которую, как оказалось, он был способен. И что более важно, эта сила воли объяснялась не какими-то узкоэгоистическими интересами, чего она терпеть не могла в других мужчинах, а глубинными основами его характера.

Неторопливо разобравшись с меню, они сделали заказ и погрузились в бессвязный поток непринужденного разговора. Он задавал ей немало вопросов, мотивируя свое любопытство желанием как можно лучше узнать собеседницу. Вопросы были довольно милыми и совершенно безобидными на первый взгляд, но Кэсси чувствовала, что за ними на самом деле скрывается нечто большее. Если бы она не испытывала столь сильного влечения к этому человеку, то без труда могла бы уклониться от ответов, устало зевнуть и вообще прекратить разговор. Но со Стормонтом она не могла так поступить.

— У тебя очень суровый квартиросъемщик, — заметил он. — Похоже, что он оберегает тебя с яростью дракона.

— Не понимаю, почему все обращают на него внимание?

— Все?

— Да, Ева и та долго пыталась выяснить, не любовник ли он.

— Ну и каков же был ответ?

— Нет. Он просто друг. Верный, надежный друг и не более. Неужели это выглядит странным?

— Отчасти. Ты произвела на меня впечатление независимой и преуспевающей женщины. Мне и в голову не могло прийти, что тебе нужен сосед по дому.

Кэсси с недоумением воззрилась на него.

— Мне не очень приятно находиться одной в пустом доме. Я просто не привыкла к этому.

— А почему бы и нет?

Она отвернулась, обдумывая ответ.

— Мне не нравится лежать в постели, прислушиваться к посторонним звукам и ломать голову над тем, что же это может быть, — тихо сказала она, посмотрев ему в глаза. — Мне не нравятся звуки моих шагов в совершенно пустом доме, когда я возвращаюсь после напряженного рабочего дня. Я чувствую себя в большей безопасности, когда дома всегда кто-то есть. Тем более что Дэвид очень забавный и веселый человек. Боюсь, что тебе этого не понять.

— Отчего же, я все прекрасно понимаю. — Стормонта так и подмывало спросить, откуда у нее этот страх перед одиночеством, но она снова отвернулась, давая понять, что не желает продолжать разговор. — Не стану скрывать — меня это слегка удивляет, — продолжал он, заставляя ее снова обратить на себя внимание. — Это несколько не соответствует тому впечатлению, которое у меня сложилось. Я считал тебя чрезвычайно ловкой и самоуверенной тигрицей Сити.

— Да, но ты же сам сказал, что это всего лишь поверхностное впечатление.

— Почему же ты в таком случае пошла по этому пути? Ведь он слишком скользкий, не так ли?

— Он может быть именно таким, но только в том случае, если ты сам выбрал его. Кстати, крупные банки намного хуже нашего. Я проработала там около четырех лет и ушла, получив необходимую подготовку и выработав соответствующие навыки. А потом перешла в «Кэйс Рид», где нет грязи и какой-то официальной политики руководства. Там мне предоставили полную свободу действий и возможность заниматься тем, к чему у меня лежит душа.

— Но ведь это все равно Сити, хотя и не квадратная миля денег. Что тебя привлекло?

— Риск.

— Тебе это нравится?

— Почему бы и нет?

— Твоя жизнь представляется мне вполне устроенной и благополучной, чтобы подвергать себя какому-то риску.

— Именно поэтому я и могу позволить себе подобную роскошь.

— Но зачем?

— Это доставляет мне волнующие ощущения борьбы, схватки, увлекательной игры. Это слегка щекочет нервы и поддерживает меня в хорошей форме. Это не какой-то там безрассудный риск, а разумный, точно рассчитанный и вполне оправданный с точки зрения получаемой прибыли.

— Значит, ты никогда не подвергаешь себя риску ради него самого?

— А зачем мне это нужно? Какой в этом смысл?

— Ну что ж, вполне рациональный и мудрый подход.

— Послушай, многие люди с удовольствием включаются в подобные игры и влезают в проблемы только лишь для того, чтобы убедиться, что могут благополучно выбраться из них.

— Но тебе это не нужно. Ты прекрасно знаешь, что можешь выпутаться из любых затруднений.

— Да, что-то в этом роде. Во всяком случае, я не влезаю в авантюры без серьезной на то причины.

Официанты убрали пустые тарелки и принесли новое блюдо. Кэсси воспользовалась минутной паузой, чтобы осмотреть ресторан и отвлечься от несколько тягостного разговора.

— Как идет подготовка контракта с Евой Каннингэм? — с подчеркнутым равнодушием спросил Стормонт.

Кэсси задумалась и внимательно посмотрела на собеседника.

— Пока ничего интересного. Я назначила очередные переговоры на понедельник и думаю, что именно тогда все и начнется по-настоящему.

— Значит ли это, что вы уже решили финансировать этот проект?

— Да, полагаю, мы ей поможем.

— Каким же образом, позволь узнать?

— Ради Бога, Эндрю, давай оставим этот разговор. Это наши внутренние дела. Неужели ты действительно рассчитывал, что я отвечу на все твои вопросы?

Он улыбнулся и покачал головой. Он не надеялся на ее излишнюю откровенность, а лишь хотел проверить, умеет ли она держать язык за зубами.

— И вообще, — заметила Кэсси, расправившись с бараниной, — ты долго расспрашивал меня о моих делах, а я, между прочим, абсолютно ничего не знаю о тебе. Это не совсем честно.

— А что бы ты хотела узнать обо мне?

— Ну, начни хотя бы с того, чем ты занимаешься.

— А у тебя есть какие-нибудь предположения на этот счет?

Она надолго задумалась, внимательно изучая выражение его глаз. Ее взгляд был настолько пронзительным, что он испытал легкое замешательство, хотя давно уже привык владеть собой. В эту минуту он вспомнил слова Евы о том, что ее подруга отличается редкой наблюдательностью.

— Ты мог бы заниматься, на мой взгляд, многими вещами, — сказала она наконец, собравшись с мыслями. — Работать в одном из банков Сити, например, или быть преуспевающим бизнесменом. Не исключено, что ты хороший психиатр или блестящий журналист. Впрочем, как мне кажется, ты вполне мог бы совмещать в себе и то и другое. Правда, я чувствую в тебе некоторое смущение и даже напряжение, что характерно для дилетанта, а не для профессионала. Короче говоря, ты выполняешь обязанности, которые считаешь чрезвычайно важными для себя, но сейчас я понимаю, что это может быть что угодно, но только не психиатрия. Ты слишком порочен и зол для подобной деятельности.

От подобного умозаключения Стормонт разразился веселым смехом.

— Итак, кто же я, по-твоему?

В ее памяти неожиданно всплыл недавний разговор с Обри Голдстейном.

— Не думаю, что тебе будет приятно услышать мой ответ.

— Почему, черт возьми?

— Потому что ты, как мне кажется, тайный агент, шпион.

Он рассмеялся еще громче, но на этот раз в его голосе послышались едва уловимые фальшивые нотки. Так может смеяться либо человек, которому абсолютно нечего скрывать, подумала Кэсси, либо тот, кто тщательно скрывает какую-то тайну.

— Ты делаешь мне честь, — сказал он, — наделяя какими-то таинственными качествами, но на самом деле истина намного прозаичнее. Я занимаюсь недвижимостью, и ничего загадочного здесь, к сожалению, нет.

Вы читаете Пустые зеркала
Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату