Прошло немного времени, когда товарищ Жуков докладывает, что Пеньковский ничем не командовал, что его необходимо снять. Ведь ясно, за что был снят товарищ Пеньковский, когда он выступил на научной конференции, противоречащейj товарищу Жукову, а что и с другими произошло?
Где же зрелость, государственность, мудрость товарища Жукова при выдвижении и выращивании кадров?
Мне кажется, товарищ Жуков пытался пристрастно подбирать кадры. Никогда на Коллегии не обсуждался этот вопрос. Мы на Коллегии не рассматривали расстановку крупных кадров или их освобождение.
Товарищ Жуков отрицает, что он вел линию на отрыв от ЦК. Он говорит неправильно. Такая линия твердо проводилась. Никто не смел обращаться в Центральный Комитет. Я приведу недавний факт, который может подтвердить товарищ Конев Иван Степанович.
Во исполнение решения ЦК товарищ Хруничев и Министерство обороны должны были периодически докладывать в ЦК о ходе выполнения решения, принятого в августе 1956 года, это о противовоздушной обороне. Товарищем Хруничевым и мною был подготовлен такой документ и направлен в ЦК. Там было написано: Центральному Комитету, а дальше подписи — товарищ Хруничев и Бирюзов. Такой документ был направленa товарищам Жукову и Коневу.
Вы представьте себе, какая последовала истерика: т. Жуков в исключительно грубой форме предъявил мне обвинение, что я поступил (привожу подлинныеслова) неконституционно, что мне права не дано обращаться в ЦК, что он не потерпит у себя таких заместителей и требует прекратить это. На этом телефонная трубка была брошена.
Я думал, какое преступление я сделал. Во-первых, документ этот являлся информационным, никаких принципиальных вопросов там не выдвигалось, никакой линии там не давалось.
Голос. По принципиальным нас ЦК обязал…
БИРЮЗОВ. Да, по принципиальным тем более. Этот разговор был в присутствии т. Коневаc.
ХРУЩЕВ. Разве можно, чтобы двери ЦК были закрыты для члена партии? Никакая субординация не должна удерживать коммуниста, если у него есть необходимость обратиться в Центральный Комитет.
БИРЮЗОВ. Это не единственный факт. Разве это не прямое запрещение обращаться в ЦК. Как же после этого посмеешь перешагнуть через члена Президиума, министра обороны, который довлеет над нами и, безусловно, отгораживает нас от ЦК.
Тов. Жуков в субботу выступал на Президиуме ЦК и говорил, что при нем армия выросла и в техническом оснащении, и в боевой готовности, и в выучке. Я хотел бы спросить т. Жукова, а разве Советский Союз во всех областях своей многогранной деятельности за это время остался на месте? За это время произошли величайшие события и достижения и в области промышленности, и в области сельского хозяйства, и в области науки, и в других областях. Прошли и бурные июньские события, которые выгнали вон из руководства партии антипартийную группу, что привело к еще большему сплочению всех коммунистов и всего советского народа вокруг нашего ленинского ЦК.
Можно ли приписать достигнутые успехи в армии т. Жукову? Это будет оскорбительно и для ЦК, и для наших командиров, политработников, и для наших политорганов. Все мы в едином порыве, выполняя решения XX съезда о дальнейшем укреплении наших славных Вооруженных Сил, стремились сделать все как можно лучше. Мы преисполнены величайшей благодарностью нашему Президиуму ЦК за то, что он вовремя занялся положением дел в руководстве Министерством обороны и принял такое замечательное решение, направленное на решительное исправление допущенных ошибок в партийно-политической работе и усиление руководства партии Вооруженными Силами.
Я думаю, что все происшедшее послужит большим уроком для всех нас и усилит постоянное руководство Центрального Комитета нашими славными Вооруженными Силами, которые беспредельно преданы своему народу, своей партии и заслуживают того, чтобы им уделено было больше внимания.
Мы понимаем сейчас, что от нас требуется серьезная работа по ликвидации имевшихся серьезных ошибок. Надо обеспечить выполнение решения ЦК об улучшении партийно-политической работы в Советской Армии и Флоте. Это очень большая и крупная работа. Нам надо рассмотреть ряд организационных вопросов по строительству Вооруженных Сил и, мне кажется, что желательно будет проведение либо заседания Главного Военного Совета, либо совещания с командованиями военных округов по вышеизложенным вопросам.
Я полностью одобряю и присоединяюсь к решению ЦК об освобождении т. Жукова с поста министра обороны. Я полагаю, что пребывание т. Жукова в составе Президиума ЦК создаст большие трудности в работе. Следует ли усложнять работу?
Товарищи! Я обязан доложить, что войска противовоздушной обороны страны благодаря заботе партии и правительства хорошо оснащены и продолжают оснащаться боевой ракетной техникой и как все наши Вооруженные Силы преданы Коммунистической партии и Советскому правительству.
Председательствующий тов. ХРУЩЕВ. Слово имеет тов. Калнберзин, подготовиться генералу Горшкову.
КАЛНБЕРЗИН
Товарищи! Обсуждаемый на Пленуме ЦК вопрос имеет исключительно важное значение для нашей партии, для нашей страны. Тов. Суслов в своем докладе, тов. Брежнев в своем выступлении и тов. Бирюзов уже сказали, что Президиум не может дальше терпеть такого положения, которое создалось в связи с таким неправильным, непартийным руководством тов. Жуковым Вооруженными Силами Советского Союза.
Неправильное, нетерпимое поведение тов. Жукова по отношению к партийным работникам и политорганам в армии и на флоте нанесло большой вред Советской Армии и Военно-Морскому Флоту. Принижение политорганов и партийных работников в армии и на флоте. Он не только поссорил политработников с командирами-единоначальниками, не только запугивал командиров и политработников своими директивами, неправильными приказами, например, № 0090 с лозунгом снять критику и самокритику, приказами разжаловать и уволить в запас, как об этом рассказывали на активах, он провел запрещение кому бы то ни было информировать ЦК о положении в войсках; тем самым тов. Жуков лишил Центральный Комитет КПСС и Центральные Комитеты союзных республик возможности знать действительное положение в войсках, опроявленных нарушениях дисциплины, катастрофах, о гибели воинов в мирное время и об издевательствах отдельных воинов над местным населением, где находится воинская часть.
Происходит это потому, что в последнее время партийная и политическая работа в армии ослабла, носит формальный характер. Она заменена министром обороны, командующими округами и командирами частей бесчисленными арестами, унизительными оскорблениями военнослужащих. И вот результаты: хороший советский юноша, комсомолец, проявивший себя до службы в Советской Армии хорошо на работе или на учебе, будучи призван в Советскую Армию при таком порядке, когда существует только палочная дисциплина, когда воспитание отсутствует, — как только вырывается из казармы, часто совершает совершенно необъяснимые вещи.
На активе Прибалтийского военного округа был доложен такой факт, происшедший на территории Литвы. Отличник, комсомолец, находившийся за пределами части, без командного состава, напился пьяным вместе с другими, а потом зашел в клуб, где происходила самодеятельность, убил на месте четырех местных литовских юношей, а одного ранил.
Не знаю, известен ли этот случай Центральному Комитету, был ли доложен. Это был такой случай, когда заволновалась вся Литва, до нашего ЦК дошло это дело. Но этот случай не был обсужден на Военном Совете, который за последнее время отсутствует. Не знаю, из чего состоит работа Военного Совета в нашем округе, хотя являюсь членом этого Военного Совета.
Были и другие примеры на нашей территории.
Последнее сообщение из Донбасса показывает, что мы не можем при помощи страха создать дисциплину в Советской Армии. Ясно, что это не может не тревожить Центральный Комитет, его Президиум. И принятое решение «Об улучшении партийно-политической работы», оно принято с большим удовлетворением и радостью активами всех военных округов и флотов, которые были созваны для