Собачки дикой коготки*? Не той ли, что, бродя и паки, Утратила чутье в душе писателя с происхождением от собаки*? Маркиза Дэзес
Быть может, да, но вот и он… Спутник
Хотите дам созвучье — бог рати он*. Я вам подруга в вашем ремесле. Спутник
Да, он — Багратион, если умершие, уставшие хворать И вновь пришедшие к нам люди — божья рать, Смерть ездила на нем*, как папа на осле, И он заснул, омыленный, в гробу. Маркиза Дэзес
О, боже, ужасы какие! Опять о смерти. Пощадите бедную рабу. Спутник
Я уже вам сказал, Что я искал, Упорный, своей смерти. Во мне сын высот ник, Но сегодня я уже не вижу очертаний неуловимой дичи. Когда я преследовал, вабя и клича, Дамаск вонзая в шею тура, Срывая лица маск в высотах Порт-Артура, Неодолимый охотник. Пояс казаков с железной резьбой* Мне говорил про серебро далеких рек, Порой зарницей вспыхнувший разбой, — Вот что наполняло мою душу, человек! Я слышу властный голос: «Смерьте», — Просторы? Ужас? Радость? Рок? Не знаю. Нестройный звук нарек развилок двух дорог. Маркиза Дэзес
Ах, оставьте… вы все про былое! Оставьте! Смотрите, я весела, воскликнуть готова «былое долой!» я. Смотрите лучше: вот жена, облеченная в солнце, и только его*, Полулежа и полугреясь всей мощью тела своего. Поддерживая глубиной раздвинутого пальца Прекрасное полушарие груди (о взоры, богомольные скитальцы!), Чтобы рогатую сестру горячим утолить молоком, Козу с черными рожками и черным языком. Как сладок и, светом пронизанный, остер Миг побратимства двух сестер. Миг одной из их двух жажды Сделал мать дочерью, дочь матерью, родством играя дважды. Не сетуйте на мой нескладный образ, Но в этом больше смеха, сударь, а я по-прежнему к вам добра-с. (Пожимает, смеясь, руку.)
Пусть я с неловкостью дикарки Беру лишь те слова, что дешевы, но ярки. Спутник
Царица, нет — богевна! Твоя беседа сегодня так напевна. Маркиза Дэзес (смеясь)
Право! Вот я не знала! Но вставайте скорее с колен. Я подарю вам на память мое покрывало. Но тише, тише, сядем, Мы Все это уладим. Спутник
