– Это правда, – хрипло сказал Бельтан. – Я знаю, что это правда. Пять лет назад, в Кейлавере, именно я…
Он запнулся. Тогда, в денверской больнице Тревис осмелился преклонить колени и прикоснуться своими губами к губам рыцаря. Но это был поступок труса – тот не мог ни отреагировать, ни отвернуться. Тревис выдохнул и наклонился к губам рыцаря.
– Тревис, ты здесь?
Он вздохнул и отступил назад. Бельтан смотрел на него в замешательстве. Его вытянутые руки замерли, как будто пытались отыскать кого-то или оттолкнуть. Откуда-то из темноты вынырнула Вани.
– Вы должны вернуться к огню, – сказала она. – Оба. Глаза Бельтана сузились:
– Нам и здесь хорошо.
Тревис попытался найти подходящий ответ:
– Что-то не так, Вани? Мы должны искать скирати? Ты сказала, что они могут быть здесь, в Таррасе.
Вани отвела взгляд от Бельтана и произнесла резким тоном:
– Они действительно здесь, в Таррасе. Сарет говорил мне, что видел их знаки. Но я думаю, что они не станут нападать на нас открыто, во всяком случае, здесь они этого делать не станут. Они немного боятся морнишей. И в этом они правы.
Тревис задумался.
– Твои соплеменники тоже считаются волшебниками, ведь так, Вани?
– Нет, нам запрещено использовать кровное волшебство, пока мы не вернемся в Мрак Моринду. Но у нас есть… другие способы избавиться от скирати.
Тревис обратил внимание на ее крепкий стан, быстрые легкие движения.
Бельтан перехватил взгляд Тревиса и нахмурился.
– Идем, – сказал Тревис, неожиданно решив вернуться к огню. – Пойдемте назад, к костру.
Морниши только что попросили Фолкена спеть и теперь укладывали свои барабаны и флейты на землю, чтобы послушать барда. Тревис увидел Грейс, Мелию и других и направился к ним, следом шли Бельтан и Вани. Грейс подняла глаза, улыбнулась ему. Тревис улыбнулся в ответ, но мысли его были далеко. Что-то произошло там, в тени, вдали от костра. Он чуть не поцеловал Бельтана. Почему он все-таки не сделал этого?
Фолкен встал и взял аккорд на своей лютне.
– Я думаю, эта песня подходит и этой ночи, и этому месту. Она называется «Баллада об Ультере». Это песнь о севере и юге и о том, как они очень давно объединились.
Последние звуки песни смолкли. Воцарилась тишина. Морниши смотрели на барда с почтительностью и некоторой отрешенностью. Затем по двое или по трое они вставали, кланялись Фолкену и Мелии и выходили из круга огня. Через несколько мгновений в свете костра остались только восемь путников, считая Вани и Сарета.
– Вечеринка окончена, – сказал Тревис. Грейс смотрела на огонь, теребя свое ожерелье.
– Грейс, что с тобой?
– Эта песня. Я… я ее знаю.
– Может быть, ты слышала, как Фолкен пел ее раньше?
– Нет-нет.
Грейс подошла к барду, который укладывал лютню в чехол.
– Фолкен, ты мог бы сыграть еще раз первый куплет?
– Зачем, дорогая? – спросила Мелия.
– Я не уверена, что полностью поняла его смысл. Споешь, Фолкен?
Бард согласно кивнул.
– Очень хорошо.
Он снова достал лютню, и стал перебирать теперь уже знакомые аккорды «Баллады об Ультере». Вдруг, к удивлению Тревиса, Грейс запела каким-то незнакомым, хрипловатым голосом.
Рука Фолкена замерла над лютней. Он пристально посмотрел на Грейс.
– Я никогда не слышал, чтобы такие слова пели под эту музыку.
Мелия вскочила:
– Но ей они знакомы!
Фолкен кивнул.
«Мечом Фелльринг с острова Эльфов…», «Слова прощаний слишком долго…» Грейс подняла глаза, сама теперь испытывая крайнее изумление.
– Когда я была ребенком, я пела эту песню. Ничего не понимаю.
Сарет выступил вперед. Огонь делал резкими черты его лица.
– Возможно, вы разгадаете эту загадку позже. Я думаю, сейчас пора обсудить наши дела.
70
Когда Вани закончила свой рассказ, ветки сгорели и превратились в угли. Она поведала собравшимся о трех годах, проведенных на Земле. О том, как она искала тех, кому судьбой предначертано поднять Мрак Моринду из песков Морголти. О том, как узнала из послания Сарета, что Тревис и Грейс и есть те, кого она ищет. О том, как они вместе убегали от «Дюратека» из Денвера в тот ужасный последний день.
Только когда заговорила Эйрин, Тревис понял, что Вани закончила свой рассказ. Юная баронесса смотрела на Грейс и Тревиса широко раскрытыми глазами.
– Так это вы должны помочь морнишам найти потерянный город их предков?
– Легендарный город Моринду, – произнес Фолкен. – Как это может быть? Какое отношение имеют Грейс и Тревис к Городу Тьмы?
Он обернулся к Мелии.
Та пожала плечами и устроилась поудобнее на подушках.
– Ну, меня не спрашивай. Я еще даже не родилась, когда города Амуна были разрушены в войне магов. И ни один из моих братьев и сестер тоже еще не появился на свет.
– Да, верно, – сказал Фолкен, потирая подбородок.
– Ну что, Вани? – вступила в разговор Грейс. – Я бы хотела помочь вам, отблагодарить тебя за все, что ты сделала для нас, но как же мы найдем город, потерянный тысячи лет назад?
Ей ответил Сарет:
– Мы надеялись, что у вас обоих могут быть идеи на этот счет. Все, что написано в Т'хот, говорит нам, что ваша судьба – возродить Мрак Моринду.
– Ты хочешь сказать, что не имеешь представления, где нам искать это место? – поинтересовался Тревис.
– Если бы мы знали, – сказала Вани, – разве не нашли бы и не раскопали его раньше?
Великолепно. Ему и Грейс уготовано судьбой сделать то, о чем никто не знает, а они сами – тем более. Сарет протянул руки к огню.
– Карты говорят нам только, что произойдет, но не говорят, как. Или когда. Мы знаем только то, что может пройти много лет, прежде чем вы отправитесь к Моринду. А сейчас мы должны думать о других тайнах, которые в отличие от Моринду уже на поверхности.
