Думается, что такая оценка стратегической важности Царицына соответствовала истине. Однако она же не дает оснований преуменьшать стратегическую важность и других фронтов и участков борьбы против вооруженных армий противников нового режима. Именно с учетом такого взвешенного подхода, когда односторонне не преувеличивается место Царицына в системе военной обороны Советской власти и, вместе с тем, не принижается роль и значение других фронтов и участков, на которых развертывалось военное противоборство, — только на такой основе можно дать объективную, близкую к истине оценку царицынского этапа в деятельности Сталина в период Гражданской войны. Естественно, что по этой причине необходимо отклонить как односторонние и явно предвзятые попытки критиков Сталина, начиная с Троцкого и кончая современными, принизить роль и значение Сталина в обороне Царицына, вообще умалить стратегическую значимость данного участка Гражданской войны.
Как бы в дополнение к сказанному, следует обратить внимание еще на одно обстоятельство, связанное с освещением роли Сталина в обороне Царицына. Данный эпизод его жизни в 30-е годы послужил своеобразной отправной точкой для появления в советской художественной литературе целого ряда художественных произведений, призванных восславить Сталина как великого стратега и полководца. В первом ряду таких произведений были повесть А. Толстого «Хлеб» (1937 г.) и роман Вс. Иванова «Пархоменко» (1938 г.). В них без всякой меры, безудержно превозносился Сталин, что положило начало и целому сюжетному пласту в советской литературе — художественной сталиниане. Одной печатной пропаганды было явно недостаточно, поэтому «мастера слова» (а скорее, славословия) стали осваивать новое поле приложения своих холуйских талантов. Причем повесть А. Толстого всячески превозносилась, поскольку она
Я не берусь давать какую-либо оценку литературных достоинств или недостатков повести А. Толстого, как и других творений подобного ряда. Что же касается политической и идеологической направленности данных произведений, то здесь все обстоит более чем просто: они служили инструментом, с помощью которого лепился образ вождя — гениального и в то же время простого и чуткого, обладавшего несокрушимой волей, которой Советская власть во многом обязана своей победе.
Остановимся на военной деятельности Сталина на других фронтах Гражданской войны. Критики Сталина в значительной мере правы, когда речь идет об оценке его достаточно скромного вклада в разгром Колчака и вообще о его участии в делах Восточного фронта. На протяжении второй половины 1918 года вплоть до начала осени 1919 года Восточный фронт был решающим фронтом, где определялись судьбы Советской власти. Здесь участие Сталина было более чем скромным. Но чтобы как-то восполнить недостаток реальных дел с его стороны, апологеты Сталина сконцентрировали свои усилия на раздувании значения инспекционной поездки комиссии в составе Сталина и Дзержинского в Пермь в январе 1919 года.
Положение на одном из центральных участков Восточного фронта сложилось критическое, если не сказать катастрофическое. В конце 1918 г. 3-я армия вынуждена была сдать Пермь. Полуокруженная армия находилась в состоянии полной деморализации. После длительных боев 3-я, а также 2-я армии фактически были недееспособны: они не имели необходимых резервов, тылы расстроены, обеспечение боеприпасами и продовольствием характеризовалось плачевным состоянием. Дисциплина упала, наблюдались случаи массового дезертирства и даже перехода отдельных частей на сторону противника. В итоге армии оказались неспособными устоять против натиска превосходящих сил противника. Создалась угроза ряду городов, в том числе и Вятке, взятие которой могло стать сигналом для повсеместного отступления частей Красной армии. В целом ситуация на фронте грозила из плачевной перерасти в катастрофическую.
В создавшихся условиях ЦК и Ленин сочли необходимым отправить на Восточный фронт специальную комиссию с задачей разобраться с создавшимся положением и на месте принять необходимые меры по его исправлению, а также внести свои предложения, которые центр должен был рассмотреть, чтобы предотвратить подобные ситуации на других участках фронта. 1 января 1919 г. Свердлов направляет Уральскому областному комитету РКП (б) письмо с изложением постановления ЦК партии о назначении партийно-следственной комиссии ЦК партии и Совета обороны в составе Сталина и Дзержинского и
Уже сам персональный состав комиссии говорил о том, что она наделена чрезвычайными полномочиями и не замедлит принять самые решительные меры для исправления положения и стабилизации обстановки. Буквально через несколько дней Сталин вместе с Дзержинским докладывают в центр свои предварительные выводы о причинах произошедшей катастрофы и подчеркивают
Сразу же чувствуется рука Сталина и его нацеленность на то, чтобы львиную долю вины возложить на Реввоенсовет и лично Троцкого (хотя персонально имя последнего и не упоминается). Нам сейчас важно не столько разобраться в справедливости такого обвинения (в конце концов ныне этот эпизод представляется своего рода «преданьем старины глубокой»), сколько зафиксировать направленность выводов комиссии.
В более полном и обстоятельном докладе, написанном (если судить по его стилю и тональности) лично Сталиным, акцент на неудовлетворительном руководстве военными делами со стороны Реввоенсовета республики еще более усиливается. В нем говорилось:
Результаты работы комиссии и ее рекомендации были рассмотрены на заседании ЦК 5 февраля 1919 г. Итоги заседания и сделанные на нем выводы носили половинчатый характер: суровые и довольно безапелляционные критические замечания по адресу Реввоенсовета республики были проигнорированы. О причинах этого можно только строить предположения: скорее всего, Ленин и ЦК в своем большинстве не были настроены обострять и без того напряженные отношения между Сталиным и председателем Реввоенсовета Троцким. Возможно, рекомендации сочли слишком категоричными, не применимыми к обстановке на других фронтах. Учтенными оказались лишь некоторые рекомендации частного характера. Но тем не менее в целом проделанная комиссией Сталина — Дзержинского работа оказалась весьма эффективной: ситуация на Восточном фронте постепенно выправилась: части и соединения были реорганизованы, улучшено обеспечение вооружением и продовольствием, укреплена дисциплина,
