– Жаль. Бедняжка Гийом, он так расстроится, когда узнает правду о тебе! – Тибалт покачал головой, будто сожалея об этом.
– Я ему сама все расскажу.
– Может быть, мне удастся тебя опередить?
– Какая разница! Он будет ненавидеть меня за это – хоть так, хоть этак. – Эллен пожала плечами и, развернувшись на каблуках, ушла.
Жан, появившийся в этот момент, взглянул на Тибалта с презрением и ухмыльнулся.
– А ну пшел вон, недоносок! – прикрикнул на него Тибалт, замахиваясь кулаком.
Жана как ветром сдуло.
– Ну ты его и разозлила! – сказал он Эллен, догоняя ее.
Когда Эллен на следующее утро пришла в кузницу, то увидела у входа двоих мужчин. Она замедлила шаг, узнав широкую спину, почти закрывавшую от нее Пьера. Сердце у нее забилось сильнее. Увидев ее, кузнец дружелюбно кивнул.
– Вот она, сэр Гийом!
– Элленвеора! – Гийом просиял.
По нему было видно, что он сгорает от страсти. Эллен кивнула мастеру.
– Одну минуточку. – Она мило улыбнулась Пьеру, и тот вышел.
– Я искал тебя на турнире в Компьене, где ты была?
Эллен невольно улыбнулась. Если она не ошибалась, Гийом ее ревновал.
– Я болела, – просто сказала она.
– Вот как? – Казалось, Гийом не знал, верить ей или нет.
– Я закончила работу над мечом. Хочешь взглянуть? – Она протянула ему сверток.
– Да, конечно хочу. – Он придвинулся к ней. Сердце Эллен выскакивало из груди.
– Пойдем, Пьер его тоже еще не видел.
Эллен развернула меч. Пьер и Гийом не могли оторвать взгляда от меча.
Темно-красные ножны были воплощением изысканности.
Гийом с видом знатока поднял брови и, взяв у Эллен Атанор, взвесил меч в обеих руках, затем взялся правой рукой за рукоять и вытащил клинок из ножен – медленно и почтительно.
– Он отлично лежит в руке! – уважительно сказал он и рубанул лезвием в воздухе. – Он острый?
– Я легко разрезала им волосок, – спокойно сообщила Эллен.
Гийом одобрительно кивнул и с восторгом стал осматривать Атанор. Форма режущей кромки сверкающего лезвия была идеальной. Подняв голову, Гийом протянул меч кузнецу.
– Взгляните, он просто великолепен. Изумительно! Что скажете?
– Дайте-ка я посмотрю на него поближе, милорд. – Пьера так и распирало от любопытства.
Гийом вложил клинок в ножны и передал меч Пьеру. Кузнец критически осмотрел оружие и в конце концов со скучающим видом пожал плечами.
– Хороший блеск, но слишком мало украшений. Всего две гравировки, к тому же одна из них медная, – заметил он.
По его лицу было видно, что он сгорает от зависти.
– Все эти украшения – такое фанфаронство! Нельзя оценивать оружие, обращая внимание лишь на эти глупости! Ведь не в украшениях дело! Меч великолепно сбалансирован. Он особенный, у него будто есть душа! – Гийом захлебывался от восторга.
Он снова вытащил меч из ножен. Эллен взяла полено толщиной в руку и протянула ему. Гийом разрубил его одним ударом, выбив деревяшку из рук Эллен.
– О! Острый! Очень острый! – воскликнул пораженный Гийом. Пьер пожал плечами.
– Хороший меч, Элленвеора, – сказал он, изо всех сил стараясь выглядеть равнодушным, а затем отвернулся и стал заниматься своей работой.
– Он знает, что меч не просто хороший, а отличный. Он просто боится это признать, – шепнул ей Гийом и поцеловал ее в кончик носа, не обращая никакого внимания на то, что их могли увидеть.
Эллен, смутившись, оглянулась.
– Мы не можем увидеться после работы? Я должна с тобой поговорить. Это очень важно, но не предназначено для чужих ушей, – пояснила она.
Гийом кивнул.
– Я за тобой зайду, – сказал он и махнул ей рукой.
– Но Атанор останется здесь! – Она рассмеялась, забирая у него меч.
– Он все равно будет моим, так или иначе! – бросил он ей через плечо и ушел.
– Тогда собирай деньги, чтобы ты мог его приобрести, – буркнула Эллен, но Гийома уже не было в
