– Какого надо? – недовольно спросил Хват. Ему никто не ответил, а в дверь снова постучали. Выматерившись, он подошел и отодвинул засов. Толкнув дверь, зло бросил:
– Чего барабаните…
Сильный удар в подбородок сбил его на пол. В падении Хват сумел упасть на правый бок, поджать ноги и, оттолкнувшись, вскочить. На него молча бросились трое с лицами, закрытыми шапочками-масками. Он ногой отбил одного и ударил его по шее ребром ладони. Второй отправил его в нокаут. Двое в масках начали избивать Хвата ногами. Через некоторое время, оставив на полу спортзала Хвата с разбитым в кровь лицом, двое подхватили не пришедшего в себя человека, которого сбил Хват, выскользнули в дверь. Минут через пять Хват зашевелился, упираясь руками в пол, с трудом сел. Дотронулся до большой шишки на лбу.
– Кто вы, суки? – промычал он. Учащенно дыша, сплюнул кровь и застонал.
Его опухший нос тоже сильно кровоточил. – Узнаю кто, – просипел он, – убью.
Около спортзала остановилась «девятка». Из нее вышли четверо.
– Хват удары отрабатывает, – увидев свет в окнах, усмехнулся один.
– Удар у него – не балуй, – буркнул мускулистый молодой мужчина.
– Ты, Лось, тоже не подарок, – хихикнул третий. Четвертый подошел к багажнику и вытащил ящик пива. И тут за его спиной появился человек в маске.
Резкий рубящий удар по шее – и, выронив ящик, четвертый начал падать. Добив его ударом ноги, «маска» прыгнул вперед и с коротким криком-выдохом достал лицо обернувшегося парня пяткой. На двух оставшихся бросились выскочившие из-за угла двое в масках. Лось, отпрыгнув к стене, встал в стойку. Он сумел отбить два удара атаковавшего и даже ударить сам. Но подскочивший первый ударил его ногой в живот, а когда он согнулся, коротко и сильно врезал между лопаток. Двое других в масках ринулись к машине. Подхватив положенные ровной линией у клумбы кирпичи, бросили их в стекла машины. Третий коротко свистнул, и все трое тут же как бы растворились в темноте.
– Как ты могла ее отпустить? – сердито спросила Роза.
– Отпустить?! – зло воскликнула Либертович. – Мы с ней минут пятнадцать катались. Если бы не медсестра Литко-ва, – порывисто вздохнув, она достала сигарету, – мы бы с Файкой убили ее. Я была вне себя от ярости. Она что-то такое брякнула Себостьянову. Тот заглянул ко мне и такое сказал… С ним кончать надо. Он знает…
– Себостьянов тяжело ранен возле дома Резковой, – сообщил вошедший Гобин.
– Возле какого дома? – встрепенулась Раиса.
– Не возле частного, в пригороде, а около того, где ее квартира.
– У нее еще и квартира есть? – удивленно спросила Либертович.
– Ей тетка дом оставила.
– Значит, Себостьянов ранен, – вздохнула Раиса. – Сильно? – надеясь на утвердительный ответ, спросила она.
– Этого я не знаю. Мне позвонили и сообщили, что Себостьянов с пулевым ранением доставлен в областной хирургический центр. Так как туда доставляют тяжелораненых, можно судить…
– Но его должны были убить! – воскликнула Роза.
– Русый найден убитым у себя в квартире, – недовольно проговорил Гобин.
– Ножом распорото горло. Кто и почему убил – неизвестно. Отпечатков чужих много, но есть ли пальцы убийцы – неясно.
– Сволочь, – прошептала Роза.
– Что ты сказала? – не расслышал Гобин.
– Это Меткий убил Русого, – ответила она. – Он звонил и просил передать тебе, что Меткий берет пять тысяч долларов. Деньги требует сразу. Я отослала ему доллары.
– А где теперь найдешь Меткого? – Гобин опустился на стул. – Он знает все. Где его…
– Успокойся, – резко проговорила Роза, – он будет молчать.
Яков внимательно посмотрел на жену.
– Ты уверена?
– Абсолютно.
– Надо искать Резкову, – сказала Раиса. – Ведь она…
– Как же она сумела убежать? – спросил Гобин. – У вас есть охрана.
Насколько я знаю, все они верные люди…
– Не все, – перебила его Либертович. – Один оказался сволочью. Он и помог убежать медсестре и Резковой.
– Кто эта медсестра? – спросила Роза.
– Литкова Ленка. А охранник – Георгий Буланов. Он недавно чемпионат Воронежа по кикбоксингу выиграл. Этот Жора изувечил старшего охраны. Иначе тот бы догнал…
– Ясно, – перебил Гобин.
– Что тебе ясно? – сердито посмотрела на него Раиса.
– У вас там целый синдикат, – усмехнулся Яков Юрьевич. – Вот почему вы устроили такую войну. Но как
