– Она в доме. Гленна сильно постарела после того, как умер Донован. Но прошу вас, милая девушка, скажите мне, кто вы? Мы знакомы?
– Да, по Фрамлингхаму, – сказала Эллен и дала Ллевину немного подумать.
– Действительно?
– Я работала у тебя. Помнишь подмастерье Элана? На самом деле меня зовут Элленвеора. – Она опустила взгляд, чтобы не смотреть на Ллевина. – Это было для меня единственной возможностью стать кузнецом, – умоляющим тоном добавила она.
Ллевин молчал, и Эллен подняла глаза.
– Так ты меня обманывала! – тихо сказал Ллевин.
– Но послушай, у меня ведь не было выбора!
– Ты могла бы мне довериться!
– Но ты ведь мог бы меня выгнать. Нет, Ллевин, я не могла на это пойти.
– Ты и Донована обманывала?
Эллен кивнула.
– Вот поэтому я здесь. Я хотела ему все объяснить.
– Теперь уже слишком поздно! – В голосе Ллевина звучала горечь. – Я тоже не успел помириться с ним. Когда Донован заболел, Гленна послала за мной подмастерье, и когда я приехал, он был без сознания.
– Ллевин! – Эллен накрыла ладонью его руку. – Он любил тебя, как сына.
Ллевин вздохнул.
– Перед смертью он все-таки пришел в себя. Он посмотрел на меня, и я подумал, что он меня простил, но он молча отвернулся от меня. Так и не сказал ни слова.
– Ллевин, я знаю, что ты был для него самым главным человеком в жизни, поверь мне!
Маленький Уильям пискнул во сне, как котенок. Эллен поправила повязку на плече, чтобы та не так сильно давила.
– Это твой ребенок?
– Да, его зовут Уильям. – Эллен робко улыбнулась.
– Иди к Гленне в дом. Я думаю, она будет рада вас видеть. Она всегда любила детей.
– А ты со мной не пойдешь?
– Нет, у меня еще полно работы. Не волнуйся, сходи к ней сама.
У Эллен на сердце скребли кошки.
Она вышла из кузницы. Жан разлегся на траве перед мастерской и играл с Серым.
– Донован умер, а я еще хочу поговорить с Гленной, – объяснила она.
– Тогда я подожду тебя здесь. – Жан всегда находил слова, соответствующие моменту. – Мне посидеть с крохой?
– Нет, не надо, я возьму его с собой.
Когда Эллен постучалась в дверь дома, ей показалось, что у нее сердце сейчас выскочит из груди.
– Эллен! – изумленно воскликнула Гленна, открывая дверь. В ее голосе не было ни капли обиды. В первый момент Эллен даже не удивилась тому, что Гленна сразу же ее узнала.
– Заходи, дитя мое! – Она потянула молодую женщину за рукав, заводя ее в дом. – Я так рада, что с тобой все в порядке! – Она взяла в руки голову Эллен и заглянула ей в глаза. – Донован ждал тебя до последнего вздоха. «Она придет, Гленна, я в этом уверен», – он мне всегда это говорил.
Только теперь Эллен сообразила, что Гленна обо всем знает.
– Но откуда… Я имею в виду, что я вовсе не… – Эллен смущенно опустила глаза.
– К Доновану в кузницу пришел какой-то оруженосец. Он смеялся над Донованом, утверждая, что тот, как он говорил, позволил какой-то дешевой шлюшке себя обмануть. Донован был вне себя от ярости. Первое время он так ругался из-за того, что ты его обманула. Но через некоторое время он опять стал восхищаться твоим талантом, и потом он сознался мне, что понимает – с твоими способностями у тебя просто не было другого выбора. Он сказал, что если бы знал о том, что ты девушка, он никогда бы не взял тебя в ученики. Но чем дольше тебя не было, тем больше он по тебе скучал. Арно изо всех сил пытался занять твое место. Он, конечно, был неплохим кузнецом, но заменить тебя не смог. Я уверена, что теперь, когда ты пришла сюда, душа Дона наконец-то обретет покой. Он хотел, чтобы ты знала: он тебя простил. – Гленна погладила ее по щеке. – И как мы только не заметили, что ты девушка? – Она покачала головой, но тут обратила внимание на сверток, покоившийся у Эллен на руках. – О Боже, а это еще кто?
– Гленна, позволь познакомить тебя с моим сыном. Его зовут Уильям.
– Ой, какой же он крошечный! – Лицо Гленны расплылось в улыбке от умиления.
– Он родился на прошлой неделе, когда мы переплывали Ла-Манш.
Глаза Гленны заблестели.
– А твой муж?
Эллен молча покачала головой.
