смысле? Отвечу на вопрос отрицательно - нет, поскольку те же самые аргументы, что заставляют христианина серьезно относиться к явлениям в Фатиме, можно равным образом приложить и ко встречам с божественными существами в нехристианском контексте. Кое-кто возразит, что подлинными являются только христианские (и в особенности католические) встречи, а все прочие - дело рук Сатаны. Однако если существа, выказывающие божественные свойства во всех нехристианских традициях, - всего лишь хитрые обманки, созданные космическим трикстером, то наверняка то же самое можно сказать и о божественных существах христианства. И это возвращает нас к утверждению Валле, что ангелы и дьяволы - все по сути одинаковы.
Следует также отметить, что хотя послания, переданные в Фатиме, и были выражены в недвусмысленно католических терминах, они к тому же добавили к католицизму нечто новое. Обсуждая 'откровения в Фатиме', Франсис Джонстон дал понять, что они вызвали громадные споры в католической церкви и что новый материал (включающий в себя, к примеру, идею о посвящении России в Сердце Марии) не являлся немедленно и всецело приемлемым. Протестанты могут заявить, что католический культ Марии является сомнительным дополнением к христианству, а само христианство не существовало вечно, но возникло в определенный исторический момент. Так что вполне вероятно, что произошедшее в Фатиме новое явление перед людьми некоей силы входит в контекст традиции, более
