— Как, блин?!.

Роуми Миллс (уголовный следователь): Стандартная процедура — установить наблюдение за местом жительства всех, кто находился в эмоциональной связи с подозреваемым. Наши люди следили за квартирой Лоуренс и за квартирой подозреваемого. Мы знали, когда Честер Кейси появился и ушел, и можем подтвердить, что и он, и Эхо Лоуренс какое-то время находились там вместе с домоуправом, Льюисом Терри.

Лью Терри: Папаня трогает краску на стене и говорит: «Смотри сюда».

Показывает на комочек гашиша. Достает из нагрудного кармана своего комбинезона складной нож. Раскладывает его и втыкает в штукатурку. Я ему говорю: стойте! Залог за повреждения не покроет дырки в стенах!

Он двигает ножом туда-сюда в стене и говорит:

— Зато деньги, что ты спер, покроют.

Я ничего не крал. Я же говорил вам! И ему говорю, ничего я из этой квартиры не брал.

— Давай спросим продавца с Гринсон-стрит, — говорит папаша и вытаскивает лезвие из стены. Роется двумя пальцами в дырке. Достает что-то и стирает пыль. Золотая монета. — Это тебе ничего не напоминает?

Роуми Миллс: Менее ясно, почему Эхо Лоуренс после этой встречи пригласила отца подозреваемого к себе. И почему она пустила Честера Кейси жить в своей квартире.

На настоящий момент у нас нет никаких зацепок по поводу местонахождения Бастера Кейси.

Айрин Кейси: Когда я провожала Чета на тот самолет, он, наверное, боялся, что разобьется. Бедняга сказал мне:

— Рин, тебе в жизни пришлось несладко.

Сказал, что сожалеет обо всем, но, что любит меня. И всегда будет меня любить.

В последний раз, когда он посмотрел на меня из двери, куда пошел на посадку, Чет сказал:

— Ты была прекрасной матерью.

Шот Даньян: Обалдеть, в город является папаня Рэнта. Стопроцентно, абсолютно чокнутый. Селится с Эхо. Устраивается на старую работу Рэнта. В первый раз, как мы встретились, этот перестарок хватает меня рукой за шею. Щупает, прижимается ртом к моему и спрашивает:

— Соскучился?

Что, блин, не бред?

Когда я сказал «к моему», я имел в виду свой рот.

Лью Терри: Мы с девушкой-калекой смотрим, как отец этого погибшего парня ходит по комнате. Везде, где есть мягкий черный комок, он втыкает нож и достает золотую монету. Глядя на девицу, папаша говорит:

— У тебя в квартире в вашу последнюю ночь, когда ты заснула, Бадди наклеил на стены козявки.

Калека переспрашивает:

— Рэнт вытирал о мои стены сопли?

Везде, где есть комок соплей, говорит папаша, Рэнт оставил ей клад. Та не понимает:

— Как это?

Он говорит:

— На бешенство анализы можешь не сдавать, сразу начинай лечиться. А она ему: — Вы ведь не полицейский, правда?

32 — Оглядываясь назад

Руби Эллиот (детская соседка Рэнта): Я вам скажу, то, что муж бросил ее в аэропорту — еще не худшее, что случилось с Айрин Кейси.

Гленда Хендерсен (детская соседка Рэнта): Бейсин, Руби и я — мы ходили с Айрин в школу. Она вечно пропускала занятия. Ей было как будто все равно, что она явилась на свет без отца. У нее были великие планы. Вечно говорила, что пойдет в колледж или даже в армию, только бы отсюда уехать. Печально, что она так и не добралась дальше девятого класса. В то лето, когда нам было по тринадцать, ей, Бейсин, Руби и мне, мы совсем разгулялись и поздно приходили домой. А потом Айрин бросила подходить к телефону. Вообще все бросила.

Руби Эллиот: Между нами говоря, никто даже не удивился, узнав, что Айрин беременна. Говорят, уже была на третьем месяце, когда вышла за Чета. Еще рассказывают, что откуда ни возьмись на ее веранду поднялся Честер Кейси и спросил ее мать, Эстер, можно ли поговорить с мисс Айрин Шелби. Как будто он и Айрин совсем не знакомы. Честера у нас никто знать не знал. Явился ниоткуда, без работы, без семьи — просто начал ходить по Миддлтону и говорить: «Доброе утро, доктор Шмидт... Здрасьте, преподобный Филдс!» Знал всех по имени.

До того дня Эстер и не подозревала, что ее девочка беременная.

Доктор Дэвид Шмидт (миддлтонский врач): В любом случае ребенок был сыном Чета. Принимая во внимание возраст Айрин, мы хотели точно знать, не делает ли она ошибку, не выходит ли замуж, чтобы человек просто помог бы ей воспитать ребенка. Честеру было лет девятнадцать-двадцать. Мы сделали стандартный анализ на отцовство, и все генетические признаки показали, что ребенок его.

Оглядываясь назад, могу сказать, что по всем этим признакам ребенок был им самим. Гены оказались настолько близки, что различить их было невозможно.

Преподобный Кертис Дин Филдс (пастор миддлтонской христианской общины): Яснее всего я запомнил, как во время обязательного добрачного собеседования эта пара избегала любого обсуждения близости. Я предположил, что их щепетильность вызвана состоянием Айрин. Лекция на тему контрацепции означала бы попытку запереть сарай значительно позже того, как оттуда сбежала лошадь.

Объясняется ли это ее беременностью, не знаю, но я еще никогда не видел пару, настолько физически холодную по отношению друг к другу. Чтобы вы представляли себе, насколько: во время церемонии, когда я сказал Честеру, что он может поцеловать невесту, он поцеловал Айрин в щеку.

Доктор Дэвид Шмидт: Больше всего нас беспокоило, что Честер Кейси мог сам изнасиловать четырнадцатилетнюю Айрин Шелби, а обстоятельства заставляют ее выйти за насильника замуж. Распространенная трагедия в маленьких городках и на фермах: молодые люди попадают в ловушку и расплачиваются за свои оплошности всю жизнь.

Руби Эллиот: Все Шелби, по крайней мере женская часть, родились под несчастливой звездой. Прапрабабку Айрин изнасиловали. Когда прабабка Бел Шелби в тринадцать или четырнадцать лет шла домой из школы, на нее тоже напали. Какой-то пришлый. Шериф никого не поймал, но в результате у Бел Шелби родился ребёнок и этот незаконнорожденный ребенок — бабушка Айрин.

Всех женщин в семье Айрин будто преследует несчастье.

Бейсин Карлайл (детская соседка Рэнта): Только не смешите меня! Не называйте распущенность изнасилованием. Женщины из семьи Шелби вечно слоняются где попало. На них не проклятие, а позорное клеймо.

Руби Эллиот: Но как только Хетти Шелби исполнилось тринадцать, все повторилось снова. Еще один незнакомец, еще один ребенок — мать самой Айрин, Эстер.

Эдна Перри (детская соседка Рэнта): Их ферму миддлтонцы называют фермой Шелби, хотя есть Чет Кейси. Все это время сначала Бел растила Хетти, потом Хетти — Эстер. У нас говорят, что, как только маленькой Эстер исполнилось тринадцать, она понесла Айрин.

Руби Эллиот: С такой семейной историей понятно, почему Гленда Хендерсен и я боялись самого худшего, когда Айрин пошла в девятый. Мы ходили с ней повсюду, не сводили с подружки глаз. А когда мы за Айрин не смотрели, смотрели ее мама и бабушка. С другой стороны, они как курицы- наседки за ней бегали и, конечно, её бесили. Возможно, Айрин потому и сбежала, что ее так сильно сторожили. Просто хотела побыть одна, прогуляться вдоль реки, по лесу, одна.

Шериф Бэкон Карлайл (детский враг Рэнта): А в лесу стаи одичалых собак, гулять

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату