Столб словесного огня. Стихотворения и поэмы. Том 1

Ах, зачем мы не удоды
С желтым, солнечным чубом?
Не дрожали б от свободы
Мы в Сибири под кнутом.

Лето красное мы б жили
В русской сказочной степи,
Гнезда б на березах вили
Птенчикам своим в кепи.

Враг один у нас – метелиц
Был бы снежный хоровод,
Но от этаких безделиц
Пестрокрылый бы удод

Улетел чрез желтый Каспий
На священный плавный Ганг,
Где шипит в осоках аспид,
Где ревет орангутанг,

Где цветет блаженный лотос
В шелестящих камышах,
Где дивнее Геродота
Летописи пишет Шах.

Там мы проводили б зиму,
Солнечным блестя чубом,
И не нарушал бы схиму
Нашу озлобленным лбом

Одержимый там мятежник.
Но потом опять весной
Повлекло б в сухой валежник
На болото, в край родной,

На покинутые гнезда,
К морю Черному в степи,
Где как будто ярче звезды,
Где вольготней на цепи,

Где Христос опять повешен.
Как разбойник меж других,
Где поэт один безгрешен,
Создающий странный стих.

Из «Словесных симфоний» (1948 г.)

МОЛЬБА

Ты здесь, трагичная Старуха,
С серпом и молотом, ты здесь,
Едва лишь слышная для слуха
Того, в ком не погасла спесь.
Ах, подожди еще немного,
Не скашивай и не гвозди:
Я потерял в болоте Бога
И светоч загасил в груди.
Я сед как лунь, но я ребенок
Еще пред тайной мировой,
Я запах чувствую пеленок
И мать­голубку над собой.
Я всё отверг помимо Бога,
Следы которого везде,
Но отраженные убого
В болота мутного воде.
Дай написать нерукотворный
Мне лик Небесного Отца,
И я склонюсь тогда покорный
Перед тобою в час конца.
Я долго жил в таких потемках,
Что ничего не разберу,
И в отдаленнейших потомках
Мою не прекратят игру.
Я с тайной наигрался в прятки
И полюбил глядеть во тьму.
Пора оставить все догадки,