…это число было ею самой… — Это центральный тезис книги Данте, к которому он постепенно подводил и который он окончательно доказывает в этой главе. В третьем, последнем, разделе книги Беатриче предстает как олицетворение благости, что и символизируется числом «девять».
XXX …остался названный город весь словно бы вдовым… — Реминисценции уже цитированного «Плача Иеремии».
…написал старейшинам страны… — Мнения расходятся о том, как следует понимать слово «terra», — как город, страну или землю. Составление письма, адресованного владыкам мира, в качестве литературного упражнения не было бы чем-то необычайным во времена Данте, но, вероятнее, это оборот речи, навеянный библейскими образами.
…взяв началом слова пророка Иеремии, которые гласят: «Quomodo sedet…» — Сохранилось одно письмо Данте (от 1314 г.) с таким же началом и написанное также по-латыни. То же послание, о котором говорит Данте, не дошло до нас, если и было написано.
XXXI Стр. 60. …для того, чтобы эта канцона… казалась одинокой, словно вдова… — Вновь персонификация — и на этот раз наиболее далеко идущая — литературной формы. Уподобление вдове — все тот же образ из Иеремии.
…я дам ей подразделенья прежде, нежели напишу ее самое. — В тех немногих случаях, когда Дайте особенно заботится о непосредственном эмоциональном впечатлении своей поэзии, он предпосылает стихам «подразделение»: здесь ему хочется усилить настроение печали, оставленности, «вдовства».
Стр. 61. …всемилости полна… — Собственно, «благодатная» — слова, которые приличествуют только в обращении к деве Марии (из католической молитвы «Ave, Maria, gratia plena» — «Радуйся, благодатная Мария»).
XXXIV Стр. 65. …тогда сочинил я следующий сонет… в котором два начала… — Если читать сонет с первым началом, то аллегорическая концепция Данте вполне очевидна, если же читать его со вторым началом, написанным «для других», то действительно этого можно и не уловить.
…поэтому я и подразделяю его согласно с одним и согласно с другим. — В дальнейшем Данте либо предпосылает подразделения тексту сонетов, либо не дает их совсем. Вероятно, он поступает так ради последнего сонета, после которого уже невозможны были бы никакие комментарии, и для того, чтобы в этом последнем случае не перебивать ритм повествования внезапной перестановкой частей.
XXXV Стр. 66. …увидел одну благородную донну… — Донне Жалости посвящены главы XXXV–XXXVIII. В них отступление от основного направления повествования. Эпизод с донной Жалости отвлекает и самого Данте от мыслей о Беатриче, о чем он позже горько сожалеет. Но это последнее искушение, последнее препятствие: за ним наступает победа, искомое просветление. Последующие главы образуют эпилог: поэт окончательно обретает мир в своей душе и не смущается больше никакими земными страстями.
XXXIX Стр. 70. …показалась она мне юной, почти того же возраста, в котором впервые я увидел
