– Вы просто скажите Джеганю, что его смелый план собирается закончиться полным успехом; скоро он устранит нынешнего магистра Рала. Хотя Джегань сделал одну ошибку. Он забыл обо мне.
– Но… но… – забормотала сестра Йоделла, – ты же не магистр Рал.
Натан наклонился к ним с хитрой улыбкой:
– Если Джегань преуспеет, что я как пророк могу предвидеть, я стану магистром Ралом. Я – Рал и рожден с даром. Все д’харианцы станут связаны со мной узами. Как вы знаете, эти узы не позволяют сноходцу с помощью его таланта завоевать Новый мир. Джегань сделал ошибку. – Натан постучал Пьера по голове. – Он использовал пророков-недоучек, таких, как этот глупый головастик.
Пьер покраснел.
– Я не пророк-недоучка!
Натан окинул его презрительным взглядом:
– Действительно? Тогда почему ты не предупредил Джеганя, что, используя пророчество, чтобы устранить Ричарда Рала, он поставит сам себя в еще худшее положение, потому что я стану магистром Ралом, владыкой Д’Хары и, по сути, всего Нового мира? Ричард ничего не знает о магии – а я знаю о ней много. Очень много. – Натан навис над Пьером. – Спроси Винсента. Настоящий пророк постиг бы опасность, таящуюся за моими простыми щитами. А ты?
Сестра Вилламина подняла руку. Пьер отступил, и, как показалось Клариссе, как раз вовремя, потому что Натан, похоже, собирался сотворить еще одну кучку белого пепла.
– Что вы хотите, магистр Рал? – спросила сестра Вилламина.
– Джегань может или выслушать мои условия, или нажить себе новые неприятности. Гораздо более серьезные, чем Ричард Рал.
– Условия? – подозрительно протянула сестра Йоделла.
– Нынешний магистр Рал молод и смотрит на вещи слишком идеалистично; он никогда не сдался бы Джеганю. Я старше, и у меня больше опыта. Я понимаю, что война, в которой гибнут тысячи, – огромная глупость. Ради чего? Только ради права провозгласить себя вождем. Ричард – молод и глуп, он не знает, как использовать свое могущество. Я – не молод, но и не глуп, и, как вы убедились, знаю, как использовать свой дар. Я готов дать возможность Джеганю развлечься властью над Новым миром.
– А цена?
Натан небрежно щелкнул пальцами.
– Я просто хочу кое-каких мелочей для себя лично – в обмен на мою помощь. Я буду владыкой Д’Хары. Под его властью, конечно. Я буду его наместником в Д’Харе. Никто, кроме Джеганя, не будет стоять надо мной. Весьма дешево, я полагаю.
Юный Пьер, все еще белый как лист бумаги, старался стать невидимым за спинами у двух женщин. Зато две сестры, наоборот, расцвели на глазах. На их лицах появились заинтересованные улыбки.
– Как Джегань может узнать, что вам можно доверять?
– Доверять? Он думает, я столь же глуп, как юный магистр Рал? Я видел, во что превратился Ренвольд. Если я не буду править Д’Харой, как того хочет Джегань, и платить ему щедрую дань, он всегда может нас сокрушить. Но война – удовольствие дорогое. Лично я предпочитаю остаться богатым.
Сестра Йоделла вежливо улыбнулась.
– А до тех пор? Чем вы можете подтвердить свои намерения?
– Так вы требуете гарантий? – Натан потер подбородок и посмотрел в потолок. – К северу отсюда стоит д’харианская армия. Около сотни тысяч мечей. Вам никогда не найти их без моей помощи, пока они сами не обрушатся на экспедиционный корпус Джеганя. Когда нынешний магистр Рал будет устранен, командование перейдет в мои руки. Как только это случится, я сдам эту армию Джеганю. У д’харианцев большой опыт по части грабежа. Они легко вольются в армию Джеганя.
– Сдать армию, – задумчиво проговорила сестра Йоделла.
– Видите ли, мои любезные сестры, Джегань пытается использовать пророчество, чтобы выиграть эту войну. Он сделал большую ошибку: взял на службу ненастоящих пророков. Я могу в этом смысле предоставить ему свои услуги. Услуги истинного пророка. Пророк-недоучка поставил его в… затруднительное положение, разве вы не видите? За маленькую уступку я готов его выручить. Вы должны понимать, в конце концов, что после стольких лет, проведенных на попечении у вас, любезные сестры, я хотел бы провести немногие оставшиеся мне годы, наслаждаясь удовольствиями жизни. С моей помощью Новый мир окажет Джеганю не большее сопротивление, чем Ренвольд. Ну а если Джегань желает упорствовать в неблагоразумии, кто знает?.. Если на стороне Нового мира будет истинный пророк, он может и победить.
Сестра Йоделла вгляделась в глаза Натана.
– Да. Я понимаю.
Натан протянул ей письмо.
– Вот. Передайте его Джеганю. В нем я излагаю свое предложение. Как я уже сказал, я уверен, что он найдет, что я гораздо благоразумнее нынешнего магистра Рала; я знаю, что война не приносит прибыли. Один вождь или другой, это значит немного. Почему сотни тысяч людей должны умирать во имя того или иного вождя?
Обе сестры оглядели роскошную комнату и заговорщицки улыбнулись Натану.
– Ох и хитрый же ты старик, – сказала сестра Йоделла. – И все это время мы считали тебя старым дурнем. Хорошо, магистр Рал, мы передадим ваши слова императору Джеганю. Я думаю, они его заинтересуют. Будь нынешний магистр Рал столь же мудр, у него не было бы сейчас таких трудностей.
– Годы дают человеку время подумать.
У двери сестра Йоделла повернулась:
– Я не могу говорить за императора, магистр Рал, но думаю, что он будет доволен этими новостями. Мне кажется, мы смело можем сказать, что конец войны близок и скоро император станет человеком, которого все народы провозгласят своим вождем.
– Я хочу лишь, чтобы убийства прекратились. Это будет выгодно всем, сестра. Да, и передайте Джеганю, что мне жаль Винсента, но мальчик действительно не справлялся со своим делом.
Сестра Йоделла пожала плечами.
– Вы правы, магистр Рал. Не справлялся.
Глава 50
Ричард сидел, уткнувшись лбом в ладони, но поднял голову, услышав, что кто-то вошел. Это была Кэлен.
Его сердце встрепенулось, когда он увидел ее улыбку, ее яркие зеленые глаза и пышные волосы. Он в очередной раз поразился ее красоте и тому, что она любит его.
Чувство покоя и безопасности, сопутствующее этой любви, поистине было волшебным. Воображая раньше себя влюбленным, он и представить не мог того мира, который истинная любовь внесла в его душу. И если Шота осмелится нарушить этот покой…
Кэлен несла в руках тарелку острого супа.
– Я подумала, ты не откажешься немного поесть. Ты сидишь тут безвылазно уже пятый день. И поспать тебе бы не помешало.
Он без всякого интереса посмотрел на тарелку.
– Спасибо.
Кэлен наморщила лоб.
– Ричард, что случилось? Ты белый, как пепел.
Он откинулся на спинку стула и вздохнул.
– Мне нездоровится.
Кэлен тоже стала белой как пепел.
– Нездоровится? Ричард, это не…
– Нет. Это все книга – я уже почти начинаю жалеть, что ее нашел.
Кэлен наклонилась и поставила перед ним тарелку.
– Вот. Съешь хотя бы чуть-чуть.
– Что это?
– Овсяный суп. Ешь. Что ты узнал?
