– А если я откажусь ехать?
– Тогда тебя повезут силой. – Внезапно он отпустил ее. – Прошу тебя, любовь моя. Скоро мы будем вместе, обещаю. – Отвернувшись, он надел тунику и стал застегивать ремень.
Она уже надела свою шелковую рубашку, когда он вновь заключил ее в объятия.
– Береги себя, любимая. Если бы только у меня была возможность оставить тебя, я бы это сделал...
– Я знаю. – Она старалась не выдать своего отчаяния.
– Не провоцируй своего мужа, Изабель. – Роберту вдруг стало страшно за нее. – Слушайся его, дорогая. Мы оба знаем, что нас уже предавали, и знаем, что твоя служанка заплатила своей жизнью за краткие минуты нашей встречи в Сконе. Помни о ней...
Она не отрываясь смотрела ему в глаза.
– Я всегда помню о ней.
Он мрачно кивнул.
– Тогда иди. И молись, чтобы твое отсутствие не было замечено!
Глава семнадцатая
Эмма открыла дверь и впустила Генри.
– Спасибо, что пришел. Неудобно обращаться к тебе с такой просьбой: копаться в проблемах чужой семьи – неблагодарное занятие... Но нам очень нужен твой совет.
Она провела его в гостиную, где, с газетой в руках, ожидал Питер. Мужчины лаконично приветствовали друг друга, потом Питер подошел к подносу с напитками. За столом у окна Джулия что-то быстро писала в тетради. Питер заглянул через ее плечо.
– Слушай, даже половину твоих каракулей невозможно разобрать.
– Разберут, папа. – Джулия озорно улыбнулась отцу. – Нам задали совсем немного, потому что все знали, что сегодня мы отмечаем День Гая Фокса.[2] Тамсин сейчас заедет за мной. Мы идем в гости к скаутам. Привет, мистер Фербенк! – Она улыбнулась Генри и вновь склонилась над тетрадью так низко, что ее светлые волосы почти закрыли ей лицо. Генри улыбнулся.
– А я надеялся, что меня тоже пригласили на фейерверк! – сказал он, принимая из рук Питера стакан с джином. – Нет даже бенгальских огней?
– Искры и так летят во все стороны, того и гляди, вспыхнет... – мрачно ответил Питер. Было ясно, что имеется в виду вовсе не праздничный фейерверк. – Эм знает, что я не одобряю эту затею. Не наше это дело.
– Па, ты о чем? – Джулия подняла голову, сразу почувствовав, что запахло секретами взрослых. – Все, хватит. Больше никакой глупой математики и географии на сегодня. А что происходит? Вы говорите о тете Клер? – Она присела на подлокотник кресла рядом с Генри.
Эмма сердито посмотрела на дочь.
– Джулия, сколько раз тебя просили не вмешиваться в разговоры старших. Иди собирайся. Отец Тамсин может заехать за тобой в любую минуту.
– И ради Бога, будь осторожна с фейерверками. – Питер повернулся к ней. – Надеюсь, скауты все организовали как надо.
– Да. Я все проверила. В противном случае я не пустила бы ее. – Эмма пыталась скрыть свое раздражение. – Джулия, после фейерверка ты останешься ночевать у Тамсин? – Она поцеловала дочь в лоб. – Тогда возьми свои учебники, дорогая. Они тебе понадобятся завтра в школе. Желаю хорошо провести время.
Наконец закутанная в пальто и шарф Джулия с сумкой через плечо вышла к машине и села радом со своей лучшей подружкой. Проводив ее, Эмма вернулась в гостиную.
– Простите, – извинилась она за дочь. – Она невольно слышит все наши разговоры.
– Этот ребенок становится смышленым не по годам. – Питер уселся в глубокое кресло у радиатора. – Боже! Ну и денек сегодня выдался! В офисе был настоящий бедлам, я вконец вымотался, а тут еще надо разбираться в семейных проблемах родственников моей жены.
Эмма смущенно посмотрела на гостя.
– Извини, Генри. Это он хочет сказать: «Спасибо, что пришел» и «Я очень рад тебя видеть».
Тот усмехнулся.
– Благодарю за перевод. Слушай, я долго не задержусь. У меня тоже был трудный день – в нашей части «китайской стены». Пол сегодня не пришел в контору, и старик был в скверном настроении.
– Не пришел? – Эмма нахмурилась. – Но почему?
– Понятия не имею. Кажется, этого не знает никто. Бросив взгляд на мужа, Эмма села на диван.
– Я как раз хотела поговорить о Поле. Мы все одна семья, и ты почти что член нашей семьи. – Она наклонилась и чмокнула его в щеку. – Это все ради Клер. Мы беспокоимся за нее.
Генри поднес к губам стакан с джином.
– Вчера мы вместе ужинали, и мне показалось, что у нее все в порядке, – осторожно произнес он.
– Ты в этом уверен? – переспросила Эмма.
Генри пожал плечами.
– Она выглядела вполне счастливой. Пол подарил ей прекрасные сапфиры...
