голову не приходило, что я не умею этого делать. А признаться мне было стыдно…работа моя не требовала знания грамоты — вот как то так и бродил по миру неграмотным. Итак — как мне найти пригодное для жизни жильё? Идеально — нужна лавка в хорошем месте, из неё мы сделаем лекарский пункт. Где знают всё и про всех? Там где больше всего болтают — в трактире, конечно. Все слухи, вся информация всегда стекается в такие места, где людям развязывает язык алкоголь. Значит — моя дорога в трактир.
Выбрал питейное заведение — на его вывеске был нарисован кит, с удовольствием на усатой морде пожирающий кораблик, с которого сигали с вытаращенными глазами мелкие человечки. Меня заинтересовала сам кит — с какого хрена у него приделаны усы, как у кота? Напоминало старый мультик — кит-кот. Похоже, трактир так и назывался — «Усатый кит». Так оно и оказалось.
В заведении было народа не густо, хотя часть мест и была занята — время было неурочное — основная масса людей в такие заведения стягивается ближе к вечеру, поэтому я легко нашёл себе местечко возле зарешёченного окна, там, где хотел, наблюдая за входом, за залом и за пробегающими по улице людьми. Ко мне подошла официантка в наряде, ясно указывающим на её основную деятельность — передничек с короткой юбкой и грудь, едва не вываливающаяся из глубокого декольте:
— Что желаете? Для вас, всё что угодно…
Я осмотрел с ног до головы женщину, пребывающую не в первой степени свежести, попахивающую дешёвыми духами и потом:
— Красавица, принеси мне просто кружку пива и чего-нибудь закусить — солёного сыра и чего-нибудь ещё к пиву.
— С вас серебряник. Деньги вперёд.
Я отдал серебряник и стал дожидаться своего заказа. Цены здесь были повыше, чем на материке — раза в два. Ну это и понятно — сюда надо привезти ещё. Официантка принесла заказ, грохнула на стол и собралась уходить, недовольная, что я не клюнул на её великолепные стати.
— Красавица, погоди-ка…мне надо поговорить с кем-то, кто хорошо знает город. Я заплачу за информацию. Присядь ко мне.
— Два серебряника. Это всё равно как вы ушли со мной в комнату — время-то идёт, я не работаю.
— Да без проблем — на, получи за услуги — я достал две монетки и отдал официантке — главное, чтобы ты действительно что-то знала.
— А что вас интересует? — на жёстком лице официантки загорелся интерес. Девушке было около тридцати лет — скорее всего меньше, но её тяжёлая жизнь, нездоровый образ жизни наложили отпечаток и сильно состарили её. Я прикинул — если её прилично одеть, сделать макияж, вымыть волосы и сделать причёску — будет вполне приятная девица. Вот только — пусть кто-то другой пусть этим занимается.
— Я ищу себе купеческую лавку — где то в хорошем месте, большую, хорошо защищённую. Ты не слышала о том, что кто-то продаёт такую?
— Вы хотите купить лавку…ага… — на лице официантки отразились все её мысли — вот сидит заезжий лох, у него есть бабло, можно его ограбить, или поживиться каким-то способом за его счёт. Мужик хромой, вряд ли окажет сопротивление…это шанс разбогатеть.
А может я ошибаюсь? И девушка просто думает, как мне помочь? Нет уж — лучше предположить худшее и ошибиться потом в лучшую сторону.
— А деньги у вас с собой? Есть одна лавка — купец умер — не переварил кинжала, случайно попавшего ему в брюхо. Хотел обмануть в расчетах Маленького Костана, тот и всадил ему в кинжал брюхо. Жена купца продаёт лавку — собралась ехать на материк. Если хотите успеть — пошли, я провожу к хозяйке. Она хотела за лавку сто золотых. Есть деньги?
Официантка с жадным интересом смотрела на меня.
Я помедлил:
— Да, есть.
— Но я тоже хочу тогда — комиссионные — три процента. Три золотых.
— Два, и по рукам. Иди, собирайся — не пойдёшь же ты по улицам в этом передничке?
Официантка убежала по лестнице наверх заведения, шепнув что-то на ухо бармену — видимо хозяину заведения. Тот подозвал пацанёнка, крутившегося под ногами и тот галопом убежал на улицу. Я зорко наблюдал за всем происходящим — оно не вызывало у меня сомнений. Но попробовать стоило.
Официантка вышла минут через пятнадцать, одетая как обычная женщина этого мира — никогда бы не подумал, что сейчас она бегала тут в чулках с подвязками, недостающими до края юбки на ладонь.
— Пойдёмте, тут идти минут пятнадцать.
Я пошёл за ней, всем своим видом изображая смирение и неловкость. Официантка посмотрела на меня, хотела что-то сказать, потом осеклась и решительно зашагала вперёд. Мне показалось, но у неё в глаза как будто проскользнула жалость к убогому, может — просто показалось. Кривая улица завела нас к краю города, в довольно безлюдное место — здесь был тупик. Девушка громко сказала:
— Ну вот, пришли!
Тут же из-за угла показались четверо вооружённых мужчин, которые перекрыли мне пути отступления. Передний — высокий мужчина со шрамом, пересекающим нос и сваливающим его немного набок, сказал:
— Ну что, приезжий — вытряхай мошну. Увы, сегодня не твой день.
Я оглянулся на девушку, она пожала плечами, пряча глаза:
— Мне тоже надо как-то выживать…одинокой девушке непросто жить.
Я осмотрел грабителей:
— Господа! Я предлагаю вам покинуть это место — в противном случае вы умрёте.
Высокий засмеялся:
— Слушай, а ты молодец — хорошо держишься. Жалко, что придётся тебя убить — весёлый парень. Отдай деньги, что у тебя есть и уходи. Я оставлю тебя в живых. Вот тебе будет урок — не верь бабам.
Девушка фыркнула:
— Сами-то хороши! Куда вы без баб-то! Сами себя трахать будете, что ли?
— Эй, ты, шлюха! Говори, да не заговаривайся! Знай своё место! — высокий рассердился, отвлёкся на официантку и не заметил, как в его груди возникла рукоять метательного ножа. Он схватился за неё рукой, покачнулся, и упал навзничь мёртвый. Бандиты не сразу поняли, что случилось, потом двое напали на меня с визгом и криками:
— Вали урода!
Я молниеносно выхватил из трости меч, один из напавших сразу упал с разрубленным животом, сжимая обеими руками выпадающие кишки, удар второго я отбил ножнами и обратным движением перерубил ему бедро, из которого фонтаном брызнула кровь. Бандит упал на землю, подвывая и зажав рану. Третий, стоявший в оцепенении разбойник, кинулся бежать, но упал, с ножом в затылке. Я обошёл лежащих, ещё живых грабителей и воткнул каждому меч в сердце — не люблю оставлять за спиной живых врагов. Да и не жильцы они были уже при таких ранах. Собрал ножи, вытер их об одежду разбойников, вложил в перевязь. Обтёр меч, стряхнув с него густые красные капли, потом, не вставляя в ножны подошёл к оцепеневшей официантке.
Она с ужасом смотрела за моими действиями, затем опустилась на колени и попросила:
— Не убивайте меня! Я не хотела, чтобы вас убили, они обещали, что если вы отдадите всё, вас не тронут!
— Давно работаешь на них? Впрочем — какое мне дело. Удивительно, что ты ещё дожила до этого дня. Тебя давно должны были прирезать — или клиенты, или бандиты. Дура ты… ладно — про лавку — это всё брехня, что ли?
— Нет, нет — есть такая лавка! Всё точно, если оставите в живых — я вас туда провожу! — девушка с надеждой смотрела на меня, не вставая с колен.
— Ладно, пошли…сейчас, я только этих придурков обыщу…
Я вывернул карманы бандитов — в них было негусто — несколько серебряных монет, у высокого — золотой, оружие их было дешёвеньким, хотя и хорошо ухоженным. Ясно, что банда не особо шиковала. Скоро я уже шёл за девушкой, которую предупредил — если она даже и быстро бегает, убежать от метательного ножа не сумеет, а как я их бросаю — она видела.