Самурайкин увидел, что Маськин не отстанет, а Левый тапок больно дерётся, и решил всё Маськину рассказать начистоту.
– Давным-давно мы в Японии решили, что непорядок, что наше национальное блюдо суши не популярно, как, например, китайская еда. Что они, лучше нас, что ли? Ну и стали мы в суши добавлять небольшую дозу дзен-буддизма, от которого голова у народа и едет…
– А какое средство от этого вашего, с позволения сказать, пищевого сектантства? – поинтересовался Маськин Правый тапок, интеллигентно прокашлявшись.
– Есть одно средство, но, я боюсь, на него ваш Плюшевый Медведь не пойдёт, – проговорил с сомнением Самурайкин.
– Какое? – разом спросили Маськин и оба тапка.
– Надо сразу съесть сорок суши, тогда Плюшевому Медведю станет плохо и он больше никогда их есть не станет.
– Обманешь, я тебе покажу, – заугрожал Маськин Левый тапок.
– Слово самурая – вот тебе крест – сам себе харакири сделаю, – забожился Самурайкин.
– Ладно, давай пакуй свои сорок суши, – махнул рукой Маськин и, оплатив покупку, отправился домой.
Самурайкин не обманул. Съел Медведь сорок суши, поболел медвежьей болезнью[26] и выздоровел. Больше суши не ест, а ест только ванильные сушки, которыми Маськин его часто угощает в качестве компенсации.
А я так скажу – суши ли, сушки, – не надо мешать пищу с философией, а то обязательно приключится несварение желудка.
Глава тридцать девятая
Маськин и учитель Изъ-Янь
Бутылочку кока-колы, с которой играла кошка Бася, ту самую бутылочку, к которой были привязаны все кукловоды Земли и которую Маськин выбросил в море, прибило к тихому берегу в жёлтой стране Шанхаии. По кромке воды прогуливался учитель Изъ-Янь с учениками и набрёл на бутылку.
– Что это, по-вашему, и почему к этому привязано так много верёвочек? – спросил учитель Изъ-Янь своих учеников. Впервые за свои 120 лет жизни учитель Изъ-Янь сам не знал ответа на вопрос, который задал, но не подал вида.
– Этот сосуд, который выбросило море к нашим ногам, – не что иное, как часть нашей вселенной, взаимосвязанная со всеми другими её частями путём причин и следствий, – ответил один ученик.
– Это кусочек стекла, который отлит в форме сосуда, который может содержать всё и ничего… – ответил второй ученик.
– Этот предмет – беглец, которого опутало верёвками время, как оно опутывает своими узами всех нас… – ответил третий.
Учитель Изъ-Янь почесал лысый затылок и сказал:
– А по-моему, это просто бутылка кока-колы с привязанными к ней верёвками. Не надо видеть в предметах больше, чем они есть, иначе можно набить себе шишки. Материальный мир не терпит преувеличений.
– О мудрейший учитель Изъ-Янь! – залопотали ученики.
– Давайте посмотрим, что будет, если начать дёргать за эти верёвки, – деловито продолжил учитель Изъ-Янь и, схватив бутылку, стал дёргать за все верёвки одновременно.
Мир запрыгал, как сумасшедший, все кукловоды повалились с ног и когда поднялись – тут же повалились снова.
– Кто это нас так дёргает? – возмутился президент Соединённых Штанов Бушкин.
– Шанхайцы, господин президент, – доложил ему по всей форме Ибн-Маслинкин-Алибабуев, который уже зарезал начальника разведки и теперь докладывал президенту Бушкину лично.
– Так, немедленно объявить Шанхаии войну, захватить её и превратить в демократическое государство.
– Слушаюсь, – рявкнул Ибн-Маслинкин-Алибабуев и по-военному повернулся на каблуках.
– Подождите, – остановила его помощница президента госпожа Скандалеза Безобреза (первая женщина – помощник президента без обреза). – Если мы захватим Шанхаию, то весь мир останется без штанов.
– Это вы в каком смысле заявляете? – возмутился президент Бушкин, который не любил, когда ему мешают насаждать демократию военным путём.
– В прямом смысле, господин президент! – пояснила помощница президента. – Весь мир одет в китайские штаны, и не только штаны…
– Да, мир оголять нельзя… – подтвердил Ибн-Маслинкин-Алибабуев, который строго соблюдал восточные законы и сам ходил в чадре на босу ногу.
Президент Бушкин послушался Ибн-Маслинкина-Алибабуева, потому что тот был известный террорист с опытом и говорил очень убедительно, хотя и госпожа Скандалеза Безобреза ему тоже очень нравилась по эстетическим соображениям.
На том инцидент и оставили. Однако учитель Изъ-Янь продолжал подёргивать за верёвочки, и многие кукловоды в мире морщились… (Знаете, мы так морщимся, когда вдруг кольнёт в боку, в груди или там в ноге. Я думаю, что это просто космические лучи, которые через нас проходят и иногда попадают на нервные окончания, но мой психиатр почему-то так не считает…) Ну вот, так же и теневые лидеры Земли
