– Поговорим о делах позже. Пока я хочу лишь сказать, что за прошедший год много думал о том, что там случилось. Нам есть о чем поговорить, и мы обязательно поговорим. Но не сейчас – мы не можем заставлять королеву ждать.
Урза на миг нахмурился, затем улыбнулся и кивнул:
– Разумеется.
С этим он развернулся на каблуках и пошел к воротам. Мишра с женщиной последовали за ним. Тавнос пропустил их вперед и замкнул процессию.
Рыжеволосая ученица замедлила шаг и поравнялась с ним. Немного повернув голову, она сказала:
– Ты, должно быть, Тавнос, – и протянула руку. Тавнос поцеловал ее ладонь.
– Прошу прощения. Да, меня зовут Тавнос, я ученик Урзы. А вы – главная помощница Мишры, Ашнод?
Ашнод опустила руку, на лице снова появилась слабая улыбка.
– Главная и единственная, – сказала она. – Эти двое даже не потрудились представить нас друг другу. Как это на них похоже! Мишра – выдающийся человек, но что касается такта… Это у них семейное?
Пока Тавнос раздумывал над ответом, рыжеволосая женщина отвернулась и догнала двух братьев у ворот. Тавнос слегка покачал головой и не спеша побрел позади всех. Когда он догнал их, Урза, представляя королеву, добрался до конца длинного списка ее различных титулов.
– …Цветок Мардуна, Дочь Вождя, Королева иотийцев, Военная правительница Кроога, моя супруга, Кайла бин-Кроог, – выдохнул Урза. – Мишра, полномочный представитель фалладжи. Кадир не смог прибыть и просит вашего снисхождения. – Тавнос отметил, что последнюю фразу Урза произносил пристально глядя на сенешаля, словно обвинял того в отсутствии кадира. Сенешаль, судя по выражению лица, мечтал провалиться сквозь землю – немедленно. Кайла подала руку младшему брату.
– Урза рассказывал мне о вашей красоте, – сказал Мишра, низко склоняясь над монаршей ладонью. – Но я забыл о его склонности умалять все. С его точки зрения, величественное высокое дерево – всего лишь несколько сот фунтов древесины, а бескрайние просторы пустыни – долгие мили перехода. И теперь я убеждаюсь, что его слова не передали и малой толики вашего очарования.
На лице Кайлы заиграла улыбка. Тавнос подумал, что королева слушает Мишру не без удовольствия, хотя у нее давно выработался иммунитет к лести.
– Урза рассказывал мне о вас, – сказала она, – но, признаться, я не ожидала, что у моего мужа столь красноречивый брат.
– Мне не пристало жаловаться на жизнь, – сказал Мишра, все еще слегка сжимая руку королевы, – но до сегодняшнего дня меня кое-что угнетало: дело в том, что у меня никогда не было сестры. Теперь же, узнав, что вы – супруга моего брата, я чувствую, что избавился и от этого груза, – С этими словами он отпустил руку королевы.
Затем последовало официальное представление Ашнод, Тавноса, сенешаля и начальника стражи. Приняли решение, что фалладжи встанут лагерем вокруг механического дракона. Тавнос же запомнил лишь ледяной взгляд Урзы, которым тот наградил Мишру во время беседы с Кайлой, и белозубую улыбку младшего брата, с которой он разглядывал жену старшего.
Спорили так громко, что слышно было даже в коридоре. Мимо Тавноса прошмыгнула стайка горничных, спешивших убраться подальше от королевских апартаментов. Приблизившись к двери, он тоже начал разбирать отдельные слова – резкие и хлесткие. Тавносу показалось, что даже воздух стал плотнее, – так бывает в сильный шторм, когда неистовые волны обрушиваются на берег и ветер терзает землю.
Двери в покои были закрыты, но спор был прекрасно слышен и так, поэтому Тавнос решил немного подождать, прежде чем постучать.
– Ответ – нет! – бросил Урза.
– Они предлагают отличные условия! – столь же яростно ответила Кайла. – Полосу мечей оставят в покое.
– Не тебе это решать! – прогремел Урза. Тавнос никогда не слышал, чтобы Главный изобретатель так кричал – даже на нерадивых учеников.
Тавнос замялся: прервать спор и намекнуть, что крики слышны по всему дворцу, или подождать, пока буря утихнет?
Наконец он решился и постучал. В ответ раздалось раздраженное:
– Что такое?
За ним – спокойный женский голос:
– Войдите.
Тавнос на цыпочках вошел в комнату и сказал:
– Господин изобретатель, делегация фалладжи ждет. Им была обещана экскурсия по «голубятне».
Урза смерил Тавноса холодным, как ледник Роном, взглядом. «Да, – подумал Тавнос, – не вовремя я тут появился». Кайла стояла у дальней стены комнаты, скрестив руки на груди. На тайном совете эта ее поза означала, что вопрос закрыт.
– Если вы хотите, чтобы экскурсию провел я… – добавил Тавнос, но Урза поднял руку.
– Я иду, – сказал Главный изобретатель.
Тавнос не ожидал ничего иного. Урза даже помыслить не мог о том, что брат в его отсутствие будет бродить по комнатам, где он ведет исследования.
Урза раздраженно бросил жене:
– Дорогая, беседа не закончена.
