Духи Великой Реки

И двигались горы под гнетом их тел,

И каждый из скал свое ложе творил.

Старик умолк и стал что-то пристально разглядывать у себя под ногами.

– Это следовало бы спеть, – пробормотал он.

– Что это?

– Песня из старой книги, «Пустыня Менг». Я послал ее Хизи, когда узнал, где она.

– Ты много читал о менгах?

– В последнее время много.

– С тех пор как узнал, где Хизи?

Ган кивнул и заметил, каким цепким взглядом подарил его Гхэ.

– Тебе и в самом деле известно, где она. Ты знаешь достаточно, чтобы послать ей книгу.

– Я так тебе и говорил.

– Говорил. Но ты никогда не объяснял мне, как найти Хизи. Когда ты мне скажешь об этом?

Ган с жаром заговорил:

– Ты же можешь взять у меня то, что тебе нужно. Меня даже удивляет, почему ты не сделал этого до сих пор. – Он воинственно выпятил подбородок, чтобы тот не начал дрожать.

– Квен Шен это тоже удивляет, – сказал Гхэ. – И я не знаю, что ей ответить.

– Квен Шен! – фыркнул Ган. – Она тоже твоя советница? Она помогает тебе решать, что предпринять дальше, во время ваших постельных встреч? – Ган знал, что вступает на опасную территорию, и приготовился ощутить, как кулак стиснет его сердце, но человеческая глупость всегда его злила.

Но Гхэ только сердито нахмурился.

– Поберегись, старик, – посоветовал он. – Квен Шен – верная служанка императора и Реки. Она достойна уважения.

– Пять дней назад ты подозревал, что она организовала нападение на тебя, – настаивал Ган.

– Пять дней назад я был ранен. Тогда я подозревал всех. Теперь же я думаю, что это был джик, вступивший в императорскую гвардию по приказанию жрецов.

– Ты допросил его – этого неудачливого убийцу? Гхэ беспомощно развел руками.

– Стрела дехше убила его сразу же после того, как он меня ранил. Это не та смерть, которую я придумал бы для него, но по крайней мере он теперь не представляет опасности.

– Тебе не кажется, что это было для кого-то очень удобно? То, что он погиб прежде, чем ты смог его допросить?

– Хватит, – раздраженно бросил Гхэ. – Мы говорили о другом: скоро ли ты сообщишь мне, где Хизи.

Ган вздохнул.

– Моя жизнь в последнее время стала тяжелее, но я все еще настолько эгоистичен, что ценю ее. Я покажу тебе дорогу к Хизи.

– Старик, если бы я собирался тебя убить, я бы уже сделал это.

– Я знаю. Я боюсь не того, что ты меня убьешь. – Слова Гана были не вполне правдивы. Гхэ вызывал в нем страх и отвращение, но что-то в нем изменилось за последние несколько дней, сделалось непредсказуемым, – с тех пор, как началась его связь с Квен Шен.

Гхэ оскалил зубы в угрожающей гримасе:

– Я же говорил тебе…

– Я знаю, что ты о ней думаешь. Но я-то не сплю с Квен Шен – и я ей не доверяю. Ты сам только что фактически признал, что она подстрекает тебя проглотить мою душу – или что там ты делаешь.

Гхэ смотрел прямо перед собой немигающими остекленевшими глазами змеи. Он пощелкал языком, словно урезонивая непослушного ребенка.

– Ты ничего не понимаешь насчет Квен Шен. – Он наклонился ближе к Гану, его тон стал доверительным. – Я уверен: мы можем ей доверять, потому что ее мне подарил бог-Река.

– Что?

– За верную службу. – Гхэ еще более понизил голос. – С тех пор как я возродился, я никогда не забывал, что на самом деле мертв. Когда я был джиком, я всегда повторял себе: «Я – серебряный кинжал, я – ледяной серп». Это должно было напоминать мне, что я – всего лишь оружие, которое жрецы могут обратить против своих врагов. Мне было этого достаточно. Когда же я возродился, я понял, что по- прежнему остаюсь орудием, но на этот раз мой господин более велик, моя цель – более значительна. Но все же я лишь орудие и буду отброшен, когда выполню свое предназначение. – Страдальческая улыбка искривила губы Гхэ. – Знаешь ли ты, что значит жить посреди кошмара? В моем мире, Ган, пища не насыщает, вино не пьянит. У бога-Реки большие, но простые потребности, и те мелкие радости, которыми наслаждаются смертные, не заслуживают его внимания. Я живу в кошмаре, где все не так, как должно быть. Ты пробуешь лакомство – и обнаруживаешь, что оно полно червей. Ты будишь утром свою мать – и обнаруживаешь, что она мертва. Вот что такое мое существование, если ты хочешь знать это для своих записей. Но теперь, теперь бог-Река дал мне Квен Шен. Ты даже представить себе не можешь, что это для меня значит.

– Ты любишь эту женщину?