достаточно было увидеть лицо Аланы, когда бедняжка описывала, как, проснувшись наутро в сент-луисской гостинице, она обнаружила, что Николас уехал.
– А почему, если не секрет, вы направились в Беллинджер-Холл? Насколько я понимаю, вы поначалу намеревались поселиться у отца.
Пришлось Алане рассказать и о стычке с Элизой Кэлдвелл.
– Ладно, мы ей это припомним, – пригрозила Лилия, живо представив себе обиду Аланы. – Но отец тут ни при чем. Я уверена, что он обрадуется вашему приезду. И, когда мы как следует подготовимся к этой встрече, я дам Энсону знать.
– Не надо! Я не хочу его видеть! Мне будет тяжело и неловко. Он давно стал для меня чужим человеком.
– Ну, хорошо, дорогая, я вас не неволю. Но вы подумайте. Во всяком случае, – лучезарно улыбнулась Лилия, – я очень рада, что вы к нам приехали!
Перегнувшись через стол, она взяла Алану за руку и ободряюще добавила:
– Я научу вас, как завоевать сердце Николаса. Хотя не сомневаюсь, что он уже вами очарован.
Зеленые глаза Лилии мечтательно засияли.
– Когда сын вернется домой, он не узнает свою малютку жену. Китти сказала, что я вызвала из города портниху, которая поможет вам превратиться в элегантную даму?
– О, я так хочу быть похожей на вас! – с надеждой воскликнула Алана.
– Нет-нет, моя дорогая, вы будете гораздо привлекательней. Вы же намного красивее меня. Я даже в лучшие годы не могла бы сравниться с вами.
– Да что вы! Я…
Лилия шутливо замахала на Алану руками.
– Не спорьте, милая. Тем более что чудесное преображение произойдет не только благодаря новым нарядам. С вашего позволения, я научу вас кое-каким ухищрениям, при помощи которых женщины залавливают в свои сети мужчин. Но все это мелочи. Главное, что вы красивы. Ну, а уж мы постараемся эту красоту повыгодней оттенить.
– Вы… действительно считаете меня миловидной?
– Да у вас редкостная красота, Алана! И что бы ни говорил мой сын, можете мне поверить: он это знал, когда на вас женился. А потому наша задача не особенно сложна, надо лишь заставить Николаса признать вслух, что его жена – истинное сокровище!
– Я люблю Николаса всей душой, но не надеюсь на взаимность. Он прямо заявил мне, что неспособен на любовь. Мне кажется, наивно надеяться, что Николас переменит свое мнение только потому, что я переменю гардероб.
– Неужели мой сын имел наглость говорить вам в глаза такие вещи? – возмутилась Лилия. – Ладно, посмотрим, как он запоет, когда приедет сюда и увидит вас. Порой женщине не мешает щелкнуть мужчину по носу, чтобы он не слишком зазнавался.
– Пожалуйста, помогите мне стать женщиной, которой бы Николас гордился, – взмолилась Алана.
Лилия улыбнулась.
– Все будет хорошо, обещаю вам. Но скажите, дорогая, где вы откопали это платье?
– Всю одежду раздобыл для меня Николас, – с гордостью сказала девушка. – Платья, правда, оказались великоваты, но я не жаловалась.
– Что ж, мужчины, конечно, не разбираются в женской моде, – кивнула Лилия. – Но вот что любопытно: на красивое дамское платье они не обращают никакого внимания, но если у нас хоть один волосок выбьется из прически, они не преминут это заметить… Ну, да Бог с ними. Вы готовы мне довериться, дорогая?
– Да! Да! И обещаю беспрекословно вас слушаться! – воскликнула счастливая Алана.
– В таком случае, – лукаво прищурилась Лилия, – для начала сходите на кухню и выясните, нет ли на плите горячих оладий. Эти давно остыли. А когда мы наконец позавтракаем, я вас подстригу.
Синие глаза Аланы округлились от изумления.
– Но… я никогда в жизни не стригла волосы!
– Значит, тем более пора это сделать.
Весь день ушел на снятие мерок и выбор фасонов будущих платьев. Алана с Лилией внимательно рассматривали образцы тканей и листали журналы мод, подолгу обсуждая, пойдет ли Алане тот или иной наряд.
Наступил вечер. Измученная Алана лежала на кровати, а свекровь деловито рылась в ее вещах.
– Нет, оно тоже не годится, – Лилия отбросила в сторону последнее платье. – Унеси куда-нибудь все это тряпье, Китти.
Экономка с явной охотой подхватила ворох ненужной одежды, а Лилия достала со дна саквояжа свадебный наряд Аланы.
– Не надо его выбрасывать! – запротестовала Алана. – Это подарок моей бабушки.
– Но я и не собираюсь, – успокоила ее Лилия. – Боже, какая красота! И так все аккуратно, стежочки меленькие, а вышивка – просто заглядение! Ваша бабушка была великолепной портнихой.
– О да, – согласилась Алана, радуясь, что мать Николаса оценила мастерство Лазурного Цветка.
– Мы должны сохранить это платье на память для ваших детей. Им будет интересно на него
