— Сообщников? Так ведь ты, вроде, говорила, их не существует?
— Не существует, но это его единственный шанс, — Иста говорила очень спокойно — ну и колоссальная же не у нее выдержка: то, что стояло за ее словами было слишком страшно…
Рассказы деда, Хеба Могучего о том, как смертоносцы наказывали непокорных, как медленно поедали жертву — иногда в течение нескольких дней, — добивая, только когда от человека оставался лишь бесформенный огрызок; мгновенно всколыхнулись в памяти Найла. Он протянул руку и осторожно положил Исте на плечо.
— Не бойся.
Она порывисто схватила эту его руку, прижала к губам и замерла — Найл хотел забрать, но передумал и погладил другой рукой девушку по волосам.
— Не бойся: мы его спасем.
Жесткие темные волосы слегка пружинили пол его ладонью, свет газового фонаря золотил отдельные волосинки… Найл крепко зажмурился, потом снова открыл глаза — все, с этим было покончено…
— Как ты узнала, что Нит попал к смертоносцам?
— Он успел предупредить.
Ясно, его взяли первым, потому что, само собой, считали более опасным и не хотели рисковать: Иста могла его предупредить. Найл невольно содрогнулся, вспомнив прыжок Юса, но это было лишь воспоминание, а Нит находился сейчас там, у них, спутанный паутиной…
Вообще-то, человека по закону должен судить Совет Свободных Людей. Может, утром его отдадут? Хотя бывший слуга… да они вывернут его наизнанку за одно то, что он сумел обвести их вокруг пальца! А уж за нападение на Юса, за то, что оказался сильнее смертоносца… Нет, с Нитом расправятся со всею жестокостью и, конечно, тайно, потому что это противозаконно. Вмешаться — Иста права — только ускорить его смерть: ссориться с правителем смертоносцы не захотят, а жертву ни за что не выпустят. Безвыходная ситуация. Но самое страшное: им известно про Исту.
— Тебя нужно где-то спрятать.
«Только где и как…»- промелькнула паническая мысль.
— Меня они тронуть не посмеют.
— Почему?
— Вы за мной ухаживали — все это видели. Если я вдруг исчезну — будет слишком заметно…
Нехорошая догадка во второй раз заставила сердце сжаться.
«Приглянулся? Этот тщедушный? Шутишь…»
— Это что, было придумано в качестве запасного варианта?
Значит, его, как мальчишку водили за нос: не отталкивая, но и не допускали слишком близко — в общем, придерживали «на всякий случай». А все его глупые надежды, сомнения, все его мысли хладнокровно, или нет, с усмешкой отмечались и фиксировались… — Приезд брата — ваша работа? — зло спросил Найл.
— Да. Он имеет право сказать вам то, за что других могут наказать. А потом, мы подумали: вам нужна поддержка.
— Н-ну, спасибо! А как произошел взрыв?
— Нит подал сигнал — и я включила какой-то прибор.
— Сразу?
— Нет, сначала Нит предупредил вас и Аранта об опасности.
«Вот он сигнал…»
— Предположим, ну а как насчет булыжника? Не помню, чтобы кто-то советовал мне пригнуться, — Найл испытал почти удовольствие, когда Иста на этот раз вместо ответа лишь опустила глаза. Конечно, мучить ее сейчас было ужасно глупо и бессовестно, но обида буквально душила, требуя немедленного выхода. — Ладно. Ты так и не сказала, почему вы все-таки не пришли прямо ко мне?
Когда Иста снова подняла глаза, в них были слезы:
— Мы собирались, но… мы боялись, вы не поверите, что это важно: у вас же никто не смеет копаться в мозгах. Мы подумали, если…
— Я все прочувствую на своей шкуре, то стану сговорчивее? Ясно. А я бы вот взял да и просто разозлился!
— Тогда все кончено! Если кто-то и может спасти этот несчастный город, то только вы.
— Правда? — с легкой иронией в голосе спросил Найл. — И Нит, он тоже так думает?
— Конечно!
Искренность, прозвучавшая в голосе девушки, заставила его смягчиться. Иста смотрела на него с восхищением, которое невозможно было сыграть Либо эти ребята, действительно, чересчур наивные, либо…
Тоненькая жилка на шее девушки быстро-быстро пульсировала — Найл положил туда руку и слегка надавил. Он сам не понимал, зачем это сделал; жилка под его пальцами забилась еще быстрее.
— Наша встреча тоже… — Найл остановился, дыхание его сбилось, — тоже была… запланирована?
— Нет! Я чуть не умерла от страха, когда увидела вас в школе…
Она не обманывала: Найл хорошо помнил, как она покраснела тогда и как долго-долго не могла говорить. И зачем он тогда остался: далась ему эта несчастная легенда — будто бы Иста не прожила бы и без нее… Какое-то глупое детское желание показать, что, мол, смотрите, а я умнее, а я вон чего знаю…
Ведь уйди он тогда сразу — и ничего бы этого сейчас не было. Ну, помучили бы недельку-другую, потом объяснили бы, за что страдал. В конце концов они правы: читать без разрешения чужие мысли — действительно превышать власть, пользоваться доверием ничего не подозревающих людей.
Найл вспомнил вдруг, как смутился, когда впервые непроизвольно соединился с сознанием Одины. У него было такое чувство, словно он заглянул в чужую спальню… Хотя, о чем это он? Разве не убеждался он уже сотни раз, что в его жизни редко бывают случайности — наоборот, оглядываясь назад, часто приходилось удивляться логичности и значимости даже отдельных, мелких происшествий. Правда, сейчас было не до обобщений: перед ним стояла совершенно конкретная задача.
Тут Найл со стыдом сообразил, что, поглощенный своими мыслями, все еще сжимает шею девушки.
— Прости, — он поспешил убрать руку, в смущении отведя глаза, уперся ими в стол и тут уж сконфузился окончательно. Ничего не скажешь: внимательный хозяин. Ну уж лучше поздно, чем никогда: — Хочешь есть? — спросил Найл у Исты, боясь пока даже на нее смотреть.
— Нет, спасибо.
«Конечно, тебе сейчас не до того…»
— Не представляю, что он сможет противопоставить воле сразу нескольких смертоносцев. Если понадобится, они могут подключить туда практически всех?
— Он умеет останавливать сознание.
Найл не удержался и с сомнением покачал головой. Воспоминание о том, как он недавно побывал в лапах Юса и так уже несколько раз непроизвольно всплывали в течение разговора, заставляя бегать по спине мурашки. Нит, конечно же, обречен, но как сказать об этом вслух? Иста не захочет понять: Нит, видимо, слишком ей дорог, и она в любом случае пойдет до конца. Чего бы ей это ни стоило — вот что, действительно, страшно…
Найл попытался успокоиться. Итак, перепуганная девушка прибежала ночью к правителю города, то есть к нему, потому что правитель влюблен и будет ее защищать (так должна думать девушка). О Ните она, конечно, не расскажет… Далее, правитель мог поинтересоваться, почему девушка пришла ночью… Почему?.. Предположим, объяснение его удовлетворило: в конце концов это личное дело правителя, верить или не верить. Может, он чересчур доверчив или слишком влюблен — в общем, поверил… Он оставляет девушку у себя, счастливый; ничуть не подозревая, что приютил сообщницу преступника. Правда известна лишь смертоносцам, но они будут помалкивать, а иначе им придется объяснять, почему они прячут Нита и не выдают его правителю…
Если Найл ничего не упустил — Иста в безопасности, а это волновало его в первую очередь. Только