то происходило в городе. Что-то большое и нехорошее. Кобылин всей кожей чувствовал, что эта история далеко не окончилась. Что дело тут не в одиночных покойниках, которым не лежится в могилах. Почему сейчас? Почему такая вспышка активности? Фаза луны, вспышки на солнце, редкое сочетание звезд на небе?

Надев свежее белье, Алексей вернулся в ванную и начал бриться. Рассматривая чистые щеки, он аккуратно водил бритвой по горлу и продолжал размышлять. Ему было ясно, что несчастные покойники — лишь средство. За их пародийным воскрешением стояло нечто большее. И чтобы бороться дальше, надо было выяснить, что именно. Кобылин знал, что не найдет ответы на свои вопросы у охотников. Даже Гриша посмеялся над его теориями. Вещий же, у которого шебутной охотник до сих пор на дурном счету, пошлет его ко всем чертям, вот и весь разговор. Да и разговаривать пока не о чем — ворох вопросов, который Кобылин был готов вывалить на Олега, это не разговор о деле. Это истерика. Прежде чем строить предположения, нужно найти информацию. А на дежурстве, когда Два Нуля призывают на работу, ничего не узнаешь. Там надо стрелять — быстро и метко, завершая то, что началось раньше. Чтобы узнать, по чему приходится стрелять, нужно идти совсем на другую охоту.

Похлопав ладонями по чисто выбритой шее, Кобылин оставил в покое бритву и пошел одеваться. Он выбрал новые черные джинсы, чистую куртку и свитер. Вернувшись в коридор, обул черные ботинки, которые давно купил в магазине, да так и не носил. Потом задумчиво уставился на свою куртку, висевшую на вешалке. Протянул руку, прикоснулся к клочьям ваты, торчащим из подкладки.

Высокий и толстый воротник был растерзан в клочья оборотнем. Кобылин, как мог, зашил его, но грубые швы смотрелись ничуть не лучше дырок от когтей. После вчерашней ночи на куртку нельзя было смотреть без слез — одного рукава не хватает, из дырок, оставленных пальцами зомби, торчит вата. Удобная куртка для того, чтобы ползать в подземельях да копать картошку. Но совершенно неподходящая для того, чтобы добывать информацию. Для этого нужно выглядеть представительно.

Задумчиво взглянув на засаленную джинсовую куртку, что висела рядом с изуродованным пуховиком, Кобылин полез пальцами в нагрудный карман. Достав из него белый квадратик кредитной карты, охотник покрутил его в руках, прищурился, разглядывая себя в зеркало. Ему нужно выглядеть по-другому. Для этой охоты нужна другая шкура.

— Василий Головин, из сто шестой, — повторил Кобылин, натягивая джинсовку. — Тридцать второй дом.

Аккуратно переложив кредитку в карман куртки, он вышел из дома, плотно захлопнув за собой дверь.

Охота началась.

* * *

К третьему подъезду дома номер тридцать два Алексей подошел уже после обеда. С неба, из серых туч, медленно падали редкие снежинки. Пушистые, словно перья из старой подушки, они легкими хлопьями садились на плечи Алексея, собираясь в диковинные узоры. Во дворах было тихо — серое небо давило на плечи зимним унынием, не располагавшим к прогулкам. Лишь вдалеке, у хоккейной коробки, заливалась смехом детвора, вернувшаяся из школы.

Медленно, не торопясь, наслаждаясь каждым шагом, Алексей шел по заснеженной дорожке к подъезду. На плечах нового пальто таяли снежные эполеты. Он выбрал черное, с легким серебряным оттенком. В магазине нашлось и угольно-черное, совсем как у Евгения, но Алексей выбрал это. Оно сразу мягко легло на плечи, ловко укутав его тощую фигуру, хоть и было на размер больше. Охотнику даже не хотелось его снимать, настолько ему понравились эти теплые объятья. Мягкое, но прочное, темное, но не броское. Теплое, но не жаркое, аккуратное, не мешающее движению, — пальто очаровало охотника. У него еще никогда не было такой чудесной одежды, и он, не колеблясь, расплатился за него, хотя на эту сумму мог сделать еще один ремонт на кухне. Шляпу Алексей так и не подобрал. Вспоминая Евгения, он примерил несколько широкополых красавиц, но остался недоволен результатом. В шляпе и пальто он смотрелся на редкость глупо. Координатору как-то удавалось выглядеть одновременно стильно и грозно в таком наряде, а вот Алексею шляпы не шли. Зато услужливый продавец подобрал ему теплую кашемировую кепку в тон

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату