статистических данных позволил выяснить, что в последние годы резко участились случаи таинственных исчезновений ученых и врачей, по преимуществу биогенетиков, наркологов, психиатров, нейрохирургов, анестезиологов… Большинство из этих людей вроде как перебирались с семьями в развитые страны Запада, где по контрактам должны были трудиться согласно своему профилю и квалификации. Но никаких следов этих людей в зарубежных странах обнаружено не было. Бесследно исчезали и члены их семей…
Когда Романцев углубился в эту тему, то выяснилось, что эпидемия исчезновений коснулась не только людей, обладающих большими знаниями и высокой квалификацией в сфере «хай-тек» и в медицине, но и простых смертных. Статистические данные ошеломляли. В той же Москве, к примеру, в начале девяностых годов ежемесячно объявлялось в розыск в среднем сто семьдесят человек, что-то около двух тысяч в год, причем три четверти «пропавших» удавалось впоследствии обнаружить. А уже к середине девяностых цифры выросли почти втрое, притом что количество лиц, которые впоследствии «нашлись», оставалось прежним…
Угрозу, нависшую над человечеством, – которое, за исключением узкого круга посвященных, так и осталось в неведении относительно сути тех событий, что получили впоследствии кодовое наименование «Война абстракций» – тогда удалось ликвидировать. Три года назад у Стоуна еще не было на руках этих видеоматериалов, наглядно – в жутких для человеческой психики интерьерах, с чудовищными подробностями – показывающих ту адскую бездну, в которую – при явном попустительстве потерявшей всякие ориентиры «элиты» – едва не рухнула вся их современная цивилизация. Как бы неоднозначно не относился Романцев ко всему происходящему вокруг него, равно как и к фигуре самого Карпинского-Стоуна, после всего увиденного им, после всего, что он узнал в последние несколько дней, он не мог теперь оставаться в стороне, не мог не сделать свой выбор – как всегда, в пользу «меньшего» из двух зол.
Романцев, потрясенный этим «кинопоказом», некоторое время сидел в одиночестве в одном из кресел просмотрового зала. Жуткую картинку постепенно вытеснили мысли о Карпинском. И о его доверенной помощнице, к которой у Романцева накопилась масса вопросов.
По странному совпадению, именно о нем, о Романцеве, сейчас разговаривали Карпинский, около часа назад приехавший из столицы и хозяйка этого суперсовременного комплекса.
– Лариса, ты знаешь, какую ставку я намерен сделать на этого человека, – сказал Стоун. – Твои технологии, конечно, позволяют творить чудеса…
– Вы хотите, Игорь Юрьевич, чтобы все проходило по более жесткому сценарию?
– Я просто хочу быть до конца в нем уверенным. Тебе тоже не помешает знать, с кем именно – рука об руку, спина к спине – вам с Феликсом придется действовать уже в самом скором времени! Ты специалист, Лариса, тебе и карты в руки! И не забывайте о мерах безопасности, потому что вас могут «пробить» в любой момент.
Глава 25
Специально оборудованный «Боинг-737», выделенный для нужд помощника президента по национальной безопасности и его команды, приземлился в начале девятого утра на бетонную полосу авиабазы «Эдвардс», что находится в пригороде Лос-Анджелеса Полмдейл. Двигатели лайнера еще работали, когда Спайк и трое его сотрудников уже забирались в салон небольшого элегантного «Лир-джет- 24В», дожидавшегося их прибытия на соседней полосе.
Спустя сорок минут под крыльями серебристо-голубой «птички» проплывали ландшафты центральной Калифорнии. В иллюминаторы стали видны западные склоны гор Сьерра-Невада, поросшие густым сочным папоротником и деревьями хвойных пород. Оставив слева от себя автостраду, служившую границей Йосемитского национального парка, пилот плавно пошел на снижение. Спустя несколько секунд, перемахнув через двурядное проволочное заграждение, «Лирджет-24В» приземлился на скромных размеров площадке, которая располагалась уже внутри тщательно охраняемого пространства, на территории спецобъекта «Секвойя».
По правде говоря, на бывшей базе ПВО, где некогда находились батареи ЗУР[22] и Центр «траккинг контроля», не было ни одного большого дерева, но зато на них можно было вдоволь полюбоваться в мощный бинокль: владения Национального секвойного парка начинались милях в пяти от проволочного заграждения. Не было здесь и бывших хозяев, «пэвэошников», поскольку данный объект, подвергшийся качественной модернизации, был в свое время передан на баланс вновь созданного Агентства по безопасности высоких технологий, который нынче, в связи с острым кризисом, вошел как важная составляющая часть в глобальную структуру ГИОП – последней руководит лично президент Соединенных Штатов, хотя, вернее сказать, его функции в данном случае являются чисто представительскими.
Штабной комплекс упрятан в недрах пологого холма, внутри которого проложен настоящий лабиринт бетонированных тоннелей. Эндрю Сатер дожидался визитера из Вашингтона в малом операционном зале. Они обменялись крепкими рукопожатиями, после чего Сатер поинтересовался:
– Какие новости вы привезли из столицы, Энтони?
– О подробностях недавней авиакатастрофы Эндрю, полагаю, вам уже все известно. В остальном ситуация остается прежней: Аваддон и его структуры наращивают давление, которому мы, по понятным причинам, сопротивляемся пока не слишком активно…
Эти двое людей были знакомы уже довольно значительное время. Хотя Сатер был моложе, да и пост, который он занимал, с расплывчатой формулировкой «ведущий специалист», был вроде не слишком видным, многоопытный Спайк относился к нему в высшей степени уважительно, не просто как к равному партнеру, а как к личности, которая кое в чем, пожалуй, превосходит его самого.
– Я получил любопытное донесение, – помолчав немного, сказал Спайк. – Оказывается, по инициативе Даркмена люди из его ведомства, а также по его запросу Налоговая служба и Секретная служба Минфина намерены провести расследование с целью выяснить личности основных держателей пакетов акций «новых компаний», активно захватывающих рынок «хай-тек».
– Мы уже приняли свои контрмеры. В частности, по тем компаниям, в отношении которых Даркмен и К0 пытаются осуществить тотальную проверку, о чем, Энтони, вы не преминули нас немедленно предупредить.
– По заданию президента эксперты сейчас пытаются подсчитать убытки на тот случай, если все же придется под давлением обстоятельств выполнить все условия Аваддона.
– Но мы же знаем, что Аваддон не остановится на этом, – пожал плечами Сатер. – Это только первый шаг в цепи его стратегических замыслов. Если он добьется своего, важный для нас сектор «хай-тек» будет уничтожен, остальное вольется в его собственные структуры, пополнив тем самым его и без того сврхмощный арсенал «средств принуждения».
