можете мне поверить.

— Но ведь отлично придумано! — воскликнул вдруг Дункан. — Даже сам король обязан признать за своей дочерью право выбора жениха. Дегерр ничего не сможет поделать — ему придется смириться.

— Да, Доминик и вправду заслуживает того, чтобы его называли Волком Глендруидов, — восхищенно произнесла Эмбер. — Его мудрый план поможет нам избежать войны.

— Но этот план придумал Саймон, а не Доминик, — возразила Ариана. — Мысли Саймона проворнее, чем его меч.

Саймон остолбенел от изумления — меньше всего он ожидал от своей невесты комплиментов. А может быть, она просто поддразнивает его, продолжая свою игру?

— И ты думаешь, Саймон, Дегерр поверит тебе? — с сомнением в голосе спросила Эмбер.

— Поверит чему? Что я женюсь на его дочери?

— Нет, тому, что… — Эмбер запнулась, подыскивая подходящие слова.

— «…что два сердца соединяются вопреки воле короля Англии и норманнского барона, — процитировала Ариана, — и любовь освятит этот союз».

Ариана довольно точно передразнила насмешливый тон Саймона, каким он предлагал ей выйти за него замуж во избежание опасных последствий расторгнутой помолвки.

Саймон холодно пожал плечами.

— У Дегерра нет выбора: либо он верит этой сказке, либо идет просить милостыню в Иерусалим. В любом случае, как только колокол позовет к полночной мессе, леди Ариана станет моей женой.

Во дворе замка раздались негодующие крики, которые привлекли внимание Саймона. Он подошел к узкому окну, прислушался и искоса взглянул на Дункана.

— Ты слишком долго медлил, и теперь тебе не удастся избежать встречи со своими подданными, о могущественный хозяин Стоунринга, — почтительно произнес Саймон, склонившись перед Дунканом так низко, как сарацин перед султаном. — Там какой-то мужик бегает за свиньей… запамятовал, как зовут…

— Кого, свинью? — недоверчиво переспросил Дункан.

— Да нет, твоего раба, — невозмутимо поправил его Саймон.

— Этелрод.

— Ну конечно, Этелрод! Как же я мог забыть? — воскликнул Саймон. — Так вот, его свинья вкушает сейчас спелые яблоки. Их там целая корзина, и они ей, похоже, понравились.

— Ну да, после уборки урожая я разрешил пасти свиней в саду — пускай жрут падалицу. А то ею одни только черви и лакомятся, — заметил Дункан с гордостью рачительного хозяина.

— Да, это воистину мудрое решение, о достойнейший, — продолжал издеваться Саймон, — но эта свинья предпочитает яблоки из твоего погреба.

— Тысяча чертей! — сквозь зубы бросил Дункан, стремительно выходя из комнаты. — Я же велел Этелроду построить прочный загон для этой хитрой бестии!

— Прошу прощения, — сказала Эмбер, еле сдерживая смех. — Я вас покину — такое зрелище нельзя пропустить. Весь замок потешается над проделками этой свиньи.

— Если за ней не следить, — наставительно изрек Саймон, — какой-нибудь крестьянин потеряет последнее терпение и положит конец подвигам этой шельмы — из нее получится отличное конченое сало.

Эмбер расхохоталась и поспешила вслед за мужем.

Быстрый взгляд Саймона успел поймать легкую тень улыбки на губах Арианы, и он вдруг вспомнил свою первую встречу с девушкой. Улыбка эта была так прекрасна, что у Саймона перехватило дыхание — будто стальная рука с силой ударила его в грудь.

Даже сейчас Саймону все еще не верилось, что Ариана почти принадлежит ему — не верилось, что благородная юная леди вскоре станет женой внебрачного сына норманнского барона, все наследство которого — меч и твердая рука.

Саймон приблизился к девушке, погруженной в глубокую задумчивость.

— Ариана, — тихо шепнул он.

При звуке своего имени Ариана вздрогнула и быстро взмахнула длинными ресницами: на мгновение она забыла, что не одна в комнате.

Но, когда рука Саймона коснулась ее волос, она в испуге отшатнулась.

Саймон медленно опустил руку, усилием воли стараясь не сжать ее в кулак. Напряжение было так велико, что он даже почувствовал боль. Никогда, никогда больше он не позволит страсти управлять своими поступками — он поклялся в этом самой страшной клятвой. И сдержит слово.

— Мы скоро станем мужем и женой, — произнес Саймон с ледяным спокойствием.

Ариана содрогнулась.

— Вы ведете себя так со всеми мужчинами или только со мной? — резко спросил он.

— Я исполню свой супружеский долг, — глухо произнесла Ариана.

И тут же поняла, что ее слова были ложью. Раньше она думала, что сможет преодолеть свое отвращение к брачной постели. Теперь же знала, что это невозможно — невозможно еще раз допустить насилие над собой.

К несчастью, эта истина открылась ей слишком поздно. Свадьба назначена. Мышеловка захлопнулась.

«Все пути назад отрезаны. Кроме одного».

Как ни странно, но в этот момент мысль об убийстве не принесла ей успокоения.

«Как я смогу убить Саймона? Ведь он согласился на все это ради своего брата.

Ну а если я не убью его, то как смогу снова вынести весь этот ужас? Как смогу терпеть насилие и унижение долгие годы нашей супружеской жизни?»

— Я буду исполнять свои обязанности, — прошептала она с несчастным видом.

— Обязанности, — тихо повторил за ней Саймон. — И это все, что вы можете предложить своему супругу? Неужели вы такая же, как шлюха Мари, и ваша красота — всего лишь пленительная оболочка, скрывающая душу, которой правит ледяной расчет?

Ариана подавленно молчала: она боялась, что иначе яростные слова боли и отчаяния сорвутся с ее губ.

— Я глубоко тронут вашим столь нетерпеливым ожиданием свадебного обряда, — произнес Саймон с ядовитой усмешкой. — Об одном осмелюсь попросить, — продолжал он, и в голосе его зазвенела сталь, — не вынуждайте меня тащить вас к алтарю с помощью вооруженной стражи. Ибо, клянусь Богом, я так и поступлю, если до этого дойдет дело.

Он резко повернулся и быстро вышел из комнаты, не прибавив более ни слова.

Да и не нужно было больше ничего говорить — Ариана ни минуты не сомневалась, что Саймон сдержит свое обещание. Как бы то ни было, слов на ветер он никогда не бросал.

«Есть только один выход. Только один».

Ариана непроизвольно положила руки на струны арфы, и инструмент отозвался аккордом, в котором слышались отчаяние и вызов.

Это был ответ Арианы.

Свадебное торжество начнется на закате солнца и закончится перед восходом луны. До того как луна зайдет, невеста должна убить жениха.

Или погибнуть сама.

Глава 3

Печальный голос арфы все так же одиноко звучал в угловой комнате. В замке бурлила жизнь, все были заняты поспешными приготовлениями к предстоящей свадьбе, и никто не тревожил Ариану в ее уединении, пока наконец к ней не явилась Бланш.

Ариана окинула служанку беглым взглядом — было ясно, что состояние Бланш ничуть не улучшилось. Девушка по-прежнему была бледна и печальна, ее золотисто-каштановые волосы и голубые глаза потускнели. Словом, она выглядела так же, как и во время их путешествия из Нормандии в Англию.

— Доброе утро, Бланш. Или, может быть, уже день? — равнодушно произнесла Ариана.

— А разве вы не слыхали, как дозорный прокричал время?

Вы читаете Очарованная
Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату
×