— Мне можно! — отрезала Эльвира. — Я ведь не строю из себя невинную девчонку.
— Но ведь ты...
Роланд хотел напомнить о Селене, но, перехватив ее яростный взгляд, вовремя осекся. Как бы хорошо Эльвира к нему не относилась, однако сдерживать свой гнев, в отличие от Селены, она не умела.
Тем временем дверь под ладонями Мары вздрогнула, а затем натужно заскрипели петли.
— Мара! — прошептала пораженный Ральф. — Тебе это удалось!
— Да... Только мне надо... Отдохнуть...
Она покачнулась и упала на руки подоспевшего инура.
Глава восемнадцатая
Входную дверь с грохотом сорвало с петель и на пороге тронного зала показался Ингельд. Колышущийся за его спиной черный плащ казался сгустком мрака.
Взгляд Ингельда уперся в строй воинов, ощетинившихся копьями. В задних рядах виднелись седобородые старцы в одеждах магов. За их спинами, вцепившись в подлокотники трона, сидел бледный как мел король Гериан, рядом, обнявшись, стояли королева и принцесса.
В зале воцарилась тишина, нарушаемая лишь журчанием фонтанов и плеском играющих рыбок.
— Вот вы где, — усмехнулся Ингельд. — То-то я смотрю — охраны почти нет, я и удивился, такой большой дворец и так мало рыцарей. А вы вот где. Что ж, это хорошо, возни меньше.
Лязгая железом, рыцари отступили в стороны и вперед шагнул Олард. На его груди сверкнул драгоценными камнями амулет, изображавший солнечный диск.
— Я знаю, кто ты, — сказал маг.
— Очень рад. Надеюсь, это позволит избежать пустой траты времени? Где Осколок?
— Ты хочешь стать всемогущим, — сказал Олард. — Но ты был и останешься только вторым.
— Что это значит? — нахмурился Ингельд.
— Первый — тот, кто снял первую печать. Он начал эту игру и ему достанется выигрыш. А ты — всего лишь игрушка в его руках.
— Бред, — скривился Ингельд. — Выигрыш достанется тому, кто соберет все Осколки.
— Как ты собираешься контролировать силу всех Осколков, если ты не можешь контролировать силу одного?
— Ты ошибаешься, колдун, и скоро в этом убедишься.
— Это ты ошибаешься. Сейчас ты опьянен своими новыми возможностями. Но ты воин, не маг, и не сможешь полностью овладеть этой силой. Это значит — скоро эта сила сама подчинит тебя!
— Никто не будет контролировать меня! — прорычал Ингельд. — Ни бог, ни дьявол, ни твоя пресловутая «сила»! И хватит болтовни! Где он?
— У меня его нет. Но даже если и был, я бы не отдал его тебе.
— Я знаю. Будь он у кого-нибудь из вас, я бы с вами не разговаривал. Поэтому я спрашиваю — где он? Я знаю, он спрятан где-то в Аламаре. Обещаю, тот, кто откроет его местонахождение останется жив.
— Ты хочешь бросить вызов непобедимым магам Далии?
Ингельд расхохотался.
— Непобедимые маги... Непобедимые башни... Где теперь они? — насмешливо спросил он. — От ваших знаменитых башен — одни руины, а ведь я и пальцем не пошевелил. А ваши грозные маги валяются по всему дворцу и пачкают пол своей кровью Остались только ты и эта жалкая кучка рыцарей.
Ингельд с улыбкой вгляделся в искаженные страхом лица воинов и магов. Сощурился, разглядывая упругие магические сферы, окутавшие людей. Самая мощная и толстая окружала Оларда, потоньше и пожиже — королевскую семью, еще попроще маги наколдовали вокруг себя и рыцарей.
А еще Ингельд ощущал мощные магические потоки, прокачиваемые через себя магами. Воздух в зале замерцал и заколыхался, точно марево, и это марево готово было вот-вот обрушиться на карнелийца.
И тотчас в ответ на враждебную магическую мощь внутри Ингельда отозвался Рог. Как будто где-то в неизмеримо глубокой бездне проснулось и подняло голову некое существо, невероятно могущественное и смертельно опасное. И вся его магическая сила сейчас мощным потоком хлынула в Ингельда.
Ему еще никогда не приходилось использовать всю силу Рога. В этом не было нужды. Но сейчас Ингельд знал — ему понадобится она вся без остатка. Олард был гораздо сильнее тех, с кем Ингельду приходилось иметь дело.
Он вдруг ощутил сразу всех. Услышал биение человеческих сердец и шум несущейся по их жилам крови, почувствовал окутавший людей страх и страстное желание выжить. Все эти люди, с их жалкими мыслишками, страстями и страхами были перед ним как на ладони. И он мог сделать с ними что угодно. Заставить бежать отсюда в панике или корчиться в муках, стереть в порошок или позволить им жить, все это было в его власти.
И только Олард виделся ему какой-то неясной и бесформенной глыбой, оставшейся за пределами его обострившихся чувств. И все же, Ингельд знал это совершенно точно, он был сильнее Оларда.
— Ты умрешь, колдун, — потяжелевшим голосом сказал Ингельд. — Вы все умрете.
Было время, когда невероятная и непостижимая мощь Рога пугала карнелийца, но все это давно уже осталось в прошлом. Сейчас Ингельд хотел одного — смести все и вся на своем пути...
