уставился на них маленькими, подозрительно перебегающими с одного на другого глазками. Нос-пятачок часто подрагивал – животное навострило обоняние, зрение и слух. Вскоре из-за спины борова показались еще две свиньи, с шелестом ступавшие по подмерзшим листьям маленькими копытцами. Боров оглянулся, словно следя за тем, как подопечные ему самки переходят тропинку.
– Жареная свинина, – многозначительно произнес Сабен.
Для Пакс эти слова прозвучали магическим заклинанием. Боров же, вновь уставившись на людей, неодобрительно хрюкнул.
– Шум поднимем, – возразила Канна. – Кинжалом его с одного удара не убьешь. А кроме того… вот этого-то я и боялась.
Последние слова Канна произнесла, увидев выскочившего на тропинку и испуганно застывшего на месте мальчишку в драных штанах и куртке на голое тело, с хворостинкой в руках.
– Солдаты… – прошептал он и потянулся к торчавшему за его ремнем ножу.
– Не бойся, – сказала Пакс. – Мы ничего тебе не сделаем.
Парнишка уже собрался было дать деру, но что-то удержало его.
– Ты… ты – девушка? – обалдело спросил он; любопытство взяло верх над страхом.
Пакс и Канна улыбнулись.
– Да, – ответила Пакс. – И вот она тоже. А это твои свиньи?
Мальчишка прищурился:
– А что? Отобрать хотите?
– Нет, – попыталась успокоить его Пакс, – просто спрашиваем. Интересно.
– А вы куда идете? – вопросом на вопрос ответил парень.
На вид ему было лет пятнадцать – невысокий, худой, с рыжей шевелюрой и румяными щеками, он казался совсем ребенком и чем-то неуловимо напомнил Пакс Вика. Тряхнув головой, она ответила:
– Ну как бы тебе сказать, приятель… Мы вот прогуляться решили. Ты не знаешь, где здесь можно раздобыть хорошего эля и вкусно поесть?
Чуть успокоившись, мальчишка с понимающей улыбкой ответил:
– А, так вы в самоволке… Значит, эля хотите попить. Хотя больше всего вы похожи на грабителей. Но если у вас найдется пара-другая медяков, я подскажу, где можно сносно поесть и выпить.
– Грабители? Это мы-то? – с притворным удивлением переспросила Пакс. – Да мы просто перепачкались по дороге, да и проголодались изрядно. А деньги… – Она выразительно позвенела кошельком.
– Ну, тогда вам не найти лучшего места, чем дом моего дяди. Это вон там, вниз по склону, у реки. – Парень показал в сторону юга. – Это не то чтобы настоящий трактир… По крайней мере, он стоит в стороне от дороге, но дядина жена хорошо готовит, и к нам приходят посидеть окрестные фермеры. Зато дядя не платит всякие налоги, как хозяин «Серебряного Фазана», который расположен у моста рядом с самой дорогой. Там, конечно, и выбор побольше, и музыканты играют, но я так понял, вы не очень хотите мелькать в людных местах…
Пакс ухмыльнулась:
– Соображаешь, приятель. Надеюсь, ты и остальное понял. Сделай доброе дело: если увидишь патруль или кого из сержантов – не говори им, что встретил троих изнывающих от тоски по доброму элю самовольщиков.
С этими словами она сунула в подставленную с готовностью руку медную монету.
– А я никого и не видел, – убедительно заявил парень. – Пасу себе свиней… и с самого утра ни души не встречал.
Кивнув на прощание, мальчишка отправился дальше вверх по склону, сгоняя хворостиной свиней в плотную группу.
– Интересно, скольких еще беглецов этот парнишка «не видел», – задумчиво проводила его взглядом Пакс.
– И насколько крепки у него «провалы в памяти», – добавила Канна.
Пакс оглянулась:
– Я понимаю, что мы рискуем, но… Извини, Канна. У меня рука не поднялась бы…
– Да я понимаю. Я, честно говоря, тоже не смогла бы убить его. Будем надеяться, что он отплатит нам добром за добро. Хотя, если кто-нибудь даст ему деньги, как и мы… боюсь, он не устоит.
– Сдается мне, солдаты Синьявы не станут пытаться подкупить мальчишку, – сказал Сабен. – Запугать его – другое дело. Но я думаю, что он тогда и вовсе не расколется. Боюсь только, что они убьют его, не получив никаких сведений и решив убрать свидетеля. Ладно, хватит об этом. Давайте лучше решим, стоит ли идти к его дядюшке…
– Нет… – начала Канна, но Пакс перебила ее:
– Подожди, Канна, давай подумаем. Это ведь шанс разжиться едой. И потом: если мы там появимся, парнишка, может быть, и не станет говорить о нас некоторое время, а если мы пропадем бесследно – то он от удивления сразу же все разболтает. Место там глухое, патрули Синьявы наверняка туда не дойдут. Может, рискнем? Время у нас есть – мы же впереди колонны.
Подумав, Канна согласилась:
– Ладно, попробуем. Если сработает – хорошо, а если нет – все равно без еды нам троим до Ротенгри не добраться. Теперь вот что: на случай появления здесь дозоров Синьявы – пусть никто не знает, сколько нас
