женщины, живущие в семье.
На столе появились кушанья, и Симэнь принялся за еду.
Вдруг из передней донесся бой барабанов и гонгов.
— Его сиятельство Цзин, военный комендант, прибыли.
Симэнь, одевшись в парадное платье, поспешил навстречу гостю и проводил его в залу, где после взаимных приветствий поблагодарил его за щедрые подношения. После того как каждый из них занял соответствующее место, им подали чай.
— Так вот, — начал Симэнь. — Цензор Сун ваш послужной список принял и пообещал сделать, что может. Так что вскоре вас ждет повышение, сударь.
— Я вам весьма обязан за хлопоты, сударь! — со сложенными на груди руками благодарил гость хозяина. — Никогда не забуду вашего старания, сударь!
— Я и насчет командующего Чжоу цензору напомнил, — продолжал Симэнь. — Тоже обещал поиметь в виду.
Во время их беседы доложили о прибытии дворцовых евнухов-смотрителей Лю и Сюэ. Они вошли под барабанный бой и удары в гонг. Симэнь спустился со ступеней и ввел их в залу, где все обменялись приветствиями. Гости были в украшенных драгоценными камнями и бахромою темных халатах из шерстяной ткани, затканной драконами о четырех когтях. Они заняли места в центре залы. За ними прибыл столичный воевода Чжоу. Завязалась беседа.
— Как великодушен Сыцюань! — обращаясь к Чжоу, воскликнул Цзин. — Он и о вас замолвил доброе слово на пиру в честь его сиятельства Хоу. Цензор Сун тоже будет иметь в виду. И вас ожидает повышение в чине.
Столичный воевода Чжоу склонился перед Симэнем:
— Я бесконечно вам благодарен, сударь, — проговорил он.
Немного погодя один за другим прибыли командующий ополчением Чжан, тысяцкий Хэ, Ван Третий, тысяцкий Фань, шурин У Старший и сват Цяо в перетянут поясом темном халате и парадной чиновничьей шапке. Его сопровождали четверо слуг. Цяо Хун приветствовал собравшихся, потом четырежды поклонился Симэнь Цину. Когда его стали расспрашивать о назначении, Симэнь ответил:
— Мой сватушка удостоился от областного управления чина главы ритуальной службы.
— Раз вы Сыцюаню сват, поздравляю вас с пожалованием, — обратился к Цяо воевода Чжоу.
— Весьма тронут вашим вниманием, господа, — сказал Цяо Хун. — Не извольте беспокоиться.
Каждый занял подобающее по чину место. Подали чай, после чего за парчовой ширмой накрыли пиршественный стол. В расписной палате блистали и сверкали дорогие вещицы, одна другой краше. Перед ступенями играли на свирелях и пели. Стол ломился от редких яств. Принесли вино. К каждому из гостей подошли и взяли верхние одежды. Все заняли свои места. Только Ван Третий, как его ни упрашивали, не решался сесть за стол.
— Будь же как дома, садись с господами за компанию, — уговаривал его Симэнь. — Нынче ведь не званый обед.
Вану пришлось, наконец, занять место с левого боку. Немного погодя подали суп и рис. А когда поставили на стол жареного гуся внизу начались пляски казенных танцоров. За ними выступили забавники и скоморохи, актеры разыгрывали небольшие сценки, а потом вышли не спеша певицы и поклонились господам.
Каждая из них была прекраснее цветка, на какую ни глянь — фея в жемчугах и бирюзе. Они заиграли на серебряных цитрах, ударили в нефритовые кастаньеты, и полились чудные мелодии, а среди букетов ярких цветов слышались шутки и смех.
Да,
Почетное место, само собою разумеется, занимал бывший дворцовый евнух-смотритель Лю. На чаевые ушло много серебра. Пировали и веселились вплоть до первой ночной стражи. Когда гости отбыли, Симэнь отпустил музыкантов и актеров, предварительно наградив их серебром. Певицы все еще пели в покоях Юэнян. У Иньэр хозяйка оставила ночевать, а остальные перед уходом зашли в залу, чтобы поклониться Симэню.
— Завтра Ли Гуйцзе с собой приводи, опять петь будете, — обратился он к Чжэн Айюэ.
Айюэ понимала, что не звали Гуйцзе из-за приглашенного на пир Вана Третьего.
— Что, батюшка, овладел полководец логовом, и бежали разбойники? — улыбаясь, говорила певица. — Кого же завтра приглашаете?
— Только родных и друзей.
— Если будет Попрошайка Ин, я не приду, — заявила Айюэ. — Видеть не могу этого урода — приставалу противного.
— Его не будет.
— Вот и хорошо! Придет задира, петь не станем.
Певица отвесила земной поклон и, выпрямившись во весь рост, ушла.
Симэнь дождался, пока убрали посуду, и направился в покои Ли Пинъэр, где провел ночь с Жуи, но не о том пойдет наш рассказ.
Утром Симэнь отбыл в управу, чтобы препроводить в управление в Дунпин допрошенных накануне преступников.
Когда Симэнь вернулся, было накрыто двенадцать столов. Приглашение получили настоятель У, шурин У Второй, шурин Хуа Старший, свояк Шэнь, свояк Хань, доктор Жэнь, сюцай Вэнь, Ин Боцзюэ с побратимами, Ли Чжи, Хуан Четвертый и Ду Третий, а также двое приказчиков. Вином обносили гостей певицы Ли Гуйцзе, У Иньэр и Чжэн Айюэ. Пели Ли Мин, У Хуэй и Чжэн Фэн.
Во время пира вошел Пинъань и доложил:
— Дядя Юнь Второй свидетельствует свое глубокое почтение по случаю получения наследственного чина.
За облаченным в темный полотняный халат с квадратными нашивками и круглым воротником Юнь Лишоу, который шествовал в чиновничьей шапке, препоясанный золотым поясом, следовали слуги, несшие подношения. Первым делом хозяину была вручена визитная карточка. Симэнь прочитал:
«Недавно получивший по наследству пост помощника командира правого гарнизона в уезде Цинхэ, Шаньдун, ваш покорный слуга Юнь Лишоу с нижайшим поклоном и почтением подносит скромные дары здешних мест: десять собольих шкурок, морскую рыбу, пакет сушенных креветок, четыре копченных гуся, десяток уток и пару занавесей из глянцевитой промасленной бумаги. Не осудите за столь скромные знаки внимания».
Симэнь велел слугам принять подношения и поблагодарить Юнь Лишоу.
— Ваш покорный слуга только вчера вернулся домой и тотчас же поспешил нанести вам визит, сударь. — Юнь сделал полагающиеся земные поклоны и продолжал: — Я от души благодарен вам за великие милости. Пусть скромные дары здешней природы будут выражением моей искренней признательности.
Юнь Лишоу потом поклонился остальным собравшимся. Как к особе чиновной Симэнь относился к Юнь Лишоу с особым почтением и предложил место рядом с шурином У Вторым. Слуги сей же час поставили перед ним прибор, подали суп и рис. Сопровождающих Юня было велено накормить мясным и поднести вина.
Симэнь осведомился о постигшей Юнь Лишоу утрате и получении потомственного титула. Юнь обстоятельно рассказал, как обстояло дело.
— Благодаря его сиятельству Юю из Военного ведомства, — говорил Юнь, — весьма
