- Дайте мне знать, когда вернетесь, - ответил Тарлинг, чувствуя какую-то перемену в душе. - Я завтра снова поговорю с Лайном. Мимоходом замечу ему, что человек, который вчера возился у вашей двери, его наемник. С этого типа нельзя спускать глаз. А дело начинает приобретать неожиданный поворот.
Девушка чуть слышно засмеялась.
- Неужели меня должны сперва убить, чтобы сыщик получил удовольствие от своей работы? - спросила обворожительно.
Было похоже, что он смутился.
- Я завтра же зайду к Лайну.
Но намеченной Джеком Тарлингом беседе не суждено было состояться. На следующий день, рано утром, какой-то рабочий, проходя по Гайд-Парку, увидел на дороге человека, лежавшего невдалеке, от открытого автомобиля. Мужчина был без сюртука и жилета. Его грудь была обмотана шелковой дамской ночной рубашкой, забрызганной кровью. Скрещенные на груди руки сжимали букет желтых нарциссов.
Утренние газеты поместили пространные отчеты. Личность убитого быстро установили. Это был не кто иной как Торнтон Лайн. Смертельный выстрел поразил его в сердце.
Глава 5
'Лондонским полицейским властям неожиданно пришлось иметь дело с загадочным убийством, причем обстоятельства его настолько необычны, что без преувеличения можно назвать это преступление загадкой века. Популярная в лондонском обществе фигура, мистер Торнтон Лайн, глава крупного торгового дома, довольно значительный поэт, миллионер, известный гуманист был найден убитым сегодня на рассвете.
В половине шестого утра каменщик Томас Сэведж, проходя через Гайд-Парк, заметил какую-то фигуру, лежащую в траве недалеко от дороги. Он подошел и увидел мертвеца. Наиболее интересен тот факт, что убийца сам уложил тело в странном положении. На груди убитого нашли букет желтых нарциссов.
На место прибыла полиция. Она придерживается мнения, что несчастный был убит в другом месте и привезен в парк на своем собственном автомобиле, который стоял брошенный примерно в ста метрах от места обнаружения трупа. Как нам сообщают, полиция напала на весьма важный след и готовится к задержанию одного лица'.
Мистер Д. О. Тарлинг, бывший чиновник сыскной полиции в Шанхае, прочел этот краткий отчет и задумался.
Лайн мертв! Интересно - судьба свела их за несколько дней до убийства.
Сам Тарлинг, в сущности, ничего не знал о частной жизни погибшего. Он только мог предполагать, основываясь на кратком пребывании Лайна в Шанхае, что тот чего-то не договаривает о себе. Но у Джека в то время в Китае было слишком много дел, чтобы еще ломать себе голову из-за глупых шалостей какого- нибудь туриста. Теперь же он смутно припоминал одну скандальную историю, связанную с именем убитого, и попытался восстановить в памяти все подробности. Ему было досадно, что он не состоит на службе в Скотленд-Ярде. Это был бы для него удачный случай. Здесь заключалась тайна, способная взбудоражить все население Англии и достойная участия в ее раскрытии выдающего сыщика - 'Охотника за людьми'.
Джек вспомнил об Одетте Райдер. Что сказала бы она по этому поводу? Конечно, пришла бы в ужас от страшного преступления. Он опасался, что ее могут заподозрить в причастности к убийству. Ведь ссора с Лайном все равно всплывет в ходе следствия.
'Невозможно', - сказал про себя Тарлинг.
Он позвал китайца. Тот молча вошел.
- Человек с белым лицом мертв.
Линг-Чу спокойно взглянул на своего господина.
- Все люди умирают один раз, - сказал он невозмутимо. - Этот человек умер скоро, так лучше, чем умирать долго.
Джек вопросительно посмотрел на него.
- Откуда ты знаешь, что он умер скоро?
- Об этом говорят, - без малейшей запинки ответил Линг-Чу.
- Но ведь люди здесь не говорят по-китайски, - возразил Тарлинг, - а ты не говоришь по-английски.
- Я немного понимаю, господин, - сказал Линг-Чу, - и я слышал, как люди на улице говорили об этом.
- Линг-Чу, - заговорил Тарлинг после небольшой паузы, - этот человек приехал в Шанхай, когда мы там были, и тогда произошел большой скандал. Однажды его вышвырнули из чайного домика Линг-Фу, где он курил опиум. Из-за него еще были какие-то неприятности.
Слуга посмотрел ему прямо в глаза.
- Я забыл об этом. Человек с белым лицом был дурной человек, и я рад, что он умер.
- Гм, - Джек коротким кивком отпустил его.
Этот китаец был самым хитрым из всех его ищеек. Ему достаточно было указать след, и он неуклонно следовал по пятам каждого преступника; при этом он был одним из самых преданных и верных слуг Тарлинга. Но еще никогда сыщику не удавалось настолько понять мысли Линг-Чу, чтобы быть в состоянии приподнять покрывало, которым китайцы окутывают свои чувства и мысли. Даже китайские преступники удивлялись способностям Линг-Чу и многим, по дороге на плаху, все еще не было ясно, как ему удалось раскрыть их преступления.
Джек снова подошел к столу и взял газету, но едва начал читать, как раздался телефонный звонок. Он снял трубку и к своему большому изумлению услышал голос Кресвела, главного полицейского инспектора, по совету которого приехал в Англию.
- Не откажите в любезности немедленно заглянуть ко мне, я хотел бы поговорить с вами об этом убийстве.
- Через несколько минут буду у вас, - ответил сыщик.
Когда он вошел в Скотленд-Ярд, его тотчас провели в кабинет Кресвела. Седовласый джентльмен поднялся и с довольной улыбкой пошел ему навстречу.
- Я распоряжусь доверить вам раскрытие этого дела, Тарлинг. С убийством связано много обстоятельств, с которыми здешней полиции не справиться, и в конце концов, нет ничего необычного в том, что Скотленд-Ярд привлекает помощника со стороны.
Он открыл тонкую папку.
- Здесь все служебные отчеты. У Торнтона Лайна были, выражаясь мягко, немного странные наклонности. И разные сомнительные знакомства, в том числе с одним преступником, только на днях выпущенным из тюрьмы.
- Это очень интересно, - ответил Тарлинг, подняв брови. - Что он имел общего с этим человеком?
Кресвел пожал плечами.
- По моему мнению, он хотел только бравировать этим знакомством. Ему приятно было, когда о нем с восхищением говорили. Это держало его в центре внимания.
- Кто этот преступник?
- Сэм Стей - вор и громила, гораздо более опасный тип, чем предполагают полицейские власти.
- Вы думаете, что это он... - начал сыщик.
- Мы спокойно можем вычеркнуть его из списка подозреваемых. Сэм Стей, без сомнения, был очень предан Лайну. Когда сыщик, наводивший первые справки, пошел в Ламбет допрашивать его, то нашел последнего на кровати с газетой. Он был вне себя от горя и с дикими проклятиями вопил, что найдет убийцу. Вы тоже можете допросить Стея, но полагаю, что едва ли много от него узнаете: он настолько возбужден, что говорит совершенно бессвязно. Лайн казался ему почти божеством, и могу себе представить, что единственным благородным чувством во всей его жизни была привязанность к этому человеку, который был добр с ним. Я хочу только сообщить вам несколько фактов, которые неизвестны газетчикам всех рангов.
Кресвел откинулся на спинку сиденья.
- Вы, должно быть, знаете, что грудь Лайна была обмотана шелковой ночной рубашкой?
Тарлинг кивнул.
- Но там же нашли и два скомканных платка, которыми, по-видимому, пытались приостановить