– И что дальше?
Тыяхша переадресовала вопрос отцу. Тот пожал плечами – не знаю, мол. Мое дело передать, а что дальше – это не ко мне.
– Тут барельеф какой-то, – поднеся пластинку ближе к свету, обнаружил Влад. – Круги, какие-то линии. Напоминает электрическую схему.
– Дай глянуть, – попросила девушка и, осмотрев артефакт, предположила: – Может, лабиринт?
– Похоже, – согласился Влад и начал водить по схеме пальцем. – Вот это устье – вход. Вот эти круги – подземные залы, а все эти линии – ходы. Очень похоже. У вас тут есть где-нибудь поблизости лабиринт?
– Не слышала.
– А папаша?
Тыяхша обратилась с вопросом к отцу, но тот так красноречиво замотал головой, что землянин без перевода понял – ни о чем подобном мистер Дахамо слыхом не слыхивал.
– Жаль, – посетовал Влад. – Возможно, в центре этого лабиринта супер-пупер оружие лежит, которым Зверя можно одолеть раз и навсегда. – Он помолчал, потом мотнул головой, словно в волосах у него запутался жук, и заметил: – Впрочем, даже если бы и был такой лабиринт, я в него, пожалуй бы, не сунулся. Не стал бы горячиться.
– Почему? – спросила Охотница.
– С неполной картой прохождения рисковать бы не стал, – объяснил Влад.
Девушка промолчала, повертела пластинку в руках и, приглядевшись к чему-то, сказала:
– Тут на обратной стороне надпись.
– Где? – Влад вырвал пластинку из ее рук.
На обратной стороне действительно виднелись вырезанные буквы. Он поднес пластинку ближе к фонарю. Алфавит был очень похож на аррагейский, но как ни пытался Влад собрать буквы в слова, у него ничего не выходило. Поэтому вернул пластинку Тыяхше со словами:
– Наверное, на муллватском.
Та минуты две всматривалась в надпись и подтвердила:
– Да, на муллватском. Только на древнем. Точно перевести не могу, но по смыслу что-то вроде того: «Слава и Сила, слившись по Промыслу, да утвердят силу действий, происходящих…»
– А дальше?
– Это все. Продолжение, надо понимать, на другом фрагменте диска.
– И что делать будем?
– Ужинать.
– Ужинать?!
– Ужинать.
– А потом?
– А потом – будь что будет, – невозмутимо закончила Тыяхша. – Что от нас зависит, сделали. Что потребуется, сделаем. А там – как получится.
Влад против подобного фатализма возражать не стал.
– А и действительно, чего заранее изводиться? Глупо. Тем более что лично я сейчас соображать не в состоянии – есть хочу. Голоден как… как не знаю кто. Как… просто как Минотавр какой-то.
– Минотавр – это кто?
– Это персонаж земной мифологии. Сын Миноса, царя острова Крит. Очень уродливый, надо сказать, сын. Хотя, конечно, никакой он ему на самом деле не сын.
Тыяхша попыталась найти в словах Влада логику, но у нее не вышло:
– Ты меня запутал.
– Сейчас распутаю, – пообещал Влад. – Там у них такое дело приключилось. Однажды этот самый царь, который Минос, ни за что ни про что, как это зачастую и случается у людей, оскорбил бога морей Посейдона. На пустом, можно сказать, месте оскорбил. Из спеси. А Посейдон взял да и обиделся. Не на шутку. И примерно покарал – наслал противоестественную страсть на жену царя. Та сдерживать себя не стала и вскоре понесла от первого подвернувшегося быка. А в положенный срок родила странное существо – человека с бычьей головой. Чтобы скрыть позор от людей, под дворцом царя Миноса построили лабиринт. Туда и упрятали Минотавра. Кормили его мясом людей – каждые девять лет ему на съедение привозили семерых юношей и семерых девушек. Вот такая печальная и поучительная история.
– И хватало ему? – помолчав, спросила Тыяхша.
Влад не понял:
– Кому и чего?
– Минотавру мяса. Девятьсот килограмм на девять лет – так и отощать можно. Шакал и тот в год тонну съедает.
– Точно?
