Бабка... — Марта не смогла удержаться. Уговаривала себя, настраивалась, а вот — не смогла. — Когда-то ты называла Нату любимой бабушкой.
— Когда деньги на свои Парижи клянчила! — ввернула Зинаида. — А сейчас-то клянчить не у кого.
— Все! — Анастасия нацелилась в домработницу выкрашенным в ярко-алый цвет коготком. — Ты уволена!
— А что это вы тут с Илюхой распоряжаетесь? — Эдик по-кошачьи лениво потянулся в кресле. — Еще неизвестно, кому домик достанется. Некрасиво делить шкуру неубитого медведя.
— Медведицы... — фыркнула Анастасия.
— Ах ты, гадина такая! Ната Павловна для тебя теперь медведица! — Если бы Марта не обхватила Зинаиду за плечи, та непременно ринулась бы в бой, и волос в роскошной прическе Анастасии стало бы заметно меньше.
— Ненормальная! Истеричка... — Опасливо косясь на Зинаиду, Анастасия обошла кресло Ильи, стала за его спиной, положив ладони на кожаную спинку.
Вот они и сформировались окончательно — коалиции. Эдик и Верочка, Илья и Анастасия, а она, Марта, сама по себе. Останься в живых Макс, все сложилось бы по-другому, но Макса больше нет, поэтому теперь она сама по себе...
— Господа, прошу внимания! — Нотариус, все это время внимательно всматривавшийся
