– Полюбуйтесь! – воскликнула Лулу, бросая на стол первую страницу городской газеты «Глоб». – Как они посмели напечатать эту чушь!
На первой странице в глаза бросался заголовок, напечатанный крупными буквами: «Убийца Вальтера Грина пойман!»
– О нет! – простонала Клэр. – Его уже признали виновным!
– Прочти вслух, Сиси, – попросила Эмили, входя в кабинет вслед за Лулу.
Клэр нехотя начала читать:
– «Шериф Уилбур Симонс объявил об аресте человека, подозреваемого в убийстве владельца ломбарда Вальтера Грина. Слушание по этому делу состоится во вторник. Подозреваемый, выдающий себя за Гюнтера Йенссена, утверждает, что он родом из Швеции и в Форчун прибыл по делу». – Клэр подняла голову, закипая гневом. – Выдающий себя за Гюнтера? С чего они взяли, что это вымышленное имя?
– Что там еще пишут? – спросила Лулу.
– «Йенссен снимал комнату в особняке покойного Артура Кавано, Бельфлере».
– Ну и как вам это нравится? – возмущенно осведомилась Лулу.
Слишком ошеломленная, чтобы дочитать статью, Клэр отдала газету Лулу и снова занялась подсчетами. Но через полчаса ее опять побеспокоили. Открыв дверь на стук, Клэр увидела на пороге единственного репортера местной газеты Гарри Вейсела с блокнотом в руке.
– Добрый день, мисс Кавано – вы ведь по-прежнему мисс Кавано?
Клэр смерила его ледяным взглядом. Гарри, из-за низкого роста и тщедушного телосложения прозванный Щепкой, любил будто бы невзначай задавать бестактные вопросы – что он сейчас и сделал, выуживая сведения о Лансе. Бывшего жениха Клэр знал весь город – он приезжал сюда прошлым летом.
– А как по-вашему, мистер Вейсел?
Он усмехнулся:
– По-моему, вы еще не успели сменить фамилию, мисс.
– Что вам здесь нужно?
– Я хочу задать вам несколько вопросов о Гюнтере Йенссене.
Клэр вышла на веранду.
– Отлично. Я как раз собиралась сообщить в газету кое-что.
– Так вы думаете, он виновен? – жадно спросил Гарри, вынимая из-за уха карандаш.
– Нет, и со стороны вашей газеты некрасиво выставлять его преступником. Это совершенно несправедливо. Дело Гюнтера еще даже не передано в суд!
Высунув от напряжения кончик языка, Гарри записал ее ответ.
– Вы что-нибудь успели узнать о нем, пока он жил здесь?
– Да, успела, и я уверена, что он истинный джентльмен. Он был очень вежлив со всеми обитателями дома.
– О чем он говорил?
– Чаще всего о Швеции. И это напомнило мне кое-что: если он иностранец, это еще не значит, что он преступник.
Гарри помедлил, записывая ее ответ.
– Вы доверяете иностранцам, мисс Кавано?
– Разумеется – до тех пор, пока они заслуживают доверия. Но как правило, я не спешу с выводами относительно иностранцев. Кстати, сейчас у меня живет один англичанин.
– Разве это разумно? Неужели вы готовы сдавать комнаты всем иностранцам, приезжающим в город? – Гарри уставился на нее в упор.
Только теперь Клэр заметила искусно расставленный капкан и поняла, что уже угодила в него.
– Я не стану отказывать им только потому, что они родились в другой стране.
Гарри вновь зашуршал карандашом по бумаге.
– А ваш дом по-настоящему красив. Если не ошибаюсь, он с давних пор принадлежит семейству Кавано?
Клэр насторожилась.
– Да.
– Почему же теперь вы сдаете комнаты?
Пока Клэр смотрела на него, гадая, как ответить, чтобы не оказаться в унизительном положении, к дому подъехала коляска и из нее вышла Дафна. Репортер обернулся, с явным интересом наблюдая, как Дафна поднимается на веранду, покачивая бедрами, обтянутыми бежевым платьем. Она остановилась прямо напротив Клэр.
– Будьте любезны приготовить мой счет, – надменно процедила Дафна. – Я уезжаю.
Озадаченная Клэр поспешила отвести ее в сторонку, подальше от любопытного Гарри.