Она потянулась за листком, который изучал Тобиас.

— Кстати, то, что напечатано в сегодняшней газете, просто бросается в глаза! Нужно записать, пока я не забыла.

Она принялась писать. Тобиас неодобрительно покачал головой.

— По-моему, я достаточно ясно дал понять, что не рекомендую помещать объявление в газетах. Этим ты привлечешь нежелательных клиентов. В нашей работе лучше полагаться на устные рекомендации.

— Ты, если хочешь, можешь вести свои дела в прежней, старомодной манере, но я собираюсь попробовать более современный способ привлечения заказчиков. Нужно же что-то делать, в конце концов!

Тобиас наклонил голову, чтобы прочитать очередную строку.

«Конфиденциально! Новые надежные устройства для джентльменов, готовых рискнуть».

Лавиния, довольно улыбаясь, изучала написанное.

— Звучит весьма заманчиво, особенно «джентльмены, готовые рискнуть». В этом есть нечто интригующее, не так ли?

— Весьма.

— Я, естественно, не желаю намекать на то, что мои услуги предназначены исключительно для джентльменов.

— Естественно.

— Я хочу включить в круг клиентов не только мужчин, но и женщин. Думаю заменить слово «джентльмены» на «особы». Или нет? — Она чуть помедлила, пораженная новой мыслью. — Как это звучит? «Личные и конфиденциальные услуги, предлагаемые леди и джентльменам, готовым рискнуть»?

С другого конца стола не донеслось ни звука. Лавиния резко вскинула голову. Уголок губ Тобиаса подозрительно подергивался. Этот признак ей был хорошо знаком. Не слишком добрый признак.

— Итак? — допытывалась она. — Что ты об этом думаешь?

— Могу почти гарантировать, что любое объявление, подобное тому, что ты сегодня прочитала, приведет к тебе множество чрезвычайно интересных клиентов, — пообещал Тобиас.

— Значит, ты видел объявление?

— Видел. Мало того, очень внимательно прочел.

— Это только доказывает, что его составлял человек талантливый, — заявила Лавиния и, поколебавшись, нерешительно добавила:

— Хотя должна признать, что, несмотря на необычный оборот фразы, я затрудняюсь определить точную природу тех устройств, которые предлагаются для продажи. А ты?

— Видишь ли, Лавиния, это реклама кондомов.

Глава 10

В начале третьего того же дня Лавиния вошла в антикварную лавку. За ней следовала Эмелин, так и бурлившая энтузиазмом и волнением новичка на первом задании.

Эдмунд Тредлоу, неопрятный коротышка, в мятых панталонах и дурно завязанном галстуке, не знавшем крахмала, сметавший пыль со статуи похотливо скалившегося Пана, оторвался от своего занятия и уставился на них сквозь очки в проволочной оправе.

— Миссис Лейк! Мисс Эмелин! Как приятно снова видеть вас!

Он отложил метелку и, поспешив к посетительницам, нагнулся над рукой Лавинии. Когда он выпрямился, та увидела в его глазах знакомый блеск. По прошлому опыту она знала, что это выражение вовсе не означало восхищения ее персоной или хотя бы неприкрытого вожделения. Тредлоу волновали мысли о возможном торге.

— Добрый день, мистер Тредлоу, — приветствовала Лавиния, отнимая руку. — Мы с Эмелин решили перемолвиться с вами словечком, если, разумеется, у вас есть время.

— Значит, у вас есть еще какая-то вещь на продажу? Должен признаться, что, несмотря на все сомнения, я сумел получить неплохую цену за Аполлона, принесенного вами несколько недель назад. Коллекционер, которого мне удалось заинтересовать статуэткой, остался чрезвычайно доволен качеством.

— К счастью, мне пока нет необходимости продавать те превосходные вещи, которые мы привезли из Италии, — учтиво ответила Лавиния. — Но я была бы крайне благодарна, если вы смогли бы дать мне совет истинного профессионала.

Тредлоу насторожился.

— А что именно вы хотите знать?

Выступившая вперед Эмелин одарила его ослепительной улыбкой.

— Тетя не раз твердила мне, что она не знает другого антиквара во всем Лондоне, который, подобно вам, так тонко чувствует запросы покупателей.

Лицо Тредлоу приобрело странный кирпичный оттенок. Лавиния перепугалась было, вообразив, что его хватил удар, но вдруг поняла, что он краснеет! Она изумленно уставилась на антиквара, не в силах оторвать взгляд от поразительного зрелища.

— Я… я в этом деле уже много лет, — пролепетал Тредлоу, — и тешу себя мыслью, что немного в нем разбираюсь.

— О, это очевидно!

Эмелин с выражением неподдельного восхищения оглядела лавку.

— Какие прекрасные вещи тут у вас собраны, сэр! Клянусь, ни в одной лавке не видела ничего прелестнее вашей коллекции греческих ваз!

— У Тредлоу — только самое лучшее, — глупо улыбаясь, сообщил антиквар. — Нужно же оправдывать свою репутацию.

Лавиния подумала, что у него вид человека, которого только сейчас посетила сирена. Тредлоу зачарован волшебным пением.

Эмелин кокетливо похлопала глазками:

— Жаль, что у меня сейчас нет времени осмотреть весь ваш магазин. Вы, надеюсь, не откажетесь научить меня разбираться в антиквариате?

— Как только захотите, мисс Эмелин, — закивал он, потирая руки. — Буду весьма польщен стать вашим наставником. Кстати, о греческих вазах: должен сказать, что у меня выбор весьма велик, а сюжеты рисунков совершенно необычны. Я предлагаю их только истинным ценителям. Возможно, вы назначите день своего приезда? Я с удовольствием расскажу о каждой.

Терпение Лавинии лопнуло. Она видела кое-какие вазы, которые Тредлоу держал в огромной захламленной кладовой в глубине лавки, и считала, что сюжеты совершенно не подходят для глаз молодых незамужних леди.

Пришлось громко откашляться.

— Насчет моего вопроса, мистер Тредлоу.

Но он уже не слышал ее. Все его внимание занимала Эмелин.

— Но моя тетушка действительно нуждается в вашей профессиональной консультации, сэр, — улыбнулась девушка. — Я буду крайне благодарна, если вам удастся ей помочь.

— Что? Ах да!

Тредлоу немного опомнился, сумел наконец оторвать взгляд от Эмелин и неохотно обратился к Лавинии:

— Чем могу помочь, миссис Лейк?

— Как вы, наверное, слышали, сэр, я иногда провожу специальные расследования для некоторых особ из высшего света.

В глазах Тредлоу растаяли последние остатки мечтательного выражения, сменившись крайним неодобрением. И этот человек минуту назад сгорал от вожделения!

— Кажется, вы упоминали, что пытаетесь заработать на жизнь этим весьма странным способом.

— Тетя взяла меня в помощницы, — призналась Эмелин. — И учит тонкостям своего дела.

Это Тредлоу явно не понравилось.

— Совершенно неприличное занятие для юной леди, — забеспокоился он.

— Куда более приличное, чем предложение показать коллекцию греческих ваз, — отрезала Лавиния. —

Вы читаете Волшебный дар
Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ОБРАНЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату