Оскар быстрым шагом подошел к Лукасу, протягивая руку для пожатия. Я усмехнулся, чувствуя, что наш клиент с удовольствием бы отскочил с дороги, но, усилием воли справившись с собой, все-таки ответил на приветствие и даже изобразил улыбку.
– Рад вас снова видеть. Всех, всех вас рад видеть!
Трезвым его нельзя было назвать, впрочем как и пьяным.
Просто человек выпил для храбрости, бывает. Нам до этого, в сущности, дела не было.
Мы раскланялись, и Кай с Джо сразу же взобрались в кабину. Свои вещи они оставили у моих ног в компании с моей сиротливо тощей сумкой. А личный кейс с ноутбуком Кай не доверял никому, привычно таская его на ремне через плечо.
Лукас даже не успел ничего возразить, а только недоуменно моргнул вслед парочке силовиков.
– Все в порядке, господин Лукас. Они просто проверят, все ли на месте. Надеюсь, пилот уже в кабине?
– Д-да… да-а-а… конечно.
Он все еще плохо реагировал на наши характерные профессиональные проявления. Придется потом подчистить ему память. Я мягко вступил в разговор на другом уровне.
–
Оскар все тем же медово-спокойным тоном озвучил мои пожелания, разумеется заявляя их как непременное условие. Лукасу пришлось подчиниться, и он с сожалением вспомнил о своих охранниках. Я протранслировал это Стаковски. Тот успокаивающе улыбнулся клиенту и, пока из самолета выбирался забракованный нами пилот, занимал внимание Лукаса.
– Вам не о чем волноваться, поверьте. Мартин – прекрасный пилот, он и без помощи ваших людей доставит нас на место. И я вас уверяю, нас четверых хватит, чтобы оградить вас от всех опасностей, какие мы сможем предвидеть. В конце концов, вы сами настояли на вашем участии в этом путешествии. А есть некоторые вещи, которые в нашем деле обязательны и закономерны.
–
Господин Лукас с тоской глядел вслед недовольно попрощавшемуся с ним пилоту. Тот поскользнулся взглядом на медовой стали глаз Стаковски и, поняв, что спор бесполезен, потопал к ангарам. Меня он, кажется, даже не заметил.
Джо вышел из самолета вполне довольным.
– Все в порядке шеф.
Неуловимо быстрый взгляд в сторону нервничающего клиента.
Я вопросительно изогнул бровь.
–
–
Джонас развернулся и, подхватив сразу весь наш багаж, полез обратно в самолет. Я последовал за ним. Оскар, успокаивая клиента, замкнул шествие.
А самолет оказался прекрасно оснащенным и изнутри даже напоминал маленький истребитель, но без заметного вооружения, что было бы, конечно, немного чересчур для простой развлекательной прогулки. Видимо, наш наниматель готовил его для своей будущей триумфальной экспедиции. А вот сейчас сидит и сожалеет, что столько трудов может быть пущено псу под хвост.
Я сразу прошел в кабину пилота. Ментальный щуп, позволяющий взять человека под контроль, я активировал, еще находясь снаружи, когда сканировал весь самолет. Пилот почти не отреагировал на мое появление. Еще бы! Он сейчас был под таким ментальным воздействием, что даже маму родную не узнал бы. Просто высокотехничная приставка к механизму, живой автопилот, а я, соответственно, его хозяин и настройщик. Я упал в штурманское кресло и, быстро подогнав кибер-ленту так, чтобы она не давила виски и давала максимальный контакт, положил пальцы на приборную доску.
– Взлетаем, – пошло по внутренней и ментальной связи одновременно.
Я чуть слышно прошелестел в микрофон.
– Меня зовут Март. Я твой ведущий.
– Эдвард. Принимаю.
Стандартный ритуал знакомства между случайными пилотами.
Мне нужны были его рефлексы, поэтому кое-что я оставил.
Понятия не имею, чем заниматься почти пять часов полета.
Штурманские движения по картограмме отработаны до слепого автоматизма. Всю технику и информационно-корректирующие переговоры по связи опять же брал на себя мой «зомби». Небо снаружи? Уверяю вас, лично мне оно надоедает еще на первом часу полета. Поэтому обычно, когда я просто пассажир, я предпочитаю спать. Но сейчас это нонсенс, конечно. Поэтому я сидел и тупо следил за движениями своих рук и рук пилота, слушал незатейливую музыку по общему каналу – надо было классику заказать – и от совсем нечего делать прислушивался к разговорам в салоне. Хотя и был уверен, что продлятся они очень недолго. Оскар тоже не любитель тратить свое время попусту.
Разные мыслепотоки имеют свои особенности и отличия. Когда-то я развлекался, классифицируя их по звукам, вкусу, ну, по цветам, разумеется, и еще по многим забавным параметрам, а сейчас как-то не до того. Хотя я могу точно сказать, что…
Вот. Кислая карамель с неприятным привкусом металла – наш наниматель.
И примешивается терпкий вкус виски.
Эскимо с малиновой начинкой, стальное основание, озноб по позвоночнику, как от сквозняка, – Стаковски.
Молчаливая сонность Джонаса. Мятное молоко с чем-то непонятным, кровью?
Он предпочитает не вступать в бессмысленные дискуссии. И, я знаю, даже рад, что большинство судят по его виду и никогда не пристают к нему с разговорами. Я и сам сначала, правда, ненадолго – при моем-то Даре это почти невозможно, – чуть ошибся, впечатлившись его внешностью и манерой поведения. Конечно, мнение господина Лукаса о нем как о собеседнике было, мягко скажем, не на высоте.
Кай же просто быстро ушел из поля зрения остальных и, разместившись за моей спиной за переборкой, нырнул в свои сетевые дебри. Совершенно точно знаю, что параллельно копается он там отнюдь не по работе, но, как к напарнику, у меня нет ни малейшего повода придраться, а на нет и суда нет.
Через час разговоры закончились, и я ощутил сонное спокойствие, которое так искушающе влияло на меня, что я пообещал себе при первой же удобной возможности выключиться хотя бы на час.
Интересно, что и как Стаковски будет рассказывать Лукасу?
Раздумывая над этим и строя всевозможные предположения, я провел оставшееся время полета.
За полчаса до прибытия я осторожно, хотя и озверел уже от скуки, «стукнулся» к Каю. Парень так увлекся, что ни о каком сне не могло быть речи. Он даже откликнулся с запаздыванием на полторы минуты.
–
–
–