Спотыкаясь о разбросанные сковородки и кастрюли, ненормальный мужик понесся куда-то на второй этаж, а Ирка и Катерина остались среди хаоса. Не успели они поставить горшки на место, как раздался крик:
– Пусти меня!
– С ума сошел!
– Немедленно открой!
– Ни за что, Ира, помоги!!!
Домработница ринулась на второй этаж и нашла Генри, исступленно колотящегося в дверь Машиной спальни. Пытаясь сохранить спокойствие, домработница сказала:
– Ваша комната в другом конце, здесь Маруся живет.
Орнитолог перевел на домработницу безумный взгляд.
– Там гусь! Компьютер показывает!
Ирка знает, что с сумасшедшими спорить опасно, поэтому осторожно ответила:
– Да-да, конечно, сейчас девочка оденется, и вы войдете!
Генри замер под дверью, домработница на всякий случай осталась с ним. Примерно через полчаса Манюня приоткрыла дверь, боком протиснулась в коридор и предложила:
– Может, Василия вызвать?
Василий Сергеевич – наш домашний доктор. Ирка не успела отреагировать на разумное предложение, потому что Генри с боевым воплем команчей бросился в детскую и в один момент расшвырял там все. Домработница, поняв, что ей теперь придется приводить в порядок и это помещение, начала потихоньку злиться.
Но на этом Генри не остановился, он принялся носиться по комнатам и зимнему саду, оставляя после себя пейзаж, напоминавший декорации к фильму «Зачистка дома в Грозном федеральными войсками». Домработница, убрав вываленные вещи, устала, присела передохнуть, глотнуть кофейку и, услышав за спиной мой голос, перепугалась, решив, что псих вернулся, чтобы еще раз разбомбить с трудом приведенную в порядок кухню.
– И где он сейчас? – сердито спросила я.
Ирка вздрогнула.
– Такси вызвал и в город укатил, в Дегтярный переулок. Вроде этот гусь внезапно туда перелетел. Вы уверены, что Генри безопасен, а? Вдруг на нас с ножиком накинется?
– Не, такие тихие, – философски заметила Катерина, – вот у моей двоюродной сестры муж был, марки собирал. Тоже на психа походил, придут, бывало, гости, сядут чин-чинарем за стол, а Павел всем под нос альбомчик тычет. Сестра моя как рявкнет: «Отстань от людей!»
Все, он отойдет и в углу устроится. Правда, пользы от него никакой: ни денег заработать, ни в доме чего починить не умеет, только о марках и думает! Псих, одним словом. А вот…
Но Катерина не смогла продолжить дальше повествование, потому что из холла раздался грохот, разноголосый крик и отчаянный собачий визг. Не сговариваясь, мы понеслись на звук.
Посреди прихожей опять высилась гора мусора. Над ней, матерясь, стояли Паша и еще один рабочий с нездорово красным лицом. Увидев нас, пролетарии замолчали и мрачно начали собирать куски того, что еще недавно было штукатуркой. Чуть поодаль, поджав правую переднюю лапу, рыдал Снап. Остальные собаки, желая пробраться к нему, лезли через гору мусора. Я увидела, что Хучик и Жюли чуть было не наступили на парочку длинных ржавых гвоздей, торчавших из деревяшки, и приказала:
– Ира, немедленно запри стаю наверху.
Домработница принялась загонять псов на лестницу, но те нервничали и не желали уходить. Банди изловчился, перепрыгнул Эверест из битых кирпичей и начал энергично вылизывать воющего Снапа.
– Что с ротвейлером? – строго спросила я.
Дима, гладивший плачущего Снапа по голове, повернулся ко мне:
– Здрассти!
Первый раз в жизни мне захотелось взять в руки кирпич и швырнуть его в человека. С трудом удерживаясь от этого непарламентского поступка, я процедила сквозь зубы:
– Мы уже здоровались, раза четыре, не меньше. Что случилось со Снапом?
– Я не виноват, – быстро ответил Паша, – случайно вышло, лом ему на лапу уронили, видно, сломали.
В этот момент Хучик вырвался из рук Ирины и вновь храбро полез на отходы строительства. Жюли не отставала от приятеля. К тому же появились кошки. Наши Фифа и Клепа очень четко чувствуют настроение домашних. Стоит кому-нибудь занервничать, как кошки тут как тут. Вот и сейчас они слезли с теплого местечка у камина и начали нервно мяукать и трясти хвостами.
– Страсть как котов боюсь, – пробормотал красномордый строитель.
Бух! Бух! Все невольно повернулись вправо. Почти слепая и совершенно глухая пуделиха Черри пыталась пробраться к месту происшествия через мешки с цементом.
– Пуделя бери! – крикнула повариха Паше. – Сейчас бумагу прорвет.
Но малорасторопный строитель не понял.
– Кого? Берри? Это кто такая?
