Когда над собраньемМногопудовыйГолос упал на весы:— Прошу.Голову наклоняя,Под знамяШагал ЯрковС тремя сыновьями.— Прошу…(Гармонист опустил плечо,Решив, что качнутьсяПокамест рано.Женатые зашептались:— Что еще? —Гирьки забывУложить в карманы.)24— Прошу, —Так сказалЯрков Евстигней. —Прошу разрешитьЕдиное словоСказать за себяИ своих детей.И далиВысказаться Яркову.И он, смирной,Глазами печалясь,Гривастый,Потанину не чета,Вытянул среднему сыну палец:— Игнатий Евстигнеич,Читай!25Игнатий«Пятистенный,Железом венчанныйДом,После потанинскогоПятый с краю,Со всем преимуществомИ добром,А также двор, амбар и сараи.Саманка, баня,Летний загон,Сад с сиреньюИ протчей природой,Скрытые тесом со всех сторон,ПолдесятиныПод огороды.А также коней:Ходившие в пареБратки,Вороные от морд до хвоста.И привозной из АктюбыГнедо-карий,Киргизская вымесьИ тропота.А также,Окромя тропоты,БабкаИ сын ее Норов рядом — Кони, способные для пахотыИ перевозкиЧижолых кладов.И с нимиНе на равной ногеРыжая родовая кобыла,Бившая завсегда на байгеБегунцов АктюбинскаИ Баян-Аила.При ей жеребенок,Прозваньем Саня,Явившийся только в этом году,И к этим коням