Почетным гостем на званом обеде был, конечно, известнейший магнат, представитель одной из крупнейших американских корпораций капитан Торкилд Рьебер из «Тексас компани». У него был как профессиональный, так и личный интерес к Вестрику, который проложил для немцев путь в Соединенные Штаты, а теперь обхаживал его, «обеспечивая дружественное отношение к Германии».
Из всех присутствующих кэп Рьебер был самой крупной ставкой в том, что Вестрик называл «нашими операциями». Он не только имел крупные капиталовложения и искал пути для развития бизнеса и заключения новых сделок. Он сотрудничал лично с рейхсмаршалом Германом Герингом по той же схеме, что и Уильям Р. Дэвис.
Рьебер тоже ни в коей мере не был «нацистом». Порой он даже критиковал фюрера, особенно за его ярый антисемитизм. («Но ведь, – порой говаривал он со своим норвежским акцентом, – среди моих лучших друзей есть эти чертовы евреи, например Берни Гимбел и Соломон Гугенгейм».) Но он по характеру был деспотом и тираном, и нацисты играли на этом. Ему нравилось вести дела с ними, как открытые, так и тайные, и он числился у немцев в золотой десятке.
Торкилд Рьебер был прирожденным авантюристом. Он родился в городке Восс в Норвегии в 1882 году и в пятнадцать лет ушел в море юнгой. В 1898 году он оказался в США, а в 1904 году натурализовался в этой стране. В том же году в возрасте двадцати двух лет он стал владельцем своего первого танкера, на заре нефтяной эры транспортировавшего нефть с богатейшего месторождения Спиндлтоп в Техасе. На следующий год он стал одним из основателей «Тексас компани» и продолжал создавать свой танкерный флот. Он достиг пика своей карьеры к 1935 году, став председателем совета директоров компании, распространившей свою деятельность на весь мир.
Его расчетливые и смелые предпринимательские акции сделали крутого бывшего моряка чем-то вроде легенды среди нефтепромышленников. Он получил концессию на месторождение в Колумбии площадью в 1 миллион акров, провел через перевал в Андах на высоте 1611 метров нефтепровод длиной в 423 километра от нового города Петролеа до порта Ковенас, получивший название «Пасо капитан Рьебер», и пробил для «Тексако» половинную долю в эксплуатации богатейших бахрейнских месторождений в районе Персидского залива. Для обычного человека хватило бы и создания нефтепровода «Барко», проложенного на подвесных мостах через непроходимые джунгли, но Рьебер искал для завоевания все новые и новые миры. Ни одно деловое предприятие не было для него слишком маленьким или слишком большим. Немцы прозвали его Leichengaenger – человек, перешагивающий через трупы.
Начав дела с нацистами, он откровенно заявлял, что это «просто хороший бизнес», не имеющий «никакого политического значения». Но для Рьебера характерным было ведение дел с крайне правыми режимами.
Он впервые вызвал неудовольствие американского правительства своими сделками с мятежным генералом Франциско Франко в годы испанской Гражданской войны. Летом 1937 года Рьебер нелегально поставлял нефть и нефтепродукты мятежникам[166]. Танкеры «Тексако» отправлялись из Галвестона, загруженные нефтью, с указанием в документах пункта назначения Антверпен в Бельгии. В открытом море капитаны распечатывали конверт с приказом следовать в один из контролируемых Франко портов на южном побережье Испании.
Об этой акции доложили президенту Рузвельту, и тот поручил министру юстиции положить ей конец. Рьебера предупредили, что если он не прекратит это «явное нарушение Закона о нейтралитете», то виновные капитаны будут лишены своих лицензий, а против «Тексас компани» будет возбуждено дело о заговоре. Но капитан Рьебер продолжал поставлять Франко нефть через северные порты муссолиниевской Италии.
Его сотрудничество с Франко и эти нелегальные операции привлекли к нему внимание одного из двух немцев, занимавшихся вербовкой иностранцев. Это был доктор Фридрих Фетцер, немецкий нефтяной махинатор, по инициативе которого и было заключено соглашение с Дэвисом. Познакомившись с Рьебером в Риме в декабре 1938 года, он убедил его, что ведение дел с Германией будет «хорошим бизнесом» для «Тексако». Капитан согласился с ним и стал поставлять нефть в Германию, хотя немцы могли платить за нее лишь с замороженных счетов. В первые девять месяцев 1939 года тысячи тонн нефти и нефтепродуктов были поставлены в Германию с нефтепромыслов «Барко» в Колумбии и миллионы рейхсмарок поступили на счет «Тексако» в гамбургском банке.
Война, разразившаяся в сентябре, не положила конец поставкам нефти – Рьебер игнорировал британское эмбарго и обходил блокаду, направляя свои танкеры в нейтральные порты Европы, откуда нефть транспортировалась в Германию. Его надежды получить деньги из Германии, казалось, были разбиты, и тогда он перешел к бартерным сделкам. Как позднее рассказывал один из его почитателей: «Его деловой гений выражается в том, что он сумел сделать так, что нацисты заплатили за поставленную им нефть тремя танкерами, изготовленными по его заказу перед самым началом войны».
Но все было не так просто и не так дешево. Чтобы организовать эту бартерную сделку, Рьебер и Фетцер вновь встретились в Италии вскоре после начала войны и договорились о принятии трех танкеров, заложенных на «Дойче верф» в Гамбурге в качестве оплаты долга немцев Рьеберту. Фетцер сообщил ему, что соглашение должно быть одобрено Герингом, и к Рождеству пригласил Рьебера в Берлин, якобы для окончательного согласования условий сделки. После двухчасовой беседы в кабинете рейхсмаршала Геринг, который казался очень сердечным, но в то же время жестким, заявил Рьеберу, что немцам за их танкеры и размораживание счетов хотелось бы получить кое-что еще. Они хотели бы, чтобы он продолжал поставки нефти, минуя британскую блокаду, и хотели бы, чтобы он оказал им помощь в «определенных операциях» в США, подобную той, что оказывал Дэвис.
Рьебер не участвовал в заговоре против Рузвельта, поскольку был профаном в политике и не было никого, кто мог бы ему помочь. Но его попросили, когда Дэвис потерпел поражение, попытаться, используя свои связи в Белом доме, убедить Рузвельта принять мирный план Геринга. Помимо этого, его привлекли к еще одной инициативе немцев. Он должен был убеждать американских бизнесменов сотрудничать с Германией вразрез с политикой Рузвельта, в нарушение Закона о нейтралитете и вопреки все усиливающейся британской блокаде.
Вскоре после своего возвращения в США, 24 января 1940 года Рьебер попросил аудиенции у президента и представил ему полусырой мирный план Геринга. Встреча была не очень приятной. Рьебер, не имевший представления о дипломатии, чувствовал себя не в своей тарелке, а Рузвельт не скрывал неудовольствия возрождением нацистского проекта. Длившаяся менее получаса встреча привела Рьебера к убеждению, что президент согласится выступить арбитром только в том случае, если все заинтересованные стороны попросят об этом, а Черчилль явно не собирался идти на это.
Ф.Д.Р. испытывал неприязнь к Дэвису, но этот грубоватый бывший матрос вызывал симпатию. Он мягко попенял ему, сказав:
– На вашем месте я бы держался подальше от таких дел.
На этом и закончилось одно из заданий Рьебера. Он продолжал заниматься остальными своими делами, в первую очередь поставками нефти в Германию. Как Геринг в свое время придал доктора Герцлета в помощь Дэвису, так и теперь решено было прислать специального эмиссара в помощь Рьеберу для обеспечения «дружественного отношения к Германии». Для этой цели выбрали доктора Вестрика, юриста, представлявшего в Германии несколько американских корпораций, включая «Интернэшнл телефон энд телеграф компани». Идея отправки Вестрика в США с этой миссией возникла в ходе встречи полковника Бена из ИТТК и Вестрика летом 1939 года в кабинете Вильгельма Кеплера, видного нациста, прикомандированного к министерству иностранных дел в качестве государственного секретаря по особым вопросам. Вестрику сказали:
– У вас есть хорошие связи в США, и поэтому вы будете идеальным человеком для того, чтобы развивать дружественные отношения с помощью ваших друзей в промышленных и финансовых кругах.
Об этом проекте больше ничего не было слышно до декабря 1939 года, когда полковник Бен вновь приехал в Европу и оживил идею отправки Вестрика в Соединенные Штаты. В ходе тайной встречи в Гааге Бен убедил Вестрика взяться за это дело.
Вестрик выехал из Германии, проехал всю Сибирь, пересек Тихий океан на японском судне и прибыл в Сан-Франциско. Для поездки он получил дипломатическое прикрытие, будучи назначен на должность торгового советника посольства с окладом в 3 тысячи марок в месяц. Из секретных фондов МИДа он получил на расходы 4449 долларов 70 центов. В сравнении с важностью порученного ему дела это было
