16. Мы потому заговорили об оскорблении, что это наиболее понятный и расхожий повод для сильных эмоций. И здесь условность формы оскорбления наиболее понятна.
Потому что положительные эмоции — они и послабее, и поразнообразнее в поводах, и менее очевидны в причинах.
17. В подводной лодке в поход ушла муха. Муха жила на камбузе и любила отдыхать в центральном посту. Муху любили всем экипажем и подкармливали сахарной водичкой. Однажды замполит сел на муху. Его чуть не убили. До конца похода экипаж с замом не разговаривал, нарушая субординацию.
18. Мало вы слышали о зеках старых времен, которые сидели в отдельных камерах, питались так, что не умрешь, и мучились бездельем, не подвергаясь работам? Общества вот не хватало. И они привязывались к мышам и крысам, воробьям и паукам, кормя их, дрессируя, разговаривая с ними, и жутко переживали, если с теми что-нибудь случалось.
Чувства-то надо кому-то отдавать!
18-А. А какое значение придают нынешние российские зеки — месту в камере, чтоб внизу у окна, робе, чтоб новая и черная, татуировкам, которые есть послужной список, погоны и ордена блатного.
И каждое слово, каждый жест, невиннейший внешне поступок — могут послужить к серьезнейшим разборкам с тяжкими последствиями.
Все богатейшие смысловые и эмоциональные отношения современной культуры — блатная, тюремная культура словно кодирует, сворачивает компактно, и перемещает в масштаб мельчайших деталей и жестов скупого камерного бытия.
А поскольку вор — человек повышенной энергетики: нонконформист, антисоциален, рисков, агрессивен по жизни. А жизнь замкнутого мужского коллектива ведет к повышению агрессии. То эмоциональную насыщенность тюремной жизни — при внешней ее скудости! — вы можете себе представить.
Когда шлепают в «очко» клееными из газеты картами, а на кону стоит жизнь — отдыхает ваш вонючий Лас-Вегас с его гламурными страстями!.. А сколько счастья от банки сгущенки. А кружки водки! А от письма. А от свитера зимой…
19. Слушайте — хрен ли солдату с того, что генерал объявил ему благодарность? А от цветных узоров в дембельском альбоме?
Какой гигантской ценностью становится для закрученного службой солдата половой акт! Вам и не снилось… Солдат может измордовать сослуживца, если тот спер у него крысят — нически значок классности, например.
Солдат как ребенок: придает огромное значение каким-то фантикам, железкам, лишней печенке или конфетке, стакану компота, похвале или выговору старшего.
Все эмоции при нем, да еще как! — но Боже мой, на какую фигню они обращены! Кто не служил — тот не поймет значение этой фигни.
20. И наиболее ярко: любовь зла — полюбишь и козла. Где берет природа столько ужасных козлов, чтоб их любили гак преданно и беззаветно?! Где-где — везде.
«Замуж хочу — трубу сворочу». Самое яркое чувство — дифференциация и окультурнивание инстинкта размножения, выполнение природной репродуктивной функции. Приходит пора — и гормоны зашкаливает, глаза блестят, кожа на лице светится, походка играет невыразимо, и неподконтрольные горячечные сны мучат ночами. Какой же тут «объективный взгляд», когда наличествует объективная потребность и объективно мощная эмоция, судорожно ищущая предмет привязки и реализации!
И замухрышка сделает блестящую партию в сплошь мужском коллективе, где она единственная. И плюгавый мозгляк будет объектом соперничества бригады оголодавших сезонниц- рыборазделыциц?
Старая дева отдаст все свои инстинктом заготовленные запасы любви, заботы и нежности поганой истеричной болонке. И если вы ненароком придавите эту суку, горе бедной женщины будет безмерным.
О любви отшельника к козе мы вообще говорить не будем, у нас приличная книга.
21. И то мы затянули. А все коротко и просто.
Сила эмоций по какому-либо поводу — определяется не объективной значимостью этого повода, но нашим субъективным к нему отношением.
Важность же повода для нас определяется не объективной его ценностью — но активностью нашей эмоциональной сферы, нуждающейся во внешней объективации.
Когда внешняя объективация вовсе не найдена, принято говорить о беспричинной радости, или беспричинной грусти, и т. п.
АДАПТАЦИОННЫЙ РЕСУРС
1. Лев в саванне живет лет двенадцать. А в зоопарке — лет тридцать — тридцать пять. О-па? Вот тебе и тоска неволи, и недостаток движения, и стрессы от толп посетителей.
В зоопарке. Он регулярно получает пищу. Сбалансированную калорийно и витаминозно. Небольшими порциями, которые легко и быстро перевариваются и усваиваются. Ему не приходится голодать или предельно обжираться про запас. Не надо волноваться, что при неудачной охоте можно и с голоду сдохнуть.
Его не жрут паразиты — наружные и внутренние. Не отравляют его организм своей дрянью.
Он не испытывает самых жутких стрессов свободы. Не надо охранять свой участок и прайд от претендентов — молодых, сильных, агрессивных, которые раньше или позже вытеснят его, изгонят, убьют его львят и присвоят его львиц. Не надо охранять добычу от гиен, гоняться за самыми сильными и наглыми и убивать — иначе они будут пожирать добычу прайда.
Он не получает травм. Не бьет иглами дикобраз, не ранит рогом буйвол, не рвет когтистой лапой соперник, не растягиваются сухожилия лап в беге.
И даже когда его сила и реакция станут уже не те, его не выгонят, не лишат пищи, и гиены не будут гнать и травить его сутками, чтобы загрызть обессилевшего.
Короче, в зоопарке пятнадцатилетний лев — молодец хоть куда, а не дряхлый немощный старец, как на воле.
2. Проще всего это сравнить с эксплуатацией автомобиля — по шоссе у бережного хозяина либо по бездорожью у лихача. Подвеску бьет, весь крепеж изнашивается, двигатель расходуется в резких рывках, то и дело машина работает на пределе, профилактика вовремя не делается, бензин то и дело дрянной, иногда еще и перегрузят его сверх всех норм. Ну — с усталостью металла, терморежимом блока цилиндров, снаши- ваемостью прокладок и прочее — все понятно. Убили машину.
Тот же автомобиль семь лет по германским автобанам у бюргера или семь лет по русским проселкам у низового братка — это мы имеем два совершенно разных автомобиля. Теплый кар — или помойка на колесах.
Количество ударов, встряхиваний, перегревов, перегрузок, моментов напряжений допустимых и сверхдопустимых на разные узлы — у лихача по проселку быстро выберет ресурс аппарата.
3. Но если вовсе на нем не ездить — тоже не лучший вариант. Подвеска просядет, прокладки усохнут, от температурного режима что-то где-то поведет, — и машина окажется в худшем состоянии, чем та, которая эксплуатируется в оптимальном режиме. Ездит себе аккуратно в предписанных параметрах.
4. Теперь давайте возьмем классических долгожителей. В смысле среди людей. И посмотрим на образ их жизни.
Ну, конечно, пастухи в горах. Размеренный образ жизни. Чистый воздух. Экологически чистая пища и вода. Умеренная и регулярная физическая активность: ходить, ежедневно, довольно много, но горб не рвать.
Еще. Несколько разреженный горный воздух. В нем чуть меньше кислорода. Организм адаптировался. Процессы окисления в организме идут чуть медленнее. А это что? Это, если рассуждать упрощенно- механистически: вот были рассчитаны клетки на окисление определенного количества молекул — и раз получили нужный кислород «в растяжку» за большее время — ну, вот большее время и работали. Ресурс тот
