И второе. Обучение в терчастях производится путем сборов в лагерь: трехмесячных на первом году службы и одномесячном в последующих, организуемых в губернских центрах, т.е. и при территориальной системе части Красной Армии являются таким же «единственным сборным пунктом, где рабочие и крестьяне, оторванные друг от друга, сходятся и сходясь, обмениваются политическими мыслями» (из доклада т. Сталина XII съезду [ВКП(б)]. Дело надлежащей организации, дело нашей партии, чтобы в этом обмене «политических мыслей было обеспеченно полностью пролетарское влияние».
Надлежащее военное обучение при таких кратких сроках конечно может быть полностью обеспечено, во-первых, правильной постановкой физического воспитания и внедрения военных знаний в молодежь и затем военной подготовкой допризывных возрастов и вовлечение переменного состава тердивизий в совершенствование военных знаний путем работы в военных уголках, спортивных и стрелковых кружках, не отрывая его от повседневного труда. Поставить военную подготовку на таких началах задача чрезвычайно сложная, но мы уже на основании опыта можем констатировать полную его осуществимость.
Безусловно, это неосуществимо только силами одного военного ведомства. Эта система требует определенных затрат со стороны государства и, самое главное, – самодеятельного участия и содействия этому делу всего партийного и государственного аппарата. Эти условия нами выдвигались всегда на первый план и сейчас подчеркиваются со всей силой.
Формы этого участия уже прощупаны опытом работы на местах. Наши требования: ликвидация технической неграмотности в призывных возрастах, военное просвещение через школу, избу-читальню и клуб, ответственность соответствующих губисполкомов и окрисполкомов за боеспособное состояние тех терчастей, которые расположены на их территории, наравне с той ответственностью, которую несет местная власть за правильное функционирование фабрики, завода государственного значения.
Совокупность требований военной обороны страны, вытекающей из международной обстановки, приводит нас к необходимости иметь мобилизационный план на 3-х миллионную армию в составе не менее 90-95* стрелковых дивизионных соединений и 19-20 кавалерийских, с соответствующим количеством единиц специальных родов войск (тех. воздушн. мор. сил). Если бы мы содержали это количество соединений по типу кадровых частей в составе хотя бы 25-30% военного времени, то потребовалось бы общую численность кадров довести до миллиона человек (110 соединений по 4 500 человек = 495 тысяч. Количество людей в тактических соединениях составляет немного больше половины общего состава армии).
Емкость такой армии в отношении пропуска населения через военное обучение не превышала бы половины призывного контингента даже при одногодичном сроке службы. Но, во-первых, введение одногодичного срока службы удорожит содержание той же численности армии примерно на 25%, так как ее дееспособность возможна только при условии содержания сверхсрочнослужащими всего младшего комсостава и обслуживающего персонала, в то время как при 2-летнем сроке службы эти должности отменяются преимущественно срочнослужащими[139].
* В тексте документа эти цифры зачеркнуты и исправлены на 120.
Проект одногодичного срока службы с целью увеличения пропускной способности армии в прошлом году разбирался во Франции, но по этим же причинам был отклонен.
Можно ли отказаться от стремления обучить возможно большую часть призывного контингента и ограничиться только тем, что в состоянии обучить кадровая армия. Если наша кадровая армия будет пропускать 250 тысяч, то при мобилизации в первую очередь придется призвать обученных из состава 10-ти возрастов и не менее 5-ти возрастов, не обученных в запасные части. Таким образом, в первые дни мобилизации неизбежно внесется полное расстройство в хозяйственную жизнь страны, вызовет непосильную работу транспорта, создаст большое скопление людских масс в городах и кроме того, самая подготовка, как доказал опыт, будет носить самый примитивный характер. Тогда как территориальные части при вдвое меньших кадрах захватывают в свой состав пять возрастов, подготовляя их в мирное время с гораздо меньшем отрывом от труда, в составе тех войсковых частей, в которых они выступят на войну.
Существует такое мнение, что за последний год мы форсировали перевод кадровых стрелковых дивизий на положение территориальных без достаточного учета опыта и оценки имевшихся территориальных частей, и в качестве обеспечивающего предложения от дальнейшей поспешности в этом направлении предлагается дальнейший перевод кадровых дивизий на территориальные прекратить.
Такое предложение в существе своем основано на неправильной оценке существующей организации наших вооруженных сил. Если части технических войск, морской и воздушный флоты и стратегическая конница могут быть отнесены по своему построению и мобилизационному развертыванию к кадровым войскам, то вся остальная вооруженная сила, составляющая дивизионные соединения, только по традиции сохраняет разделение на кадровые и территориальные дивизии.
И по численности кадров мирного времени, и по способу комплектования, и в особенности по системе намечающегося развертывания этих дивизий в мирное время принципиальная разница между кадровыми и территориальными дивизиями в действительности давно уже исчезла. В составе организации стрелковых войск мы имели не кадровые и территориальные дивизии, а различной численности кадры войсковых соединений: 4 400, 2 400, 620 и 190 [чел.], являющиеся по системе развертывания в военное время однотипным – территориальным.
На этом основании в целом ряде военных документов мы фиксировали, что терсистема является основой наших вооруженных сил. И не только как система, но и фактическое соотношение так называемых кадровых и территориальных соединений свидетельствует о том, что основу нашей организации стрелковых войск составляют территориальные дивизии. Из 77 существующих стрелковых дивизий так называемых кадровых мы имеем всего 31, а территориальных – 46; 28 – с кадрами в 2 400 [чел.]; 15 – с кадрами в 660 [чел.] и 3 (нац.) – смешанные.
На данной ступени развития и оформления организации вооруженных сил, очередной задачей является не приостановление развертывания терсистемы, а в пределах той общей численности кадров РККА, которую мы можем иметь по состоянию бюджета, создать необходимое количество настоящих кадровых дивизий с 70-80% составом их к военному времени, которые могли бы составить армию прикрытия, и, второе, развить количество кадров дивизии до требуемого оперативным планом числа единиц (91), обеспечив им полную возможность военной подготовки всего состава дивизии и мобилизации. Трехлетний план развития вооруженных сил, начало которому кладется с наступлением нового бюджетного года, практическая работа сегодняшнего дня в этом направлении и ведется.
Первое и основное преимущество территориальной системы заключается в том, что территориальная дивизия или войсковая часть в мирное время содержит в себе состав военного времени и при мобилизации не требует дополнительного развертывания. Это преимущество особенно важно для нашего Союза в связи с тем, что ближайшие враги нашего государства по наличию путей сообщения, развитой промышленности, мобилизацию своей армии могут провести гораздо быстрее нашей кадровой армии.
Вторым, также основным преимуществом является то, что при терсистеме Красная Армия имеет возможность обучить военному делу в 3 раза большую часть населения, чем кадровая, не отрывая их от производства.
Третьим преимуществом являются значительные материальные выгоды. Обучение военному делу, учитывая расходы по всем видам снабжения в кадровых частях, одного красноармейца составляет 535 руб., в то время как обучение в территориальных частях обходится государству в 291 рубль. Последнее преимущество особенно важно для нашего Союза в связи с нашей бедностью в средствах.
Четвертое, опыт подготовки в территориальных частях в сочетании с допризывной подготовкой и учебной работой между сборами показал, что боевая подготовка переменного состава территориальных частей позволяет подготовить с таким же успехом, как и в кадровых частях бойца-специалиста.
