Посмотрев на нее долгим взглядом, Грей прошел через всю комнату и сел на постель. Низким голосом, в котором не было и тени злобы, он спросил:
— Этим вечером я притягивал к себе довольно странные взгляды. Может быть, объясните мне почему?
Дженнифер красноречиво выгнула брови.
— Возможно, наши гости хотели узнать, почему вы решили одновременно унизить и жену, и любовницу. По крайней мере, меня.
— Это был ужасно скучный раут.
— Значит, надо было обязательно отыграться на нас, оскорбить в такой вот манере.
Грей вскочил на ноги и сердито подступил к ней.
— Но как вы посмели распространить такой беспочвенный слух обо мне?
Дженнифер подавила желание отступить к стене, гордо выпрямилась и твердо произнесла:
— Мелисса при мне в саду посетовала, что стала вашей любовницей. Надо было помочь ей выпутаться из этой ситуации.
— И для этого унизить меня?
— А я-то считала, что вас не волнует мнение соседей. Или вы беспокоитесь только о том, что о вас думают ваши соседки?
Неожиданно жесткие черты лица Грея смягчились, он улыбнулся и уверенно произнес:
— Соседки никогда не поверят этому абсурдному слуху.
— Тогда вам незачем сердиться, верно?
В ее темных глазах теперь сверкали смешинки, и Грей посмотрел в них с удивлением. Эта маленькая дерзкая девчонка, похоже, очень довольна собой!
— Может быть, — признался он нехотя, — я заслужил такое публичное унижение своим поведением.
— Вы заслуживаете, чтобы вас публично выпороли, — поправила его Дженнифер, которая наконец-то расплылась в улыбке.
— Мадам, — произнес Грей с деланной суровостью. — Последнее, что вы должны сделать, это принять мои извинения.
— Какие извинения?
— Я же только что просил прошения. — Грей замолчал и мысленно воспроизвел в памяти весь разговор. Потом застенчиво улыбнулся. — Похоже, вы правы. Я только собирался извиниться, несмотря на то что нелегко сделать это. Сказать правду, прошло много врем щи с тех пор, когда я в последний раз просил извинения за свои проступки. У кого бы то ни было.
— В этом нет сомнений, — сухо ответила Дженнифер. — Ваше поведение всегда выше всяческих похвал, и вам незачем изменять своим привычкам.
Грей вдруг разразился хохотом. Да ты им заразительным, что даже схватился за живот. Дженнифер испугалась — уж не припадок ли у него какой. Она никогда раньше не видела, чтобы он смеялся так, от всего сердца.
— Дженнифер, — сказал он, наконец, вытирая влажные глаза, — я не говорил вам, что вы очень забавны? — Он поднял голову, и она смутилась. — Нет, кажется, не говорил. Я дурак, Дженнифер. Так унизить вас этим вечером! Странно, что вы после этого еще не гоните меня. Я бы многое потерял, если бы не имел возможности с вами временами разговаривать, я понял это.
Грей встал с кровати и медленно двигался к ней. На сей раз выражение его глаз было таким, что она сделала шаг назад.
— Что… что вы делаете? — задыхаясь, спросила она, когда ощутила себя в объятиях крепких рук.
— А как вы думаете, Дженнифер? — тихо, почти шепотом ответил он. — Это и есть мое извинение, дорогая.
И прежде чем Дженнифер судорожно вздохнула, его губы нашли ее рот. Он поцеловал ее, но не так пламенно и страстно, как в их последнюю бурную встречу, а нежно, будто она была очень хрупкой. Она словно провалилась в сладостный сон, почувствовав, как он обнимает ее за талию. Приоткрыв губы, Дженнифер коснулась языком его языка и тут почувствовала предвестие той необузданной страсти, на которую, как она уже знала, он был способен. Почувствовав, что эта страсть вызвана ею, а не воспоминанием о Диане, она прижалась к нему всем телом. И тут же ощутила его неистовую плоть.
Наконец он оставил ее губы, но не ослабил объятий. Она была так чертовски красива, все еще в своем бальном платье, но с распущенными волосами, которые золотым каскадом струились до самой талии, что ему захотелось, чтобы этот миг никогда не кончался. Она уткнулась лицом в его грудь, а он еще крепче сжал руками ее стройную талию.
— Боже! — взмолился он, еле переводя дыхание. — Дженнифер, разве вы не знаете, что играете с огнем?
Она подняла голову и посмотрела в его серые глаза. То, что она там увидела, наполнило ее сердце радостью. Этот холодный, злобный мужчина оттаивал. Она и только она заставила его откликнуться на свое чувство! В тот краткий миг, когда он обнимал и целовал ее, между ними не стояли ни привидения, ни другие женщины. Это ясно читалось у него на лице. Он хотел ее и только ее.
— Я вас не боюсь, — нежно прошептала она.
Грей тут же убрал руки с ее талии.
— А должны бы бояться, — холодно сказал он и вышел из комнаты.
Дженнифер смотрела ему вслед, пока за ним не захлопнулась дверь, и вслушивалась в звуки его шагов на лестнице.
Он пошел в кабинет, догадалась она. Чтобы побыть с Дианой.
Глава 17
На следующее утро Дженнифер проснулась от топота копыт за окном. Спрыгнув с кровати, она подбежала к окну и заглянула в щель между деревянными планками венецианских жалюзи как раз в то время, когда гнедой жеребец Грея скрывался среди деревьев. Она озадаченно нахмурилась. Грей любил ездить верхом — это единственное, то он любил, если не считать спиртное, но никогда не выезжал так рано и обычно ждал, пока она не присоединится к нему.
Все еще хмурясь, Дженнифер позвал; молодую негритянку, которая прислуживала ей как горничная, а потом, набросив шерстяное платье, выскочила из комнаты и сбежала по лестнице. Настоящие леди так никогда не делают.
Когда Дженнифер появилась в столовой, Кэтрин уже заканчивала завтрак. Сев за стол, Дженнифер приветственно ей кивнула.
— А Грей куда-то уехал? — поинтересовалась она беззаботным тоном.
Кэтрин удивленно приподняла брови:
— А он вам ничего не сказал? Он поехал в Уильямсбург. Сказал, что будет в отъезде несколько дней.
— В Уильямсбург? — изумилась Дженнифер. — Мне казалось, он редко покидает Грейхевен.
Подруга пожала плечами:
— Верно. Но иногда он ездит в Уильямбург, чтобы…
— Чтобы — что?
— Да так, пустяки, не стоит говорить, — уклончиво ответила Кэтрин.
— Кэтрин, — строго спросила Дженнифер, — что он делает, когда бывает там, в Уильямсбурге?
Отношения девушек стали настолько близкими, что Дженнифер считала себя вправе требовать объяснений. Когда-то давным-давно она не могла отважиться даже спросить о чем-либо, теперь — другое дело. Теперь они подруги. У Кэтрин словно бы кусок застрял в горле, но она, наконец, произнесла:
— Грей обычно говорит, что… э… навещает друзей.
— О, — с облегчением проговорила Дженнифер, — и только-то?
