«...Задача поколения, то есть движущая сила народа, рассматривается нами как создание и сохранение жизненного пространства для культурной и экономической жизни народа»
Он также заявил:
«...Все наше поколение должно поставить перед собой задачу, чтобы вся территория по реке Висле, а не только захваченные на Востоке территории, была заселена немцами... Нынешняя Словакия, нынешняя Венгрия и нынешняя Румыния должны быть реорганизованы.
Ситуация мне кажется подходящей... Я думаю, что вскоре вся эта территория будет находиться под единым германским руководством»
Зейсс-Инкварт работал для того, чтобы претворить в жизнь основную политическую идею партии: завоевать пространство любой ценой. Он прилагал все силы для аннексии Австрии, выходцем из которой он был (он признался в том, что в течение 20 лет работал для осуществления идеи аншлюса). Доказано, что им было заключено соглашение с Конрадом Генлейном относительно присоединения территории Судетской области к Германии. Наконец, что касается Нидерландов, то он отдавал приказы о казни заложников и политически и экономически связывал принудительно эту страну с империей.
Кроме того, он также несет индивидуальную ответственность за систематический грабеж в Голландии, за депортацию населения и за те мероприятия, которые привели к голоду.
Шпеер вступил в партию в 1933 году. Он стал личным архитектором Гитлера и в качестве такового стал пользоваться его полным доверием. Он возглавлял организацию Тодта с февраля 1942 года. Был начальником отдела вооружения в управлении по четырехлетнему плану с марта 1942 года и с сентября 1943 года был министром вооружения. Он был одним из важнейших деятелей государства и партии. Шпеер эксплуатировал в организации Тодта больше миллиона человек и только в одном Руре около 50 тысяч французов, угнанных в 1943 году. Он ответствен за зверское обращение с иностранными рабочими на германских заводах, в частности на заводах Круппа. Он использовал более 400 тысяч военнопленных на военных заводах, нарушая международные конвенции. Его уполномоченным вменялось а обязанность при посредстве ОКВ посещать концентрационные лагеря и отбирать там квалифицированных рабочих. По его собственному признанию, он использовал более 32 тысяч человек из числа заключенных концентрационных лагерей.
Он посещал лагерь Маутхаузен и разделяет ответственность за угон евреев в специальные трудовые лагеря, где их уничтожали, а также за угон 100 тысяч венгерских евреев на авиационные заводы.
Нейрат, министр иностранных дел с 1932 года, остался на этой должности и после захвата нацистами власти в 1933 году. Он оставался на этом посту до 1939 года. И он, и его учреждения были поглощены все увеличивавшейся партийной и государственной машиной.
Так как он был членом правительства с самого начала его образования, ему была известна политическая идеология движения. Если он и пытается утверждать, что был потрясен в 1937 году, когда узнал, что Гитлер собирается предпринять агрессивные действия, он тем не менее не покинул своего поста и после этого и ничего не предпринял для того, чтобы разубедить Гитлера. Напротив, именно он благосклонно отнесся к мысли о занятии левого берега Рейна, вдохновил на этот шаг, являвшийся первым этапом агрессивных войн в целях захвата жизненного пространства, Гитлера. Он оставался имперским министром вплоть до конца.
Так как сам Нейрат был консерватором, его участие в правительстве вдохновляло консервативную Германию на сотрудничество с Гитлером. Выполняя важнейшую роль в партийно-государственном аппарате, фон Нейрат был тесно связан с ним в преступлениях, заключавшихся в уничтожении людей, о чем ему было известно и о чем он сам отдавал приказы.
31 августа 1940 г. он направил доктору Ламмерсу два меморандума: один из них был составлен им самим, а другой — статс-секретарем Франком. Оба эти меморандума предусматривали полную германизацию Богемии и Моравии, а также истребление чешской интеллигенции.
Один из этих меморандумов (документ ПС-3859) содержит следующие строки:
«Все, что относится к вопросу устройства Богемии и Моравии, должно быть направлено к одной цели, которая ставится в отношении этой территории, определяющейся политическими и национально- политическими соображениями. С точки зрения политической существует только одна цель: полное включение в Великую Германию. С точки зрения национально-политической — полное заселение этой территории немцами. Беглый взгляд с точки зрения политической и национально-политической на современное положение, каким оно является по наблюдениям и по опыту со времени аннексии, указывает путь, который надо избрать для достижения этой ясной и вполне определенной цели.
Положение таково, что надо будет принять определенное Решение в отношении судьбы чешского народа и достигнуть цель, заключающуюся в полном присоединении этой страны и возможно быстром и полном заселении ее немцами»
Фриче работал в партии до захвата власти, но вступил в нее только в 1933 году и вскоре стал известным пропагандистом. Во время войны он был руководителем управления по радиовещанию. Выражая основную идею режима, он подстрекал к убийству евреев.
Кроме того, своими неоднократными выступлениями он стремился внедрить в умы немецкого народа мысль о том, что евреи и демократия подвергают опасности самую жизнь этого народа и поэтому народ должен полностью полагаться на дальновидных людей, которые им руководят.
Шахт занимает особое положение. Я более подробно остановлюсь на его деле. Он хочет представить себя жертвой режима и делает вид, что удивлен тому, что находится на одной скамье с Кальтенбруннером, который был его тюремщиком. Шахт заявил, что он не симпатизировал программе партии. Однако бывший министр Зеверинг показал на судебном заседании 21 мая 1946 г., что в 1931 году он узнал из сообщения полиции Берлина, что Шахт вел переговоры с руководителями партии. Он также добавил, что отношения между Шахтом и представителями плутократии и милитаризма казались ему чрезвычайно компрометирующими и что он никогда бы не вступил в один кабинет с Шахтом. Нам известно, что с 1930 года Шахт вступил в деловые отношения с Гитлером и представил ему преимущества своей высокой репутации в Германии и за границей. Национал-социализм извлек из этого большую выгоду. В октябре 1931 года на совещании национального фронта в Гарцбурге Шахт занял место рядом с Гитлером, Гутенбергом и Зельдтом. Он ранее уже предпринимал попытки ввести Гитлера в правительство Брюнинга. В результате совещания крупнейших промышленников у Геринга, на котором выступал Гитлер, он организовал финансирование выборов в марте 1933 года, имевших решающее значение (документ США-874). С момента захвата власти Шахт играл видную роль в аппарате партии и правительства. Он стал председателем Рейхсбанка и министром экономики. 19 января 1939 г. он оставил свой пост в Рейхсбанке и стал имперским министром. Он оставался на этой должности до 21 января 1943 г.
Умный, изворотливый, он умел скрывать свои мысли за личиной иронии или наглости и никогда не был полностью откровенен. Тем не менее установлено, что Шахт настойчиво требовал расширения германского жизненного пространства. Он пытался ввести в заблуждение допрашивавших его лиц, заговорив о колониальных претензиях Германии. На это ему было сказано, что никакие колониальные приобретения при существующем положении вещей не могут помочь Германии в разрешении ее внутренних проблем; он не смог ничего возразить.
Он умел применять угрозы в отношении демократических государств, прибегал даже к запугиванию с помощью шантажа. Во время одной из своих поездок в Америку после одного из успехов партии он заявил:
«Я предупредил вас в самой определенной форме, сказав: если вы, иностранцы, не измените своей политики в отношении Германии, то скоро будет гораздо больше членов и сочувствующих партии
