просто не дают нам времени действовать с оглядкой. Больно уж им не хочется с нами расставаться. Слишком уж они пылают желанием увидеть наши трупы. А у нас почему-то совсем нет желания доставлять им такое удовольствие.
Осматриваемся. Здесь раннее утро. Уже вовсю наяривают лесные птахи. Под ногами шныряют муравьи и прочая насекомая живность. Вроде бы никакой кремнийорганической экзотики мы здесь встретить не должны. Проверяем эфир. Он молчит, только временами шипят атмосферные разряды. Радиационный фон естественный. Вредные примеси в воздухе отсутствуют. Обычная природа доиндустриальной эпохи. Слава Времени! Впрочем, слава ли, это еще неведомо. Ведь неспроста нас занесло именно сюда.
Обнаружив неподалёку полянку, мы устраиваемся на ней перекусить. По времени этой Фазы — позавтракать. Воду берём из лесного ручья. Из сухого валежника разводим почти бездымный костёр. Лена снимает чешки и, вздохнув с сожалением, бросает их в огонь.
—Подмётки совсем изорвались, когда я карабкалась на эту стену, — говорит она, обуваясь в ботинки. — Хорошо что у меня еще две пары запасных есть.
—Лен, — говорю я, — а в кого ты стреляла третьим выстрелом? Кого ты углядела справа?
—Наших провожатых. Четыре тёмные фигуры стояли на вершине утёса примерно в километре от нас. Я и без бинокля поняла, что это наши «прорабы».
—Я так и подумал, что они должны были быть где-то неподалёку. Как еще можно объяснить тот факт, что эти ходячие огнемёты так плотно и надёжно перекрыли именно этот проход между утёсами, где
