Мейсон Блейн предложил пятьдесят фунтов. Насупившись, Джек увидел, как у художника сверкнули глаза, когда он посмотрел на Сэди. Джек узнал этот взгляд и понял, как Блейн собирается распорядиться выпавшей ему возможностью. Гадание на чае здесь ни при чем.
Позже Джек во всем будет винить шампанское и виски, которые перемешались в желудке не лучшим образом, только внутри у него вдруг что-то щелкнуло.
Он никому не позволит платить за удовольствие покувыркаться в постели с его женой. Если кто-то и купит Сэди, то это будет только он.
— Сто фунтов! — крикнул Джек.
Все обернулись, чтобы посмотреть на него. По публике пронесся тихий одобрительный шумок. Ему было неизвестно, кто больше удивился — Ларю или Сэди, потому что он и не глядел в их сторону. Приподняв бокал, Джек показал Блейну, что пьет за него. Тот нахмурился.
— Сто двадцать, — предложил художник.
— Двести! — ухмыльнулся Джек.
— Двести пятьдесят, — не уступал Блейн. Его глаза сверкали.
Все снова повернулись к Джеку.
— Вы назначите свою цену, мистер Фрайди? — осведомилась Ларю, засомневавшись в его настойчивости.
Джек расправил плечи и вышел перед собравшимися — статистами в его маленьком спектакле. Его глаза встретились со взглядом Сэди. Он увидел явное замешательство в ее волшебных глазах. И еще вызов, искорку предчувствия удовольствия. Это решило все.
Джек усмехнулся:
— Одна тысяча фунтов.
Вид у Сэди был такой, словно она вот-вот упадет в обморок. Ларю расширила глаза от удивления — она, конечно, не надеялась заработать столько денег на свои цели. Дама резко обернулась к Блейну. Тот покачал головой. Джек заметил, как художник сжал руки в кулаки. Оставалось только пожалеть его. Он чувствовал то же самое, когда потерял Сэди.
— Одна тысяча фунтов… — объявила Ларю, которая, судя по всему, была в шоке от того, как обернулась ситуация. — Раз. Два. Три. Продано!
Раздались восторженные аплодисменты. Слышались удивленные восклицания. Джек не обращал на них внимания. Его взгляд был прикован к доставшемуся ему призу. Он решительным шагом двинулся к Сэди, стараясь выглядеть истинным джентльменом. Внутри у него все пело от удовольствия. Но она слишком хорошо знала его, поэтому была настороже, когда Джек остановился перед ней.
Он учтиво поклонился ей. Глаза его не улыбались, и Сэди понимала, что это означает.
Девушка посмотрела на чековую книжку, которая была у него в руках, и облизала губы.
— Боюсь, вы переоцениваете мои скромные способности, мистер Фрайди. — Голос ее звучал немного хрипло. — Но ваша щедрость поистине поразительна.
— А вы явно недооцениваете себя, мадам, — ответил Джек с неожиданной непринужденностью. Глянув назад через плечо, он увидел Блейна, стоявшего в нескольких шагах и внимательно наблюдавшего за ним. Джек признательно кивнул ему и подошел к столику, явно предназначенному для победителей торгов, чтобы они могли подписать платежные поручения. Он быстро заполнил, чек, хотя пальцы мелко дрожали.
Он, должно быть, сошел с ума.
Как только чек перешел в руки радостной Ларю, она объявила следующий лот аукциона. Толпе перестали быть интересны и Джек, и Сэди. В отличие от Мейсона Блейна. Тот помрачнел, когда Джек предложил свою руку девушке.
— Ну так что, мадам Мун? — спросил он со своей самой чарующей улыбкой. — Вы готовы предсказать мне будущее?
Глава 9
События вырвались из-под контроля. Сэди попыталась улыбнуться, видя, как любопытные гости наблюдали за ними и, вытянув шеи, пытались услышать их разговор.
— Вы и в самом деле очень щедрый, мистер Фрайди, — повторила она с наигранным спокойствием. — Однако я не могу лишить мадам Ларю моей помощи в проведении аукциона, а нашу уважаемую публику — вашей компании. Может, мы сумеем договориться о каком-то другом времени? — Именно так и следовало говорить с этим типом, хотя она готова была затащить его в какой-нибудь укромный уголок и растерзать в клочья за то, что поставил ее в чудовищно неловкое положение.
— Разумеется, — ответил он также спокойно и так же фальшиво. — При первой подвернувшейся возможности.
Понятно, что он лгал. Что-то подстегнуло Джека, и он не успокоится, пока не даст выхода своим чувствам. Она ощутила это в ту же минуту, когда встретилась с ним глазами и увидела там явную бурю. Нынешний вечер просто так не закончится. Его чувства к ней вдруг всколыхнулись, ее к нему — тоже, но Джек совсем не умел скрывать свои эмоции в отличие от нее.
Тысяча фунтов! Откуда у него взялась такая сумма? Неужели ее муж действительно настолько богат, что может запросто разбрасываться такими суммами? Или он таким способом пытается что-то доказать ей? Пусть зарубит себе на носу, что деньги для нее не главное и никогда не были предметом поклонения.
Но все-таки надо признать, он ее поразил тем, что заплатил так много. О, конечно, это было сделано, чтобы поставить художника в неловкое положение, но тем не менее… Это ее взволновало больше, чем должно было бы.
Позже надо будет как-то все объяснить Мейсону. Только что она ему скажет? Без сомнения, что- нибудь соврет, стараясь быть убедительной. А он поверит? Вряд ли. У него ведь тоже есть гордость, в конце концов.
Как по сигналу, тот выбрал момент, чтобы подойти к ним, и не оставил Сэди другого выхода, кроме как познакомить их и понаблюдать, что будет.
Джек первым протянул руку и улыбнулся — как всегда, насмешливо и обаятельно.
— Мистер Блейн, я большой поклонник вашего искусства. Надеюсь, вы простите мне соперничество с вами? Это ведь благотворительность, не более того.
Мейсон — истинный джентльмен и руку, и слова он принял с учтивым поклоном.
— Разумеется, мистер Фрайди. Очаровательная мадам Мун уже гадала мне, и у нее еще будет возможность сделать то же самое снова. Вы правы. Это ведь все делается ради благих целей.
Они стояли рядом, присматриваясь друг к другу, изображая при этом полное равнодушие. Сэди так и подмывало стукнуть их лбами за то, что они оба такие идиоты.
— О, Мейсон, посмотри! — чересчур оживленно воскликнула она. — Виенна выставляет на аукцион твою картину. Вот теперь-то народ откроет свои кошельки!
Это немного отвлекло художника, он отошел к Сэди. Тогда Джек тоже приблизился к ней и встал с другого бока. Девушка оказалась зажатой между ними, как сыр между кусками хлеба в сандвиче. Можно было уйти и оставить их вдвоем, но она так и не тронулась с места.
Джек удивил ее тем, что снова принял участие в торгах. Мейсон, судя по всему, тоже удивился и подозрительно посмотрел на него. В конечном счете, картина отошла какому-то другому покупателю, но Джек не очень расстроился по этому поводу. Он не собирался отступать и был намерен заполучить другую картину. Однако цены, которые он назначал, перекрывались другими и возрастали до заоблачных высот. Победителю пришлось выложить действительно большую сумму.
В течение вечера Джек участвовал в нескольких торгах, набивая цену и помогая Виенне собрать больше денег. Сэди отлично знала своего мужа и понимала, что приступ филантропии случился у него не только от доброты и великодушия сердца. Джек отчаянно торговался, бился за какие-то лоты, только чтобы