Она откинулась назад и протянула руки, приглашая его к себе.
— Я знаю, — прошептала она. — И чувствую то же самое.
Торн тряхнул головой, пытаясь прояснить ее. Эта таинственная красавица становится слишком важной для него, и он не может избавиться от мыслей о ней. Он займется с ней любовью, а когда все закончится, выбросит ее из головы, как поступал со многими другими женщинами до нее.
Он горячо сжал ее атласное тело в своих объятиях и одним плавным движением погрузился в нее. Тело его пульсировало, дыхание вырывалось судорожными вздохами. Еще никогда ни одна женщина так не воздействовала на него. Никогда не чувствовал он себя таким счастливым, как тогда, когда держал Бриттани в своих объятиях.
Торна терзали воспоминания о той ночи, когда он занимался любовью с Бриттани. Он пытался выбросить ее из головы, но это оказалось бесполезно.
Торн ласкал тело Бриттани, горячо целовал. Она закрыла глаза и позволила восхитительным чувствам омыть ее с головы до ног. Это, подумала она, именно то мгновение, которое она хотела бы задержать на целую вечность.
Теперь любовь Торна стала более пылкой и напряженной. Пылающая страсть сплавила их тела и лишила дыхания.
На легких, невесомых крыльях они воспарили в небеса, когда ощущения, одно за другим, все крепче связывали их нитью желания.
Вдруг тело Бриттани взмыло на волне блаженства и рассыпалось на миллионы сверкающих осколков. Неужели чувство, которое она испытывает к этому мужчине, — любовь? А иначе почему ей так хочется быть с ним всю жизнь и никогда не расставаться?
Когда сердцебиение пришло в норму, она заглянула в искрящиеся голубые глаза.
— Это было так же хорошо, как и в первый раз, Бриттани?
— Да, — пробормотала она, пряча лицо у него на груди.
— Ты будешь только моей. Ни один мужчина никогда не коснется тебя.
Она отвернулась.
— Нет, Торн. Я не могу дать такое обещание. И не стану принадлежать тебе.
В его голосе зазвучали нотки раздражения:
— Это из-за Симиджина, да?
— Частично, — призналась она, выскользнула из его рук и встала с кровати. Натягивая через голову платье, повернулась спиной к нему, надеясь, что он больше не станет задавать вопросов. Она вздрогнула, когда он подошел к ней и помог застегнуть платье.
— Я пытаюсь понять, что мешает тебе согласиться принять счастье, которое я тебе предлагаю.
Она повернулась к нему лицом и недоверчиво воззрилась на него.
— Какое же это счастье, Торн? Ты предлагаешь существование, при котором уважаемые люди будут сторониться меня. Если ты любишь меня…
Его глаза вспыхнули, голос сделался презрительным:
— Я ничего не говорил о любви, Бриттани. Любовь — для дураков и мечтателей, которые мало знают о жизни. То, что есть у нас, важнее этого ничтожного чувства, которое люди зовут любовью.
Ее зеленые глаза стали холодными.
— Ты хочешь сказать, что предпочитаешь животную похоть?
Он рассмеялся и притянул ее в свои объятия, но она вырвалась. Он вскинул руки жестом капитуляции.
— Ладно, Бриттани. Если единственный способ заполучить тебя — это сделать своей женой, ты выиграла. — Он поймал ее за руку и привлек в свои объятия. Губы коснулись уха, рассылая трепет восторга по позвоночнику. — Я готов пойти на эту последнюю жертву и сделать тебя своей женой, если другого способа обладать тобой нет.
Еще никогда Бриттани не испытывала такого гнева. Она оттолкнула его прочь, и голос ее дрожал:
— Мне не нужна ваша жертва, капитан Стоддард. Как только я сойду с корабля, мы с вами больше никогда не встретимся. И оставьте меня в покое!
— Хотел бы, да не могу. — Он пожал плечами. — Осторожнее, Бриттани, не бросайся словами, не то я могу тебе поверить. Мужчине может быстро надоесть гоняться за женщиной, которая сама не знает, чего хочет. Ты одной рукой отталкиваешь меня, а другой обнимаешь.
Весь запал, казалось, вышел из нее.
— В том, что ты говоришь, есть доля правды, Торн. Порой я не понимаю, что чувствую, — в замешательстве призналась она.
Она бы ушла, но выражение его глаз опутало ее своими чарами, не давая сдвинуться с места. Словно зачарованная она пошла к нему и, когда он протянул руку, вложила свою в его теплую ладонь.
— Иди ко мне, — прошептал он, с победоносной улыбкой привлекая ее в свои объятия.
Его губы были горячими и, казалось, выпили из нее все сопротивление. Он опустился на колени и потянул ее за собой. Ласками он заставил ее покориться, а когда уложил спиной на пол, она чувствовала его крепкое тело, прижимающееся к ее мягким изгибам.
Словно утопающая, Бриттани понимала, что если не спасет себя, то пропала навсегда, но его руки творили волшебство с ее телом, а губы сглаживали тщетные протесты.
Он раздвинул ей ноги и ласкал до тех пор, пока ее дыхание не застряло в горле. Тихий стон сказал ему, что она сдалась окончательно.
— Сейчас ты моя, — пробормотал он бархатным голосом. — Мы оба знаем это.
Она заглянула в голубые глаза, в которых пылало пламя страсти.
— Да, Торн, да.
Бриттани услышала, как Торн резко и шумно выдохнул.
— Я изгоню все мысли о Симиджине из твоей головы. Ты больше не будешь думать о нем.
Бриттани крепко прижималась к нему всем телом, не понимая, о чем он говорит. Губы пленили ее рот в обжигающем поцелуе, и она томилась от нестерпимого желания вновь принадлежать ему.
— Ты в моей крови, Бриттани.
Бриттани терзалась жаждой почувствовать его в себе, но он, казалось, не торопился.
— Ты хочешь меня, — произнес он, целуя шею, веки, снова губы.
Ее рот приоткрылся под нежным натиском, тело было в огне.
— Ты же создана для любви, Бриттани, — горячо прошептал он ей на ухо. — Ты забралась ко мне в душу, завладела моими мыслями, и теперь единственное, о чем я могу думать, — это чтобы вот так обнимать тебя. Ты ведь знаешь, что мучаешь меня, правда?
— Нет, — выдохнула она, подумав, что это он мучает ее. Когда его губы двинулись к кремовым грудям, Бриттани застонала от удовольствия.
Когда он отстранился, она запротестовала, но он вошел в нее таким мощным толчком, от которого оба задохнулись. Его тело дрожало, погруженное в самые глубины бархатной мягкости.
Бриттани крепко сжала губы, боясь, что закричит от охватившей ее страсти. В голове пронеслась мысль, что Тори властвует над ее телом. Одним прикосновением руки он может заставить ее капитулировать перед ним.
Открыв глаза, она заглянула в голубые глубины.
— Черт тебя побери, Бриттани, — пробормотал он. — Что ты со мной делаешь?
Она заморгала и внезапно все поняла. Чувственное влечение, которое ни с чем нельзя спутать, пламенело в его глазах. Она оказывает на него такое же действие, как и он на нее.
Она печально улыбнулась ему, потом приподняла таз, и он прошептал ее имя за мгновение до того, как впиться в ее губы. Девушка двигалась под ним, и он в экстазе откинул назад голову. Она имела власть заставлять его забыть обо всем, кроме нее.
Бриттани была уверена, что сердце ее разорвется от чудесных ощущений, которые Торн пробуждал в ее теле. Он был идеальным любовником. Ее переполняли сладострастные чувства, и она не могла вспомнить, почему возражала против его прикосновений.
Потом, когда тела их медленно остывали, они продолжали лежать, и никому не хотелось прерывать
